От летчика-истребителя до генерала авиации. В годы войны и в мирное время. 1936–1979 - Николай Остроумов

Павел Федорович Жигарев дважды на своем жизненном пути возглавлял советские военно-воздушные силы. Впервые в апреле 1941 года он стал начальником Главного управления ВВС, а через два месяца – с 19 июня, с введением нового названия должности, – командующим ВВС Красной армии с правами заместителя народного комиссара обороны. Конечно, за такое короткое время устранить все недостатки в боевой и оперативной подготовке ВВС он не мог. Он тяжело переживал неудачи, создавшуюся сложную воздушную и наземную обстановку на советско-германском фронте и принимал всевозможные меры для восстановления боеспособности авиационных частей и соединений, которые понесли значительные потери.

Утром 22 июня 1041 года своей директивой с согласия Генерального штаба он передал в состав ВВС Западного фронта (аэродром Орша) 99 новых истребителей МиГ-3, чем в какой-то мере оказал помощь фронту, потерявшему в этот день 728 самолетов (около 50 процентов состава)^[33]. В конце месяца на Западный и Юго-Западный фронты были переброшены две авиадивизии из ВВС Московского военного округа и две с Дальнего Востока и из Забайкалья^[34].

Первые семь суток войны Павел Федорович, будучи начальником Главного управления ВВС, не имел возможности непосредственно оперативно управлять боевыми действиями и влиять на их ход. Это объясняется тем, что фронтовая и армейская авиация подчинялась только командованию фронтов и армий, дальнебомбардировочная – действовала частично по решению фронтов, а основные ее силы – по плану Ставки Главного командования. Командующий ВВС Красной армии со своими подчиненными готовил предложения Генеральному штабу об использовании соединений и частей ВВС внутренних военных округов, а после их утверждения организовывал перелеты авиации в районы боевых действий фронтов. Надо сказать, что ввод в бой прибывающих авиачастей происходил без достаточной подготовки. Вместо сосредоточения, их соответствующей подготовки и затем массированного ввода в сражение они по прибытии вынуждены были зачастую сразу же начинать боевые вылеты, что приводило к неоправданным потерям. Руководство ВВС уже на третий день войны предоставило в Генеральный штаб предложения по устранению недостатков в применении фронтовой авиации, организации ударов по аэродромам противника, маневру своей авиации и ее взаимодействию с войсками.

Укреплению военно-воздушных сил способствовало решение Ставки (от 29 июня 1941 года) о создании Военного совета ВВС. Председателем был назначен П. Ф. Жигарев. Включение в его состав, помимо руководства ВВС, наркома авиапромышленности и представителей ЦК ВКП(б) позволило сосредоточить силы и средства основных отраслей промышленности и тыла страны для оказания действенной помощи в оснащении авиации необходимой техникой и вооружением. Военный совет принимал меры к устранению недостатков в боевой деятельности ВВС. Уже 9 июля того года в адрес командующих ВВС фронтов была направлена директива, в которой предлагалось «при базировании авиации на аэродромах иметь на каждом из них не более 9–12 самолетов. После посадки самолеты немедленно рассредоточивать на полевых аэродромах, маскировать и отводить в укрытия… Установить строжайшую маскировочную дисциплину на аэродромах, не допуская открытого хождения по летному полю, езды на автомобилях». В ней же указывались меры по повышению боеготовности средств ПВО и истребителей при отражении налетов вражеской авиации^[35].

Опыт первого месяца войны показал необходимость создания авиационных резервов Ставки. В конце июля 1941 года началось формирование первых шести резервных авиагрупп (РАГ), которые, как правило, маневрировали между фронтами в целях усиления их ВВС на главных направлениях. В ряде случаев РАГ решали самостоятельные задачи. В августе 1941 года было проведено разукрупнение состава авиаполков: вместо 60 самолетов в них насчитывалось 32–33, а во вновь формируемых и перевооружаемых на новую матчасть – 20. К тому же их состав был более однородным. Эти меры повысили их маневренность и управляемость в бою. В том же месяце произошла реорганизация авиационного тыла. Как ненужное управленческое звено были расформированы авиабазы, а батальоны аэродромного обслуживания облегчены и унифицированы.

Большой вклад в совершенствование ВВС внес лично П. Ф. Жигарев. В ходе начавшейся Великой Отечественной войны он был непосредственным организатором действий ВВС при выполнении ими важных оперативно-стратегических задач. Когда Верховное главнокомандование в августе 1941 года поставило задачу перед ВВС и авиацией флота в ответ на налеты фашистской авиации на Москву и Ленинград нанести воздушные удары по военным объектам Берлина, генерал-лейтенант авиации П. Ф. Жигарев вылетел на остров Сааремаа (Эзель), с аэродрома которого осуществляли свои полеты дальние бомбардировщики. Удары советской авиации возвестили всему миру о ее стратегических возможностях воздействовать по глубоким объектам Германии, в частности и по ее столице, имевшей мощную противовоздушную оборону. В том же месяце было принято решение Ставки ВГК об усилении авиации под Ленинградом. К моменту наступления фашистов под Ленинградом там было сосредоточено 600 самолетов ВВС Ленинградского фронта и 20 самолетов авиации Балтийского флота. Здесь же действовал 7-й истребительный авиакорпус ПВО. Павел Федорович в августе 1941 года в составе комиссии ГКО вылетал в осажденный Ленинград в интересах укрепления ВВС Ленинградского и Карельского фронтов, а также для организации их взаимодействия.

В битве под Москвой Павел Федорович непосредственно руководил действиями авиационных частей и соединений. Следует заметить, что на Московском направлении фашистское командование использовало 2-й воздушный флот, имевший более тысячи самолетов. Остро стоял вопрос о завоевании господства в воздухе. Командующий ВВС многое сделал для создания соответствующей мощной группировки. Были привлечены авиасоединения ВВС не только фронтов, действовавших на этом направлении, но и соседних, а также дальнебомбардировочная авиация. Вскрыв подготовку воздушной армады к массированным налетам на столицу, Ставка ВГК 10 октября 1941 года отдала директиву командующему ВВС Красной армии, в которой требовала организовать решительные действия авиации по вражеским аэродромам на Северо-Западном, Западном и Юго-Западном направлениях, а также быть готовым отразить налеты противника.