Династии, кланы и семьи в России. От Ленина до Путина - Леонид Млечин

— За торжество справедливости!

Гадали, кто сменит Сердюкова. Генералы делали вид, что их возмущает биография Сердюкова, который начинал трудовую деятельность в мебельном магазине и до Министерства обороны руководил Федеральной налоговой службой. В реальности генералы, преуспевшие в основном по хозяйственной части, не приняли штатского министра, потому что им стало ясно — придется уступать место молодым профессионалам.

А президент отставки не принял. Министр обороны — такова наша традиция — подчиняется не премьеру, а главе государства.

Назначение в Министерство обороны и для Сердюкова было большим сюрпризом. Он мне об этом сам рассказывал:

— Когда я вошел в президентский кабинет, там был и Сергей Борисович Иванов, на тот момент министр обороны. Президент мне говорит: «Мы посоветовались (я так понял, что в том числе и с Сергеем Борисовичем) и решили, что вы должны занять пост министра обороны». Для меня это было сказать неожиданно — мало, на самом деле — шок. Потому что я никакого отношения к армии не имел, кроме как в свое время служил срочную. Но президент объяснил, есть важнейшие вопросы, связанные с экономикой, с финансами. Ими должен заняться профессионал и найти решения.

Намерение министра обороны Анатолия Сердюкова изменить само содержание военной службы было революцией. Изменить облик вооруженных сил, чтобы у молодых людей появилось желание стать военными. Что предложил министр? Служить неподалеку от дома. В выходные видеть семью. Получать отпуск. Не дежурить на кухне, не тратить драгоценные месяцы жизни на хозяйственные работы. Превратить казарму в удобное для жизни место. Армия же сосредоточится на боевой и физической подготовке.

А почему должно быть иначе? Военная служба — замечательная профессия, а не отбытие наказания. Военный человек в боевой ситуации обязан сражаться, если надо — отдать жизнь за родину, но почему его надо гнобить в казарме, унижать, содержать в жалких условиях?

Когда Анатолия Сердюкова назначили министром обороны, не было недостатка в ехидных комментариях: что гражданский человек понимает в военных делах? Экономист Сердюков увидел то, что было очевидно военным специалистам. Вооруженные силы — плохо организованная корпорация. Военный бюджет — колоссальный, а денег не хватает. Сердюков затеял реальную ревизию огромного армейского хозяйства.

Он объявил, что броню для автомобилей, боевых машин пехоты, бронетранспортеров, машин разведки придется закупать в Германии. Услышал в ответ возмущенное: это не патриотично! А отправлять солдата в бой под броней, которую пробивает стрелковое орудие, патриотично?

В Израиле купили пятнадцать беспилотных летательных аппаратов. Опять недовольство: почему обижают своих производителей? Пытались создать свои — потратили пять миллиардов рублей, и не получилось. Главнокомандующий военно-воздушными силами заслуженный летчик России генерал-полковник Александр Николаевич Зелин честно сказал о российских моделях:

— Принимать их на вооружение — это просто преступление.

При Сердюкове ликвидировали существующие только на бумаге кадрированные части. Цель — добиться, чтобы все соединения и части находились в постоянной боевой готовности. Было 60 тысяч полковников, осталось 8 тысяч. Генералов было 1200, осталось 780. Конечно, можно посочувствовать старшим офицерам, которых отправляют в отставку. Но без обновления кадров не обойтись. После войны с Грузией начальник Генерального штаба генерал армии Николай Егорович Макаров жаловался, как трудно было найти офицера, способного командовать войсками в боевой обстановке:

— Командиры, которые, командуя полками и дивизиями, существовавшими только на бумаге, просто были не в состоянии решать вопросы, возникшие в ходе реальной войны. Когда им дали людей и технику, они растерялись, а некоторые даже отказались выполнять задачи. Спрашивается, нужны ли нам такие офицеры?

Полностью менялась система военного образования. Исторически по всей стране открылось множество военных учебных заведений. Но преподаватели были далеки от современной науки, иностранных языков не знали, литературы не читали. Новой техники, на которой могли бы учиться курсанты, не было. Компьютерные классы безнадежно устарели. Как и тренажеры, на которых будущие летчики отрабатывали тактику скоротечного огневого контакта. Выпускник летного училища летать — и воевать! — не способен, его приходится доучивать уже в воинской части. Как было не согласиться с министром Сердюковым: вместо десятка безнадежно устаревших учебных заведений — одно современное, располагающее всем необходимым?

Но поддержки министр не получил. Начинаниям министра противостояла немалая часть офицерского корпуса, не желавшая перемен. Отставники высказывались откровенно и публично. Действующие мрачно роптали. Многие старшие офицеры и генералы просто не в состоянии были представить себе новый облик армии.

14 октября 2008 года министр Сердюков сообщил о начале радикальной военной реформы. Он не только обещал отправить в отставку лишних генералов и сократить штабы, но и изменить структуру Вооруженных сил: вместо округов, армий, дивизий и полков — округ, оперативное командование, бригады. Дивизионно-полковая структура устарела. Нужны более мобильные и управляемые бригады.

— Руководство российского военного ведомства наводит в Вооруженных силах элементарный порядок, — объяснил министр обороны Сердюков и напомнил: — Проходили годы, десятилетия, в течение которых ничего не делалось. Сейчас настало время.

20 апреля 2010 года министр обороны встретился с представителями правозащитных организаций и союзов солдатских матерей.

Министр сказал, что у солдата будет пятидневная рабочая неделя. В субботу и воскресенье он надевает гражданскую одежду и отправляется домой. Подъем в семь утра, отбой в одиннадцать вечера. Призывники должны служить в регионе, где были призваны. Если там негде служить, тогда в соседнем. Призывников с высшим образованием, сыновей престарелых родителей, отцов маленьких детей — отправят служить поближе к дому.

В начале 2008 года Сердюков распорядился, чтобы Главное управление боевой подготовки и службы войск (начальник генерал-лейтенант Владимир Анатольевич Шаманов) проверило физическую подготовку генералов и офицеров центрального аппарата министерства. Нормативы — подтянуться на перекладине определенное число раз, пробежать сто метров и километр, проплыть сто метров. Многие вовсе не сдали, половина — на тройку.

Тогда сокращалась преступность, упало число смертельных случаев в армии. Военная прокуратура стала больше возбуждать уголовных дел против генералов и старших офицеров, которые брали взятки за освобождение призывников от воинской службы, за распределение жилья офицерам и передачу контрактов на поставку имущества для Вооруженных сил.

Сердюков начал программу продажи «непрофильных активов» Министерства обороны — особняков и домов приемов, опустевших военных городков и ненужных полигонов.

Но все завершилось 25 октября 2012 года, когда сотрудники Следственного комитета, Министерства внутренних дел и военной контрразведки провели обыск в доме № 6 по Молочному переулку — в квартире недавнего руководителя департамента имущественных отношений Министерства обороны Евгении Николаевны Васильевой.