Тайные войны СССР. Советские военспецы в локальных конфликтах XX века - Александр Окороков

Ставшие известными в последние годы документы свидетельствуют о том, что Сукарно решил воспользоваться благоприятным случаем и нанести «упреждающий удар» по нелояльным генералам. Для реализации этого замысла были привлечены командир полка дворцовой гвардии бригадный генерал М. Сабуро и командир входившего в этот полк батальона подполковник Унтунга. Что же касается Коммунистической партии, то ее руководство заняло весьма осторожную позицию. На прошедшем в августе 1965 года заседании Политбюро ЦК КПИ было принято решение о необходимости доложить президенту о сложившейся ситуации, просить его принять необходимые меры, информировать членов партии об опасности переворота и ждать указаний Сукарно^[307].

Вместе с тем есть основания полагать, что в кругах армии и армейской разведки прилагались усилия, чтобы подтолкнуть КПИ к действиям, которые позволили бы скомпрометировать се в глазах народа. На это, например, указывают сведения, изложенные в письме посла Пакистана в Париже главе своего правительства З. А. Бхутто. В декабре 1964 года посол сообщал о беседе с офицером голландской разведки, работавшим в НАТО. Тот сообщил ему, что Индонезия «готова упасть в лоно Запада, как подгнивший плод». По его словам, западные разведки инспирировали «неподготовленный коммунистический заговор, обреченный на неудачу и призванный дать законную-и долгожданную возможность армии сокрушить коммунистов и сделать Сукарно своим пленником»^[308].

В течение сентября были сформированы руководящие органы «упреждающего удара». Во главе их было поставлено Центральное командование, куда вошли подполковник Унтунг в качестве командующего, командир пехотной бригады, расквартированной в Джакарте, полковник Латиф, майор ВВС Суйоно, руководитель Специального бюро, созданного при лидере ЮТИ для работы в вооруженных силах, Шам^[309] и его помощник Поно. Для захвата генералов были созданы боевые группы, в состав которых вошли подразделения президентской гвардии, пехоты и парашютистов-десантников ВВС.

Операция против Совета генералов началась в ночь с 30 сентября на 1 октября. Находившиеся в распоряжении Центрального командования батальоны заняли позиции на площади перед дворцом президента, а вскоре блокировали «Радио Республики Индонезия». Специальные группы были отправлены для захвата намеченных к аресту генералов. Трое из них — А. Яни, Панджаитан и Харьоно — были убиты на месте якобы при попытке оказать сопротивление. А. Х. Насутиону удалось бежать, при этом погибла его маленькая дочь, а принятый за генерала его адъютант схвачен, увезен на авиабазу Халим и там расстрелян. Та же участь постигла и генералов Супрапто, Пармана и Сутойо.

К 9 часам утра «зачистка» оппозиционных президенту генералов была завершена. И здесь случилось непредвиденное. Командующий Стратегическим резервом генерал Сухарто,^[310] ранее занимавший выжидательную позицию, решил разыграть самостоятельную партию. К этому, по мнению некоторых исследователей, генерала подтолкнуло то обстоятельство, что в новой структуре власти ему не было отведено достойного места.

Сухарто принял на себя командование сухопутными войсками «на основании постоянно действующего приказа» и к 3 часам утра 2 октября имевшимися у него силами подавил выступление.

Спустя несколько дней ставшая хозяином положения армия объявила происшедшее событие организованной Компартией попыткой государственного переворота, направленного против президента. Началась жестокая антикоммунистическая кампания, в результате которой были убиты многие тысячи членов КПИ, не имевшие никакого отношения к происшедшим событиям. Причем по данным, опубликованным в США, помощь индонезийской армии в борьбе против левых сил оказывало, используя свои разведывательные возможности, американское посольство в Джакарте^[311]. Интересно упомянуть, что наряду с коммунистами гонениям и репрессиям подверглись китайцы, проживавшие в стране. По некоторым оценкам, число убитых китайцев, как коммунистов, так и не коммунистов, превысило 500 тысяч.^[312] Реакция Пекина была адекватной — оказывавшаяся ранее Сукарно помощь со стороны Китая была полностью прекращена.

Эта кампания стала первым этапом длительной борьбы за радикальное изменение всей политической структуры и ориентации страны на Запад. Правда, это не мешало индонезийским властям по-прежнему пользоваться услугами советских военных специалистов, в частности, инструкторов по авиационно-техническому обучению местных кадров. Среди них были, например, капитаны H.A. Сычев и В. М. Штанько.

Что же касается Сукарно, то он почти год вел безнадежную борьбу за власть. Под нажимом своих противников он публично осудил «мятеж». Однако, как вспоминала жена Сукарно Ратна Сари Деви, в частных разговорах он настаивал, что КПИ ни в какой мере не была ответственной за то, что произошло в те дни.^[313]