56-я армия в боях за Ростов. Первая победа Красной армии. Октябрь-декабрь 1941 - Евгений Кринко

В связи с наступлением советских войск были приняты соответствующие распоряжения, касающиеся организации и деятельности служб тыла. Приказанием по тылу Южного фронта № 00137 от 30 ноября 1941 г. определялся новый порядок базирования служб тыла армий фронта в связи с их продвижением на рубеж реки Миус. 56-ю армию предполагалось « питать с прежних складов », но с выходом войск на Миус и занятием Таганрога « развернуть в районе Ростова отделение полевых складов с расчетом в последующем переноса армейской базы » [285] .

Приказ по тылу Южного фронта № 00143 от 5 декабря 1941 г. определял передислокацию служб тыла. Базы 56-й армии, располагавшиеся в Батайске, с 6 декабря перемещались в Ростов. Порядок снабжения определялся через железные дороги с выбросом железнодорожных летучек на станциях Ростов, Хапры, Синявка, Морская, в качестве конечно-выгрузочных станций утверждались Ростов, с 7 декабря – Хапры, с 8 декабря – Синявка и Морская. На первые 10 дней операции отпускалось: 1 боекомплект боеприпасов, 4 заправки горючего, по 1 суточной норме ежедневно продовольствия. Муку, мясо, овощи предполагалось заготавливать на месте [286] .

У германского высшего руководства обстановка на фронте группы армий «Юг» порождала самые серьезные опасения. Несмотря на то что 1-я танковая армия ввела в бой свой последний резерв – 14-ю танковую дивизию, она продолжала отступать под натиском советских войск, что вызвало большое недовольство фюрера. Он запретил дальнейший отход армии к Таганрогу и Миусу. 30 ноября в 13.00 Гитлер вызвал к себе командующего сухопутными войсками генерал-фельдмаршала Вальтера фон Браухича. Состоялся неприятный для фельдмаршала разговор, в ходе которого фюрер фактически не дал ему говорить, осыпав его сплошными упреками. Под прямым нажимом Гитлера Браухич отдал приказ « не отходить одним скачком на вышеупомянутый рубеж » [287] . Предполагалось, что немецкие войска остановятся на промежуточном оборонительном рубеже, не переходя через Миус. Но фельдмаршал Рундштедт ответил, что не сможет выполнить этот приказ, и был отправлен в отставку.

1 декабря в 4.00 новым командующим группой армий «Юг» стал генерал-фельдмаршал Вальтер фон Рейхенау – один из самых преданных Гитлеру немецких военачальников, до этого возглавлявший 6-ю армию. Ему ставилась задача приостановить отход частей 1-й танковой армии, « приняв все меры для ее усиления и поддержки ». Командующему армией резерва приказывалось « быстрейшим образом переправить по железной дороге » для 13, 14 и 16-й танковых дивизий по 40 танков Pz-III и по 12 танков Pz-IV. Ф. Гальдер отмечал в своем дневнике: «Численность этих дивизий очень незначительна. Командир 13-й танковой дивизии и один из наиболее способных командиров полков страдают полным расстройством нервной системы» [288] . Все это было прямым следствием тяжелых, кровопролитных боев за Ростов.

Первоначально Рейхенау рассчитывал, что сможет удержать промежуточную позицию обороны на левом берегу Миуса, на чем и настаивал Гитлер. Но она была совершенно не подготовлена к обороне: немецкой пехоте пришлось бы без укрытий « лежать прямо на замерзшей земле ». Немецкие командиры не видели никакого смысла обрекать себя и своих солдат на бессмысленные страдания и потери ради лишнего десятка километров голой степи. Клейст прямо доложил Рейхенау, что « его войска будут разбиты на этой позиции ». Большая часть тяжелой артиллерии в это время располагалась за Миусом, а плацдарм у Таганрога обеспечивал прикрытие аэродрома, « который можно было использовать для базирования истребителей ». Еще не завершился день, как Рейхенау изменил свое мнение. В 15.30 он позвонил фюреру и доложил, что позиции, занимаемые «Лейбштандартом СС Адольф Гитлер», прорваны, попросив разрешить ему отход ночью за Миус [289] .

