Российская история в лицах - Владимир Фортунатов

Как и всякий настоящий, подлинно народный герой Иван Сусанин не мог не стать персонажем различных анекдотов. Введение нового государственного праздника – Дня народного единства 4 ноября – может поставить костромского крестьянина в один ряд с Василием Ивановичем Чапаевым, поручиком Ржевским и Штирлицем.

Анекдот: Ко Дню народного единства вышло уникальное издание – словарь польско-русской ненормативной лексики. Под редакцией И. Сусанина.

Чудесным образом спустя 400 лет после происшедших событий обнаружились останки Ивана Осиповича. Череп мужчины 40—45 лет со следами от ударов рубящим оружием и тупыми предметами был обнаружен в захоронении в деревне Исупово. Московские ученые обратились к оренбургскому специалисту – заместителю начальника областного бюро судебно-медицинской экспертизы по экспертной работе В. Филиппову. Специалист, несмотря на то, что ДНК в костях не сохранилась и сравнить биологический материал останков с ДНК ныне живущих потомков Сусанина невозможно, выразил уверенность в том, что череп принадлежит Ивану Сусанину. Газета «Комсомольская правда», опубликовавшая фотографии черепа Ивана Сусанина и реконструкцию лица, задалась вопросом: «Мужчина получился наружности суровой – и как поляки с таким в лес идти не побоялись?».^[59]

Анекдот: Иван Сусанин – полякам: «Водки не обещаю, но погуляем хорошо».

В зависимости от политической конъюнктуры действия Ивана Сусанина оценивались по-разному. Некоторые считали все это красивой монархической легендой, призванной добавить героико-романтического пафоса в историю восшествия Михаила Романова на престол. В 1826 г. появилась теория официальной народности с ключевой формулой «самодержавие, православие, народность», а уже в 1836 г. с грандиозным успехом прошла опера М. И. Глинки «Жизнь за царя». Самодержавию были нужны герои из народа, примеры для подражания. Для формулы «За веру, царя и Отечество» трудно найти более подходящую модель поведения, чем подвиг Ивана Сусанина.

Идеологов советского периода не устраивало то, что настоящий народный герой находился явно в тени первых Романовых и слишком безропотно принес свою жизнь в жертву, спасая столь ничтожных людей. Отдельные лица просто считали Ивана Сусанина мифом, красивой сказкой, приводили различного рода доводы против самой возможности такого события.

Анекдот: Последние слова Ивана Сусанина: «Ну, вот, опять заблудился?»

Между тем имеющиеся факты говорят о следующем. Иван Осипович Сусанин был волостным старостой и жил в деревне Домнино, которая являлась одним из родовых имений Романовых. Он спас своего господина – Михаила Федоровича Романова, который был одним из кандидатов на русский престол. Сусанин согласился провести польский отряд кратчайшим путем к Макарьеву монастырю, где находился М. Романов, но завел оккупантов в гущу леса и погиб от их рук. По легенде, жители плевали Сусанину вслед, считая его изменником. Потом односельчане поняли, что староста решил пойти на смерть сам, чтобы поляки не нашли кого-то послабее духом и посговорчивее. Датой его подвига считали 27 ноября 1612 г. (Премьера оперы «Жизнь за царя» состоялась 27 ноября 1836 г.) Осенью 1619 г. М. Романов и его мать Марфа Ивановна совершили богомолье в Макарьев монастырь и даровали привилегии Богдану Собинину, зятю Ивана Сусанина.^[60]

Анекдот: Русских заводят блондинки, украинцев заводят брюнетки, а поляков заводит Иван Сусанин.

Разумеется, Иван Сусанин не первый и не единственный в мировой и отечественной истории знаток особенностей конкретной местности, от поведения которого многое зависело в конкретной ситуации. Так, многотысячное войско персов в течение нескольких дней не могло пробиться через узкий Фермопильский проход, который героически защищали 300 спартанцев и 700 фиванцев. Только после того как местный пастух показал персам обходной путь по горам, они смогли зайти с тыла, и судьба Леонида и его воинов была решена. В 988 г. некий Анастас посоветовал Владимиру Святославичу перекопать водоводы, что позволило принудить к сдаче греческий Херсонес. В 1944 г. белорусские партизаны во время операции «Багратион» вывели крупные контингенты Советской Армии в тылы окопавшихся немцев, которым ничего не оставалось, как бежать, бросая тяжелую технику.