Клан Гамбино. Новое поколение мафии - Борис Винокур

Победа Джона Готти над нью-йоркской прокуратурой тут же вознесла его на небывалую высоту. Неуязвимый Готти оказался в числе знаменитостей уровня Аль Капоне. Престиж его в собственной мафии некоторые историки сравнили с влиянием ее патриарха Карло Гамбино. Но вместе с тем победа Джона Готти сыграла для него и отрицательную роль. Он превратился в главную мишень для тайных агентов полиции и ФБР.

После освобождения он демонстративно по нескольку раз в день проезжал на своем новеньком «мерседесе» мимо офиса нью-йоркской прокуратуры, в котором работала ненавистная прокурорша. Он сшил на заказ костюм, в котором мечтал встретиться лицом к лицу с Дианой Джиакалони, чтобы предстать во всей красе. (Его роскошный костюм впоследствии был продан с аукциона за 2 тысячи долларов.)

Но их встреча так и не состоялась. Джон Готти знал, что его буквально по пятам преследуют агенты полиции.

Джона Готти не покидали мысли о том, что он вновь будет привлечен к уголовной ответственности. Хотя бы за организацию убийства Пола Кастелано и Томми Билотти. Он знал, что после завершения судебного процесса на свободу был выпущен и его ненавистник, свидетель со стороны обвинения Сальваторе Полиси. Джону Готти казалось, что тот что-то знает об участниках покушения. И стал раздумывать, как ему раз и навсегда избавиться от этого человека.

Сальваторе Полиси, как потом выяснилось, действительно знал о том, что Джон Готти был организатором убийства Пола Кастелано и Томми Билотти. Но сразу после окончания уголовного процесса над Готти он исчез из поля зрения знавших его людей, став участником программы защиты свидетелей. Джон Готти понимал, что напасть на его след можно только за взятку кому-то из сотрудников спецслужб.

Но Готти одолевали и другие заботы. В мае 1987 года были арестованы три члена мафии, которые много знали о Джоне Готти, включая и его главную роль в организации убийства Пола Кастелано и Томми Билотти. В числе арестованных были его брат Джин, близкий друг Анжело Руджиерро и Джон Карнеглия, с которым у Готти были давние связи. Поводом для ареста послужила запись разговоров Руджиерро с мафиози, касавшаяся торговли наркотиками, поставляемыми мексиканским наркокартелем. В разговорах шла речь не только об источниках поставок, но и о том, что в тех нелегальных операциях, втайне от членов мафии, принимал участие сам «босс боссов» Джон Готти.

Через три месяца после ареста этой троицы нью-йоркская прокуратура возбудила против них уголовное дело, сразу же переданное в суд. Каждый из них был обвинен в организации и осуществлении незаконной торговли наркотиками. Центральной фигурой обвинения стал Анжело Руджиерро, его показания должны были служить вещественными доказательствами виновности его самого и всех единомышленников. Судя по перехваченным разговорам, именно Руджиерро располагал всей необходимой информацией, имевшей прямое отношение к наркобизнесу.

Но за несколько дней до слушания в суде Анжело Руджиерро, у которого врачи ранее обнаружили рак, был срочно отправлен в госпиталь. Его здоровье с каждым днем ухудшалось. Врачи констатировали неспособность их пациента участвовать в уголовном процессе, и суд был отложен на неопределенное время. Состояние Анжело Руджиерро не улучшалось. И прокуроры стали понимать, что они могут остаться без показаний главного фигуранта.

В ожидании возможного улучшения состояния Анжело Руджиерро прошла еще пара месяцев, после чего прокуроры были вынуждены освободить Джина, брата Готти, и Джона Карнеглиа. Вскоре уголовный процесс был закрыт.

Джон Готти вздохнул с облегчением, но тем не менее ни разу не навестил своего давнего смертельно больного друга Анжело Руджиерро, знавшего про него так много.

В некоторых исторических изданиях высказывалось предположение о том, что Готти даже планировал покушение на Анжело Руджиерро, не дожидаясь его естественной смерти, но состояние здоровья близкого друга не внушало оптимизма. Анжело Руджиерро умер 5 декабря 1989 года в возрасте сорока девяти лет.

Джон Готти не пришел на его похороны, сказав своему второму «заму» Фрэнку Локазио, не понимавшему, почему босс не посетил умирающего Руджиерро: «Единственное, что я бы мог сделать, заглянув в его глаза до смерти, — помочь ему поскорее отправиться на кладбище».

Тем не менее охота на Готти и членов его мафии постепенно набирала обороты. Очередной арест произошел 27 октября 1987 года — в день рождения Джона Готти, которому исполнилось сорок семь лет. Оба арестанта были намного старше «босса боссов»: Джозефу Армоне исполнилось семьдесят два года, Джо Галло — семьдесят четыре. Дело против них вскоре было передано в суд. Нью-йоркская прокуратура обвинила их в рэкете.

Во время разбирательства Джозефу Армоне было сделано заманчивое предложение: рассказать правду о преступной деятельности мафии времен Пола Кастелано и Джона Готти — первое условие; подробно о рэкете — второе условие; и подтверждение участия Джо Галло в других сферах их совместной преступной деятельности — третье условие. В этом случае он освобождался от судебного преследования и тюремного заключения. Но Джозеф Армоне, верный присяге «Омерта», держал язык за зубами и отказался от сделанного ему предложения.

Джозеф Армоне и Джо Галло были признаны виновными в предъявленных обвинениях, каждого из них приговорили к десяти годам тюремного заключения. «Скорее всего, там и закончится их жизнь», — прокомментировал судебный приговор глава Клана Гамбино, сам со дня на день ожидавший ареста.