Это разрешение было дано. Но, будучи невероятно встревоженным, фюрер решил лично переговорить со своим бывшим охранником Зеппом – Йозефом Дитрихом – командиром 1-й моторизованной бригады СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер». Гитлер не раз посылал своего любимца спасать положение дел на фронте в критических ситуациях, и тот неизменно приносил ему одну победу за другой. И вот теперь Дитрих выдворен из Ростова и разгромлен! Что случилось? Как такое могло произойти? Столько побед, и вдруг поражение! И на таком важном направлении, которое вело к захвату нефти, к выходу в Индию и в итоге к мировому господству! Не хотят ли генералы вермахта проучить его? Не в сговоре ли они? Не сорвут ли они его планы? Возможно ли переломить ситуацию? Гитлер не знал ответов на эти вопросы и никому не верил, кроме испытанного, верного Дитриха.

Фюрер отдал распоряжение главному адъютанту Р. Шмундту срочно готовить вылет на фронт, даже не уведомив об этом командование сухопутных войск. Более того, штаб Верховного главнокомандования вооруженных сил Германии (ОКВ) еще в 2 часа ночи 1 декабря отдал распоряжение готовить в двухдневный срок эвакуацию войск из Таганрога. Немецкие военные госпитали уже эвакуировались из города, как и запасы боеприпасов и горючего. Базу снабжения перенесли в Сталино. В этой ситуации, несмотря на то что истребители еще прикрывали аэродром Таганрога, лететь прямо туда Гитлеру было небезопасно, особенно в условиях ненастной погоды. Самолет фюрера с пересадкой через Киев приземлился в Мариуполе. Здесь он провел совещание в штабе 1-й танковой армии. В нем участвовали В. фон Рейхенау, Э. фон Клейст, начальник штаба 1-й танковой армии полковник К. Цейтцлер, Й. Дитрих и другие высокопоставленные лица. После этого фюрер вместе с Дитрихом на автомобиле отправился в штаб «Лейбштандарта СС Адольф Гитлер», располагавшийся на хуторе Чикилев Федоровского района Ростовской области.

Начальник штаба ОКВ генерал-фельдмаршал В. Кейтель вспоминал: «Гитлер сказал мне, что хочет увидеть верного Зеппа Дитриха, командира лейбштандарта СС “Адольф Гитлер”, чтобы тот “правдиво” доложил ему о положении наших войск и, как он искренне думал, “о неправильном” руководстве со стороны командных инстанций сухопутных войск. К чести своей, группенфюрер СС действительно правдиво доложил об оперативной обстановке и убедил Гитлера в том, что тот несколько погорячился. На обратном пути фюрер встретился с Рундштедтом, и, хотя отставка все же состоялась, взаимное доверие было восстановлено» [290] .

Ф. Гальдер также свидетельствует, что во время пребывания фюрера в группе армий «Юг» тот заявил ее командующему, что « ни он, ни командование танковой армии не виновны в нынешнем развитии событий. Войска сражались исключительно упорно и смело » [291] . Тем не менее у Гитлера сохранилась досада и против Браухича, и против Рейхенау. Буквально через две с лишним недели, 19 декабря 1941 г., Гитлер отстранил Браухича от должности и принял на себя функции главнокомандующего сухопутными войсками. Негативное мнение Гитлера дошло и до Рейхенау, и, вполне вероятно, именно это вызвало у фельдмаршала сердечный приступ 15 января 1942 г. Заболевшего военачальника отправили в Лейпциг, но самолет попал в аварию, и 17 января получивший травму черепа Рейхенау скончался…

Но все это произойдет спустя некоторое время, а в первых числах декабря в войсках вермахта на южном фланге, особенно в тыловых частях, готовились к худшему варианту развития событий. По словам непосредственного очевидца, « в Таганроге поднялась настоящая паника. Тыловые службы и сотрудники гражданской администрации, которым обычно не терпелось держаться как можно ближе к фронту, вдруг засуетились и начали спешно собираться, чтобы покинуть свои резиденции. Служба материально-технического снабжения даже забыла в суматохе взорвать склады с боеприпасами – многие тонны. Но эти брошенные запасы очень пригодились нашим боевым соединениям: они получили возможность вести огонь по наступавшему неприятелю, не экономя снарядов и патронов » [292] .