Военные тайны Лубянки - Александр Витковский

Допрос начальника штаба верховного главнокомандования вооруженных сил Германии генерал-фельдмаршала Вильгельма Кейтеля.

Финал войны для генерал-фельдмаршала германской армии начальника штаба Верховного главнокомандования вооруженных сил Германии Вильгельма Кейтеля был таким же, как и для Йодля. С той лишь разницей, что вечером 8 мая 1945 года в большом зале военно-инженерного училища Кейтель подписал Акт о безоговорочной капитуляции перед Советским Союзом. После этого он выехал в штаб-квартиру гросс-адмирала Денница в Фленсбург-Мюрвик (побережье Балтики), где вскоре и был арестован британской военной полицией. И смерть для обоих генералов была одинаковой. По приговору Нюрнбергского суда они в числе десяти главнейших преступников были повешены в ночь на 16 октября 1946 года в Нюрнбергской тюрьме. Перед тем, как петля сдавила шею Кейтеля, он успел крикнуть: «Германия превыше всего!»

Да, руководители Третьего рейха не были параноиками, маразматиками или тупыми истуканами, как их изображали еще несколько лет назад. Наш враг был циничен, силен, коварен, беспощаден и жесток. Да и храбрости им было не занимать. Тем больше величие нашей Победы в этой самой жестокой и кровавой войне.

Публикуемые нами архивные материалы опроса генерал-фельдмаршала Кейтеля были получены при тех же обстоятельствах, что и генерала Йодля. Не скованные жесткими рамками официального допроса, генералы могли себе позволить быть не очень откровенными в оценке собственной вины перед народом Советского Союза, Германии и всего человечества. За них это сделал Нюрнбергский трибунал. Но проведенный сотрудниками госбезопасности опрос позволяет с противной стороны взглянуть на события предвоенного и военного времени и лучше понять взаимоотношения, царившие в кулуарах фашистской власти. И комментарии здесь, как говорится, излишни.

Краткая запись результатов опроса германского генерал-фельдмаршала Кейтеля Вильгельма.

От 17 июня 1945 года.

Кейтель Вильгельм — генерал-фельдмаршал, 62 лет, начальник генерального штаба Вооруженных сил Германии.

— Когда вас назначили на пост начальника генштаба Вооруженных сил Германии?

— Я являюсь начальником генштаба Вооруженных сил Германии с 1935 года и, исполняя эти обязанности, руководил разработкой, организацией и проведением операций вооруженных сил страны — сухопутной армией, ВВС и ВМФ.

— Являлись ли вы членом национал-социалистической партии?

— Согласно существовавшему в немецкой армии правилу, военнослужащие не могли быть членами политпартий, и я не составлял исключения. Правда, в 1939 году личным указом Гитлера я был награжден золотым значком НСДАП, однако это награждение не имеет отношения к членству в партии. В 1939 году в Германии не были еще восстановлены военные ордена и поэтому Гитлер, желая наградить меня после захвата Чехословакии, вручил мне этот значок.

— А по существу вы разделяли политику национал-социалистической партии?

— На этот вопрос мне ответить очень трудно. Я не могу сказать, что был согласен со всеми мероприятиями партии, однако поддерживал ее мероприятия по укреплению и восстановлению вооруженных сил Германии. Я должен заявить, что теперь, по прошествии долгого времени, мне трудно восстановить в памяти все события и поэтому я затрудняюсь в ответе.

— С какого времени Германия начала подготовку к войне против Советского Союза и какое участие вы принимали в этой подготовке?

— Вопрос о возможности войны с Советским Союзом впервые встал с некоторой определенностью к концу 1940 года. В период осень 1940 — зима 1940/41 года этот вопрос ставился только в плоскости возможности активных действий германских вооруженных сил на Востоке с целью предупреждения нападения России на Германию. В этот период никаких конкретных мероприятий генштабом не предпринималось. В период зимы 1941 — весны 1941 года война на Востоке считалась почти неизбежной, и генштаб начал подготовительные мероприятия и разработку планов войны.

Я не могу сказать, какими политическими планами располагал Гитлер, но в отношении подготовки войны на Востоке я исключительно руководствовался оценкой с военной точки зрения. Генштаб располагал данными, что с ранней весны 1941 года Советский Союз приступил к массовому сосредоточению своих сил в приграничных районах, что свидетельствовало о подготовке СССР, если не к открытию военных действий, то, по крайней мере, к оказанию открытого военного давления на внешнюю политику Германии.

Первоначально я относился к возможности начала войны на Востоке весьма скептически, о чем может свидетельствовать мой меморандум на имя министра иностранных дел от сентября 1940 года, в котором я считал войну с Советским Союзом маловероятной. Однако в ходе развития событий зимы 1940/41 года это мнение подверглось значительным изменениям, в первую очередь, под влиянием разведывательных данных о сосредоточении русских войск.