Забытое сражение Огненной Дуги - Валерий Замулин

«Полки зенитной артиллерии должны были принять участие в артиллерийской подготовке, исполняя распоряжение начальника артиллерии корпуса. С этой целью зенитные орудия были эшелонированы и вводились в бой тремя волнами. Первый эшелон размещался у переднего края обороны; командиры первого эшелона получили приказ вести огонь прямой наводкой по тяжелым орудиям и дотам противника. Требовалось также сформировать штурмовую зенитную противотанковую группу, которая должна была обеспечить непосредственную поддержку наступающей пехоте. Вместе с артиллерией корпуса два других зенитных полка получили задание нанести удар по оборонительной линии противника и парализовать его пехотные части, ведя непрерывный огонь. После этого подразделения первого эшелона, кроме штурмовой группы, а также весь второй эшелон должны были поддержать наступающую пехоту. Третий эшелон обеспечивал прикрытие района расположения артиллерии от атак с воздуха и контрбатарейную борьбу»^[132].

Как известно, в операции «Цитадель» элемента оперативной и тактической внезапности не было. Для советского Верховного Командования планы противника: и замысел, и места расположения ударных группировок, и даже дата начала наступления (вплоть до часа) не являлись секретом. Как свидетельствуют боевые документы Воронежского фронта, не остались незамеченными и детали мероприятий, связанные с подтягиванием противником сил непосредственно к переднему краю армий первого эшелона и подготовке местности для их развертывания. В первую очередь на западном берегу Донца. В начале июля начальник разведуправления штаба фронта доложил, что в районе Белгорода немцы уже сосредоточили дополнительно не менее двух танковых дивизий. Наряду с этой интересную и, что немаловажно, достоверную информацию давал штаб инженерных войск. Данные от групп фронтовой и армейской инженерной разведки, действовавшей в тактической полосе АГ «Кемпф», постов наблюдения инженерных войск в сочетании с дешифровкой аэрофотосъемки, которую систематически проводила 2-я ВА, рисовали четкую картину приготовления немцев к наступлению по всему фронту. Особенно много ценной информации было о выдвижении войск неприятеля, подготовке им местности и коммуникаций перед 7-й гв. А. Начальник инженерных войск фронта генерал-майор Ю.В. Бордзиловский докладывал:

«…Река Северный Донец была взята нами под особо тщательный контроль… в результате выявлено сосредоточение противником переправочных средств в районах: севернее Соломине, Топлинка, Андреевка (западнее Топлинки).

В период непосредственной подготовки противником наступления было выявлено усиление работ по строительству мостов вблизи от переднего края и через реку:

10.6 немцы построили затопленный мост в районе Топлинки (полоса 72-й гв. сд. — З.В.);

13.6 в районе Пушкарного отмечен ремонт моста (левый фланг 81-й гв. сд. — З.В.);

13.6 установлено наличие деревянного, низководного балочного моста в районе Михайловка, Супруновка (81-я гв. сд. — З.В.);

20.6 дешифрованием аэрофотоснимков у Михайловки выявлено две исправные переправы через Северный Донец;

20–26.6 в районе Андреевки прибыло переправочное имущество 20 понтонов на автомашинах и одна понтонная часть»^[133].

Вместе с этими данными начали поступать сведения о подготовке немцами местности непосредственно на переднем крае для прохождения войск, в том числе и у кромки западного берега. Так, 15 июня разведгруппа, проникшая в тыл 168-й пд, установила, что в районе с. Покровки (севернее Белгорода) вдоль железной дороги исчезли колючая проволока и большое минное поле.

Через четверо суток, в ночь на 20 июня, перед фронтом 36-й гв. сд в районе села Огурцово группа инженерной разведки перед окопами частей 320-й пд обнаружила поваленные колья с колючей проволокой и разминированное минное поле, которое находилось здесь ранее.

22 июня на юго-восточной окраине Архангельского (правый фланг 36-й гв. сд) немецкие саперы пытались снимать мины, а через двое суток постом наблюдения отмечено то же самое, но уже в полосе 375-й сд (между с. Кондырево и Домом Инвалидов).

Собираемая информация на переднем крае и в тактической полосе противника не только направлялась командованию фронта, но и аккумулировалась, дополнялась и обобщалась в управлениях его штаба, после чего в виде приказов, распоряжений и рекомендаций спускалась вниз. Так, в штабе инженерных войск велась специальная схема укреплений ГА «Юг», которая дополнялась данными ежедневных донесений, поступавших по телефону из армий и дивизий первой линии, а каждые 3 дня разведсводками со схемами, информацией авиации, показаниями пленных и фронтовой агентурой. Эта схема один- два раза в месяц размножалась в количестве 200–300 экземпляров и направлялась как по линии инженерных войск (до дивизионного инженера), так и общевойсковым командирам (до стрелкового полка включительно).

В результате к началу июля анализ поступивших данных позволил: во-первых, руководству Воронежского фронта убедиться в том, что враг не отказался от намерения перейти в наступление, причем на тех направлениях, которые им прогнозировались, во-вторых, точно определить участки в полосе 7-й гв. А, где противник намерен форсировать Северный Донец: по донесениям служб генерал-майора Ю.В. Бордзиловского, это могли быть Михайловский плацдарм, район Топлинки и Соломино. Учитывая данные инженерной разведки, на указанных направлениях были проведены специальные мероприятия по усилению обороны: увеличено количество постов наблюдения, проведено дополнительное минирование берегов и местности, прилегающих к участкам, где ранее находились взорванные мосты и враг мог их использовать для восстановления переправ. Кроме того, в Топлинку была направлена специальная группа для подрыва восстановленного немцами моста. К сожалению, о результатах ее работы ничего не известно.

В целях нанесения максимального ущерба живой силе и технике в момент, когда неприятель сосредоточит войска на исходных рубежах, Н.Ф. Ватутин запланировал два важных мероприятия: проведение армиями первого эшелона контрартподготовки по точно установленным районам скопления войск и удары штурмовой авиации по аэродромам. Контрартиллерийская подготовка в полосе 7-й гв. А являлась важным элементом плана оборонительной операции всего фронта и разрабатывалась с учетом требований командующего и под его непосредственным контролем. Она была спланирована главным образом для уничтожения живой силы на исходных позициях и частично — с целью подавления артиллерии.

Исходя из анализа местности и поступавших разведданных, первоначально предполагалось, что в полосе 7-й гв. А противник может предпринять наступления на шести участках фронта: северо-восточная окраина Белгорода — Михайловка, Михайлова — Соломино, Соломино — Волково, Огурцово — Старица, Архангельское — Старица. Исходя из этого, были разработаны девять направлений, по которым предстояло вести обстрел ствольной артиллерией и установками PC. Многовариантность не являлась сильной стороной плана, но эта мера была вынужденная. Во-первых, такой прием готовился впервые, опыта его организации не было, во-вторых, приходилось учитывать в первую очередь действия противника и степень достоверности собранных разведданных. Окончательный план ее проведения М.С. Шумилов утвердил 24 июня 1943 г. В нем были определены три наиболее вероятных района, где враг может сконцентрировать значительные силы и по которым предполагалось в первую очередь вести огонь: Белгород — Михайловка (вариант № 3, ширина фронта 10 км), Соломино — Волково (№ 5, 15 км), Архангельское — Старица (№ 6, 17 км). Причем, как в документах 7-й гв. А, ОП противника выбирались наиболее вероятные, так как нанести удар по всем разведанным целям не хватало сил.