56-я армия в боях за Ростов. Первая победа Красной армии. Октябрь-декабрь 1941 - Евгений Кринко

Ряд районов области сорвал поставку рабочей силы на оборонительные рубежи: Кагальницкий район из запланированных 4 тысяч человек прислал 1064 человека, Аксайский из 2 тысяч человек – 712 человек, Егорлыкский из 4 тысяч человек – 1850 человек; Константиновский из 3 тысяч человек – 450 человек; Сальский из 6 тысяч человек – 2213 человек; Самарский из 3 тысяч человек – 1083; Зимовниковский из 2 тысяч человек – 955 человек; Калмыцкий из 3 тысяч человек – 782 человека. Некоторые райкомы и райисполкомы не обеспечили доставку на трассу лопат и другого шанцевого инструмента, мобилизованные прибыли без теплой одежды и обуви [124] . Кормили на строительстве оборонительных рубежей крайне плохо: «Отощали казаки. Обносились, оборвались, спали вповалку, пока не было холодно, там, где работали. Не мылись, негде было. Завшивели. Но не роптали, враг наступал, и спешили до холодов рвы закончить» . Спасали положение колхозы, снабдившие своих односельчан одеждой, обувью и рабочими рукавицами [125] .

Недостаточно распорядительности проявило и командование 8-й саперной армии, сформированной в октябре 1941 г. в составе 23, 24, 25 и 26-й саперных бригад (командующий – бригадный инженер Д. Г. Оника). Именно она отвечала за возведение Донского оборонительного рубежа по рекам Аксай – Дон – Северский Донец. Из-за бездеятельности руководства 8-й саперной армии уже мобилизованные на оборонительные работы граждане несколько дней не могли к ним приступить. Так, например, 1,5 тысячи жителей Семикаракорского района, прибывшие 29–30 октября, стали использоваться на строительстве только с 3–4 ноября. На строительном участке № 10 без дела простояли 5 суток 1340 человек и только благодаря вмешательству уполномоченного обкома ВКП(б) их стали использовать на работах. На строительном участке № 4 5 тысяч человек, прибывших из колхоза «Красный Октябрь», оставались без работы в течение 4 суток, « а руководство этого участка даже не делало попытку отослать эту рабочую силу как излишнюю, и пытались распустить женскую рабочую силу со строительства » [126] .

16 ноября 1942 г. на объединенном заседании Ростовского областного исполкома и бюро обкома ВКП(б) специально обсуждался вопрос «О ходе работ по строительству оборонных сооружений на трассе 8-й саперной армии». Руководство области пришло к выводу, что « строительство оборонных сооружений проходит неудовлетворительно ». В совместном постановлении от секретарей райкомов и горкомов ВКП(б), председателей райисполкомов потребовали выполнения в трехдневный срок решений обкома ВКП(б) о мобилизации населения на строительство: «Все мобилизованные должны иметь при себе необходимый инструмент, теплую одежду, исправную обувь и т. д. Также выслать весь автогужтранспорт и трактора» .

Руководителей партийных и советских организаций « в последний раз » строго-настрого предупреждали, « что за невыполнение постановлений о мобилизации рабочей силы они будут сниматься с занимаемых постов и передаваться в военный трибунал, как срывщики важнейшего государственного задания ». К 19 ноября Ростовский горком ВКП(б) и горисполком должны были мобилизовать не менее 30 тысяч человек, направив их в распоряжение 8-й саперной армии. От командования 8-й саперной армии, в свою очередь, требовалось « немедленно устранить недостатки в организации и использовании рабочей силы, транспорта и своевременной выборке материалов и предприятий ». Обращалось его внимание на « необходимость контактирования в работе с местными партийными и советскими органами ». На предприятиях Ростова следовало организовать производство максимального количества «ежей» и «ершей», на заводах «Ростсельмаш» и «Красный Аксай» – в пятидневный срок подготовить цеха для производства дотов, а на заводе «Пролетарский молот» – довести выпуск колючей проволоки до 18 т в сутки [127] .

Но к 21 ноября удалось построить лишь 21 огневую точку. Не было выделено и специального гарнизона для обороны Ростова-на-Дону. Только в день начала борьбы за город, 17 ноября 1941 г., городской комитет обороны объявил всеобщую мобилизацию населения на оборонительное строительство [128] . Но это явно запоздалое решение не было подкреплено другими мерами. Член Военного совета Южного фронта Л. Р. Корниец так охарактеризовал сложившуюся ситуацию: « Все разговоры по укреплению Ростова являются пустыми фразами. По существу, никакой обороны Ростова не было » [129] . Фактически серьезные работы по укреплению Ростова-на-Дону стали проводиться только после его освобождения 29 ноября 1941 г.

Между тем оборону Ростова-на-Дону существенно укрепило бы создание подготовленного в инженерном отношении внешнего городского обвода. Его следовало занять 31-й и 347-й стрелковыми дивизиями, усилив их вкопанными в землю танками. 62-ю и 64-ю легкие кавалерийские дивизии требовалось держать в плавнях гирла Дона для организации рейдов на прибрежную полосу между станциями Хапры и Приморка, с целью перехвата железной и шоссейной дорог Ростов – Таганрог. Ополченческие и чекистские полки было разумно сразу нацелить на ведение уличных боев в хорошо знакомом их личному составу городе. Курсантам – оборудовать и оборонять предмостные тет-де-поны у немногочисленных переправ через Дон в полосе между населенными пунктами Семерниково, Гниловская, Ростов-на-Дону, Аксайская. Все переправы – заминировать, подрывные команды держать в постоянной боевой готовности. И вермахт просто увяз бы в такой обороне. Но ничего этого сделано не было.