Династии, кланы и семьи в России. От Ленина до Путина - Леонид Млечин

Большевики Сергей Яковлевич и Ольга Евгеньевна Аллилуевы с дореволюционной поры дружили со Сталиным. Помогали ему, когда он отбывал ссылку в Туруханске, приютили, когда он в 1917-м приехал в Петроград. В 1918 году Сталин женился на младшей дочери Аллилуевых Надежде. Но родственников он, мягко говоря, недолюбливал.

Главный редактор издательства «Художественная литература» Александр Иванович Пузиков вспоминал, как однажды к нему в кабинет вошла женщина средних лет, представилась:

— Я Аллилуева, Анна Сергеевна, сестра Надежды — жены Сталина. До войны вышла книга нашего отца, старого большевика, и я хотела бы ее переиздать. Это воспоминания о революционной работе, о партии, о товарищах.

Посетительница уселась на стул рядом и по-свойски пожаловалась на вождя:

— Обращались к нему, но он и пальцем не пошевелил. Трудный человек! Я и Светлана отправились навестить его на озеро Рица. Два дня прождали, пока соблаговолил нас принять. Все-таки дочь и сестра жены. Прожили двое суток в гостинице. С тех пор как умерла Надежда, потерял к нам всякий интерес.

Пузиков, понимая, какой рискованный разговор затеялся, промямлил, что у Иосифа Виссарионовича много дел.

— Занят-то он занят, но нельзя забывать и о дочери. У нее свои проблемы, свои заботы, и весьма серьезные, жизненные. Что это за отец, который поступает с дочерью, как с посторонним лицом? Понимаю Надежду. Как ей было тяжело жить с таким человеком!

Посетительница привстала:

— Спасибо. Вы уж простите меня за откровенность. Накопилось.

Анна Сергеевна Аллилуева сама взялась за перо. В 1946 году в издательстве «Советский писатель» вышла ее небольшая книжечка. Старшая сестра покойной Надежды описала молодого Сталина, который в 1917 году жил в их квартире. Она думала, что сделает вождю приятное. И промахнулась. Сталин пришел в крайнее раздражение. Для всех советских людей он уже был богом, а свояченица позволила себе описать его живым человеком с не очень симпатичными чертами. «Правда» откликнулась разгромной рецензией.

Помимо всего прочего Анна Аллилуева была вдовой видного чекиста комиссара госбезопасности 1-го ранга Станислава Францевича Реденса. Бывший секретарь Дзержинского, он руководил столичной госбезопасностью. В 1938 году впал в немилость. Его отправили наркомом внутренних дел в Казахстан, через несколько месяцев арестовали, обвинили в шпионаже на панскую Польшу и в январе 1940 года расстреляли.

Своей книгой Анна Аллилуева напомнила о себе. В 1948 году ее арестовали. Особое совещание МГБ приговорило ее к пяти годам тюремного заключения. А через четыре года Особое совещание пересмотрело ее дело и увеличило срок до десяти лет. Если бы не смерть Сталина, она бы на свободу не вышла.

Ее сын Владимир Станиславович Аллилуев уже в наше время составил родословную Аллилуевых — Сталиных и написал книгу «Хроника одной семьи». В книге масса любопытного. Нет только одного — сочувствия к несчастным родителям и попытки понять, почему у него отняли сначала отца, а потом мать.

Его отца расстреляли, когда мальчику было всего пять лет. Ему было тринадцать, когда посадили его мать. От отца, которого он почти не помнит, осталось только судебное дело. Но мальчик сохранил наилучшие воспоминания о детстве и отрочестве. Ни Сталин, ни система, при которой можно расстреливать невинных людей, по мнению автора, в смерти его отца не виноваты. Система вообще была замечательная:

«В те годы торговля работала исправно, надежно, цены снижались, одно время в столовых хлеб даже подавался бесплатно, люди видели, что жизнь их постоянно улучшается… Система обеспечивала людям надежную жизнь, страна двигалась вперед».

Это суждение подкреплено личным опытом автора. Несмотря на расстрел отца, будущего автора книги и его семейство не лишили ни кремлевской поликлиники, ни так называемой столовой лечебного питания, которую обычно именовали кормушкой, ни машин из правительственного гаража — «линкольнов» и «мерседесов», а после войны ЗИС-110. Жили в известном Доме на набережной. Квартира пятикомнатная, примерно сто квадратных метров, с удовольствием вспоминал Владимир Аллилуев. Лето проводили на сталинской даче. В аспирантуру его устраивал адъютант Василия Сталина, который объяснил ректору МГУ, кто есть кто. При этом автор искренне уверен, что «образ жизни у нас был, как мне кажется, вполне демократичным… Тогда действительно считалось неприличным жить лучше других».