Интервенция США в Доминиканской республике 1965 года - Николай Платошкин

Другим лидером группы заговорщиков стал бывший губернатор всегда отличавшейся особой оппозиционностью провинции Пуэрто-Плата (где, как мы помним, родилось и «Движение 14 июня») Антонио Имберт. Он получил губернаторский пост от Трухильо в 1940 году, но после высадки эмигрантов в Лупероне в 1949 года диктатор лично его уволил. Причиной стала телеграмма губернатора президенту, в которой сообщались фамилии выживших участников высадки, тогда как Трухильо приказывал в плен никого не брать.

Имберт ненавидел диктатора именно за это, а также за арест своего брата Сегундо.

Позднее к заговорщикам примкнул и мэр Сьюдад-Трухильо Луис Амиама.

В начале 1961 года новым шефом резидентуры ЦРУ в Сьюдад-Трухильо стал Чарльз Пенни, и подготовка убийства не нужного больше диктатора вступила в заключительную фазу. Как уже упоминалось, еще в 1960 году группа Имберта – Кабрала запросила у ЦРУ уйму оружия (видимо, для того, чтобы убедиться, насколько американцы готовы к решительным действиям по устранению Трухильо). Пенни передал заговорщикам прибывшие с дипломатической почтой три скорострельные винтовки М-1 и 500 патронов.

Оружие передавалось небольшими партиями, замаскированными под поставки для магазина Берри. Последняя партия прибыла в апреле 1961 года, и ее почти два месяца хранил в своем доме «Гектор».

Кабрал был разочарован. Он ожидал «пирамиды оружия», а весь арсенал ЦРУ мог спокойно уместиться в его гараже. Однако заговорщики все же взяли винтовки и вскоре использовали их по назначению.

В апреле 1961-го обученные ЦРУ кубинские эмигранты попытались высадиться на Кубе в заливе Кочинос (то есть заливе Свиней). Американская разведка обещала президенту, что сразу же после высадки кубинский народ восстанет против «ненавистного режима» Кастро. Но ничего подобного не случилось: кубинцы поддержали своего лидера, и эмигранты были быстро разбиты. 19 апреля весь мир узнал о позорном конце американской авантюры. Кеннеди был настолько взбешен провалом ЦРУ, что одно время даже хотел расформировать это ведомство.

Президент начал опасаться, что подобное фиаско может произойти и в Доминиканской республике. Он знал о планах ЦРУ убить Трухильо, и единственное, что его заботило, – полное сокрытие любой причастности США к покушению. Именно в таком духе было составлено указание резидентуре ЦРУ в Сьюдад-Трухильо от 29 мая 1961 года^[278].

Еще 28 апреля подробные инструкции генеральному консульству США в Доминиканской республике на случай свержения Трухильо дал и государственный департамент:

– США не допустят установления в Доминиканской республике режима типа Кастро;

– США надеются, что новое правительство будет пользоваться поддержкой доминиканского народа и будет дружественно настроено по отношению к Соединенным Штатам.

Генконсульству США следовало способствовать приходу к власти приемлемой для Вашингтона коалиции военных и гражданских политиков. От этой «приемлемости» зависело в будущем и признание нового режима Штатами^[279].

Вечером 30 мая 1961 года Трухильо без охраны (роль охранника выполнял водитель Сокарро де ла Крус) поехал в загородный дом своей очередной пассии – двадцатилетней Моны Санчес.

Сластолюбие «козла» с годами только возрастало. Специальный человек в президентском дворце заставлял приглянувшихся диктатору женщин ублажать «благодетеля». Репутация Трухильо была столь ужасна, что во время его поездок по стране отцы семейств не разрешали своим женам, сестрам и дочерям выходить на улицу.

Трухильо ехал из дома своей матери на виллу «Фундасьон». На полпути автомобиль диктатора нагнали две машины с заговорщиками (за рулем одной из них был Имберт). Машины затормозили. Тут же раздались выстрелы. По некоторым данным, прежде чем открыть огонь по диктатору, заговорщики прокричали: «Вот и конец, чапита!»^[280] Раненный в плечо Трухильо прислонился к машине. В этот момент Имберт дважды выстрелил в него из «кольта» 45-го калибра. Одна пуля, как рассказывал позднее сам Имберт, попала в подбородок, другая – в грудь. Трухильо упал, и осмелевшие заговорщики буквально изрешетили «благодетеля». Позднее на теле диктатора было обнаружено 27 пулевых ранений. Примерно в 22:00 его не стало.

Так бесславно закончилась тридцатилетняя «эра Трухильо». Но Доминиканскую республику ждали новые, не менее грозные испытания.