Шпионский арсенал. История оперативной техники спецслужб - X. Кейт Мелтон

Инженер Джон Форд, руководитель специальной бригады "охотников на жучков", смотрел через окно поезда «Хельсинки-Москва» на бесконечные заснеженные русские поля и пытался представить все трудности его особой миссии в русской столице. Форд уже четыре года работал на дипломатической службе США, однако зимой 1952 г. его команда была оснащена самой современней поисковой аппаратурой для обнаружения «новейшей советской системы подслушивания в дипломатических миссиях США, Великобритании и Канады», — так писал Форд в своем дневнике.

Причиной особой миссии Форда была информация ЦРУ о том, что «русские имеют устойчивый канал поступления сведений из посольства США в Москве. Каких-либо деталей не приводилось, однако в сообщении было сказано о необычной технике подслушивания, которая длительное время работает в здании американской дипломатической миссии в Москве, постоянно обеспечивая секретами советское руководство».

Существует несколько версий того, как и откуда в ЦРУ попала эта сверхсекретная информация. По одной из них, назовем ее технической, Питер Райт, известный специалист фирмы «Маркони», консультант британской контрразведки МИ-5 и ставший впоследствии заместителем директора по научно-технической вопросам, заинтересовался необычным случаем, который произошел в 1951 г. в посольстве Великобритании в Москве. Один из английских дипломатов занимался своей ежедневной и довольно скучной работой: он пытался слушать переговоры советских военных самолетов в небе над Москвой, для чего использовал специальный УКВ-радиоприемник. Этот дипломат, скорее всего, был сотрудником британской разведки, для которой радиоперехват и прослушивание военных каналов связи были обычными атрибутами деятельности в СССР.

Питер Райт, 1950-е гг (из архива Keith Melton Spy Museum)

Вращая ручку настройки радиоприемника, дипломат-разведчик вздрогнул, неожиданно услышав в динамике громкий и ясный голос британского военно-воздушного атташе, находившегося в здании посольства. Сообразив, что это может быть работа техники подслушивания, дипломат-разведчик незамедлительно сообщил об этом в Лондон, где эта информация попала Джону Тейлору, ветерану Второй мировой войны, инженеру-исследователю специальной лаборатории Министерства почт, которая выполняла особо важные работы для дипломатической службы Великобритании.

Тейлор был старым приятелем Райта и знал, что его друг по контракту с Адмиралтейством активно занимается ультразвуковыми системами обнаружения подводных лодок. В то время Питер Райт был одним из самых известных британских специалистов по акустике и радиосвязи, а в свободное время занимался изучением особенностей отражения инфракрасного (монохроматического, как от современных лазеров) излучения от офисной мебели. Райт предполагал, что можно найти такое место, где отраженные от мебели ИК-сигналы взаимно компенсируются, и на фоне минимального уровня излучений можно будет услышать ведущиеся в офисе разговоры. Это блестящее предположение впоследствии будет реализовано спецслужбами как один из тайных инструментов подслушивания, или, говоря современным языком, создания технических каналов утечки информации.

Джон Тейлор понимал всю особую важность и секретность информации о возможном подслушивании русскими британского посольства и потому срочно вызвал Райта на встречу в парк около Министерства иностранных дел. Тейлор подробно рассказал Райту об истории в Москве и попросил проконсультировать инженера дипломатической службы Дона Бейли, который должен был разобраться на месте и провести поиск техники подслушивания в Москве. В своих мемуарах Питер Райт писал: «Перед отъездом в Москву я проинформировал Бейли, как лучше всего искать подслушивающее устройство. Впервые я начал понимать, насколько отсталой была техническая служба британской разведки. Она даже не имеет подходящей аппаратуры, и я должен был самостоятельно помочь в подготовке Бейли».

Прибывший в Москву специалист провел в посольстве тщательный поиск, но ничего не обнаружил. Однако такой результат не смутил Райта, который сделал весьма ценный и принесший затем успех в дальнейшей работе вывод о том, что, во-первых, русские явно были предупреждены и, во-вторых, устройство подслушивания было выключено.

После возвращения Бейли из Москвы Райт подробно расспросил инженера о всех деталях его работы. Райт предположил, что «русские, как и мы, проводили эксперименты с какой-то резонансной системой подслушивания». Знаменитый британский исследователь сделал совершенно правильный вывод, однако он не мог знать, что резонансная система подслушивания, именуемая «эндовибратор», или «пассивный резонатор», была создана и испытана в СССР почти десять лет назад, еще в 1943 г. Сам Иосиф Сталин по достоинству оценил возможности новой системы подслушивания, созданной гениальным советским ученым и изобретателем Львом Терменом, и приказал Лаврентию Берии найти пути внедрения уникальной техники в американское посольство.

Об этой всемирно известной операции КГБ «Исповедь» написано много статей и снято несколько документальных фильмов. В них красочно описывается момент вручения американскому послу Авереллу Гарриману великолепного деревянного Герба США с советским «жучком» внутри, имевшим кодовое название «Златоуст». Однако авторы статей и фильмов почему-то решили, что советский пассивный резонатор был изготовлен в единственном экземпляре. Но Питер Райт в своих мемуарах указывает на резонансную систему подслушивания в британском посольстве в Москве, о которой историки, возможно, не знали или забыли? Напрашивается вывод, что советский «жучок» вместе со своим «американским братом» длительное время работал и внутри британского посольства.

Лев Сергеевич Термен, 1930-е гг.(из архива Keith Melton Spy Museum)

Один из ветеранов Оперативно-технической службы КГБ, Вадим Федорович Гончаров, был участником этой операции и подробно рассказал автору статьи о некоторых деталях многолетнего уникального мероприятия. По свидетельству Гончарова, он обеспечивал работу приемной части под кодовым названием «Лось», которая была размещена в одном из номеров гостиницы «Националь», рядом со зданием американского посольства.

КГБ очень внимательно следил за всеми прибывающими в Москву американцами, среди которых надо было точно определить инженеров-поисковиков. Слаженная совместная работа пограничников, контрразведки и службы наружного наблюдения позволяла точно определять моменты приезда из США в Москву американских специалистов, после чего передатчик облучения «Златоуста» отключался. Служба наружного наблюдения внимательно фиксировала окончание работы поисковиков в американском посольстве и сообщала об их выходе из здания. И только после этого работа «Златоуста» возобновлялась.