Кот ушел, а улыбка осталась - Георгий Данелия

Во время перестройки напротив «Мосфильма» открыли казино. Назвали его в честь французского замка «Шатильон». У входа поставили скульптуру Леонова в роли доцента из фильма «Джентльмены удачи». А вдоль тротуара большие портреты киноактеров и режиссеров (был там и мой портрет). Я ходил в казино и играл там. Часто играть я мог только потому, что хозяин «Шатильона» Николай Садулович Цховребов много проигрывать мне не давал. Элегантный и обаятельный Садулыч (так я его называл) иногда около полночи подходил и спрашивал:

— Георгий, сколько проиграл сегодня?

— Сто двадцать. И сто взял в кредит (все расчеты в казино были в долларах).

— Двести двадцать?

— Двести двадцать.

— Ну, еще 50, чтобы в хорошем настроении ушел, — говорил Садулыч. — Дайте Данелия кредит на двести семьдесят.

Мне приносили на подпись бумагу и давали фишки. Садулыч ставил все на черное или на красное, а так как человек он был везучий, сразу же все отыгрывал.

— Все, Георгий, сегодня больше не играй. Садулыч разрывал кредитную бумажку, а я в кассе получал свои сто двадцать и пятьдесят для хорошего настроения. В итоге на круг я оставался при своих.

Вообще-то я в любых играх невезучий, почти всегда проигрываю. (Удачливый я в кино, там мне везет.) И я, конечно, никакой не игрок. Игрок идет в казино выиграть, а я ходил, чтобы провести время. Играл осторожно, можно сказать трусливо, чтобы сразу все не проиграть и не нервничать. А в ту ночь, когда встретил в казино «Шатильон» Валю, впервые понервничал основательно. Играл в рулетку, ставил на свои любимые цифры: 8, 13, 17, 33. Кто-то сзади подсказывает:

— На одиннадцать поставьте.

Терпеть не могу, когда подсказывают. Выпало 19. Опять начал ставить на свои цифры.

— Режиссер, теперь на 29 ставьте. Ставьте все. Точно 29 будет.

Поставил одну фишку на 29. Оглянулся. Натурщица Валя.

— Не узнаете? — спросила она. — Я Валя. Это меня Арина хотела на шею тому импотенту посадить.

Между прочим. Юрий Рост, по моим сведениям, до сих пор Казакова.

— Узнаю, здравствуй. Выпало 31.

— А я просвистелась. Режиссер, у меня кроме вас здесь никого знакомых нет. Дайте шесть фишек (фишка пять долларов). На пять минут. Сейчас отыграюсь и отдам.

— Со стола не дам. Плохая примета.

— Да ну, это байки для бабушек и дедушек.

— А я и есть дедушка, — достал из кармана двадцать долларов. — На, больше у меня нет.

— Сейчас отдам, не бойтесь, — и она ушла.

Давать из кармана тоже оказалось плохой приметой. И я все проиграл. Пошел в кассу, взял кредит. Поставил. Проиграл. Взял в кредит еще сто. Опять поставил, опять проиграл. Осталось две фишки.

— У меня стрит, а у этой дуры — флэш, — опять Валя. — Дайте еще пять. Чувствую. Я ее порву!

— Нету. Всего две фишки, — и поставил эти фишки на 13.

— А вы из кармана.

— И в кармане нет. Дилер запустил колесо.

— Сколько проиграл, Георгий? — к нам подошел Садулыч.

— Пока не знаю. Шарик выпал на 8.

— Вот теперь знаю. Когда пришел, было сто, и триста взял в кредит.

— Ну и пятьдесят для хорошего настроения, — сказал Садулыч. — Кредит Данелии — четыреста пятьдесят, а мне виски с содовой!

— Режиссер, и для меня возьмите сто (тогда это были немалые деньги). Завтра отдам, — тихо попросила Валя.

— Больше не даст.

— Ну, хотя бы пятьдесят.

— В этих твои пятьдесят.

Садулычу принесли виски. Мне бумагу на подпись. Дилер выдал три фишки по сто и одну на пятьдесят.

— Ставим на черное, — сказал Садулыч и положил фишки на черное.

Выпало красное.

— Я так и знала, — сказала Валя.

— Данелии кредит на девятьсот, — распорядился Садулыч.

Дали девять фишек по сто и снова принесли бумагу на подпись. Садулыч опять поставил на черное.