Крым. Военная история. От Ивана Грозного до Путина - Дмитрий Верхотуров

Похоже, что в Крыму снова завязывается узел мировых противоречий. Раскол мирового сообщества на противостоящие лагеря по поводу крымского референдума – это серьезное дело. Конечно, это касается не столько Крыма, сколько мировой политики, в которой вызревают самые серьезные, фундаментальные противоречия.

С формальной точки зрения, мир един. Существует Организация Объединенных Наций, с его органами – Генеральной Ассамблеей и Советом Безопасности, которые полномочный рассматривать и решать любой мировой вопрос. Хотя решения Генассамблеи и Совбеза носят рекомендательный характер, тем не менее государства могут ими руководствоваться в своей внешней политике. Так, например, война в Афганистане и в Ираке началась согласно резолюциям Совета Безопасности ООН.

Эта структура была создана союзниками по антигитлеровской коалиции из самых благих побуждений – не допустить появления новых режимов, подобных гитлеровскому (в этом смысле резолюции Совбеза ООН, осуждавшие Ирак за нападение на Кувейт, да и другие в подобном роде, были в духе общей идеологии ООН), и развязыванию новой мировой войны. Ядро этого миропорядка составляют пять ядерных держав: Россия, Китай, США, Великобритания и Франция, обладающие ядерным оружием и наиболее мощными армиями.

Правда, «мирового правительства», разрешающего все вопросы ко всеобщему благу, как рисовалось творцам ООН в идеале, не получилось. Идеологические и политические разногласия привели к формированию двух противостоящих блоков: НАТО, основанного в 1949 году, и Варшавского договора, основанного в 1956 году. Оба блока угрожали друг другу ядерным уничтожением, выясняли отношения в бывших колониях, поддерживая там дружественные себе режимы, но при этом продолжали заседать в общих органах ООН.

Оба блока вели европейскую интеграцию. В Западной Европе, при поддержке США, появились свои интеграционные органы, ставшие потом предшественниками Евросоюза. В Восточной Европе, при поддержке СССР, появились свои интеграционные органы, в частности СЭВ, а также проводилась координация народно-хозяйственных планов социалистических государств. Вплоть до конца 1980-х годов между этими двумя интеграционными объединениями шло острое соперничество. Сейчас о том, что существовало два пути европейской интеграции: западная капиталистическая и восточная социалистическая, нигде не говорится. В многочисленных изданиях и публикациях рисуется прямая восходящая линия от первых европейских соглашений по углю и стали между Францией и ФРГ, к Маастрихтскому соглашению и созданию Евросоюза.

Без этого предисловия трудно понять, что случилось потом. С распадом СССР и ликвидацией Варшавского договора, блоковое противостояние закончилось и баланс сил сместился в сторону НАТО. Члены этой организации, в первую очередь США, вовсе не собирались распускать эту организацию. Наоборот, началось ее усиление. Распад СССР, социалистического блока, Варшавского договора и восточной европейской интеграции, открыл для западных стран возможность экспансии и усиления своего влияния, по сути дела, стремления к безраздельному господству. В Совбезе ООН США стали часто сколачивать блоки для проталкивания выгодных для себя резолюций, превращая этот орган из инструмента разрешения мировых проблем ко всеобщему благу в инструмент насаждения и укрепления своего господства, легитимизации своей политики, которая давно не имела ничего общего с идеями, положенными в основу ООН.

Первой жертвой этой экспансии пала ГДР – Восточная Германия, которая была аннексирована ФРГ в 1990 году. Все государственные структуры Германской Демократической Республики были ликвидированы, высшие руководители арестованы, вся государственная собственность, созданная в течение 40 лет, была распродана западногерманским концернам. Характерный штрих: сразу же после «воссоединения» ФРГ и ГДР, был отменен безвизовый въезд граждан СССР в Германию, введен визовый режим, причем визы надо было получать в посольстве ФРГ.

По похожей методе осуществлялась экспансия во всех остальных восточноевропейских государствах. Сначала массовые митинги протеста, потом свержение власти, приход к власти ярых сторонников «европейского пути» (теперь это называется евроинтеграцией), ликвидация всех государственных и хозяйственных структур социалистического государства, реституция (возвращение собственности, конфискованной социалистическим правительством), приватизация государственной собственности и так далее. Через некоторое время, когда государство и экономика были перестроены по желаемому Западом образцу, новые страны вступали в Евросоюз и в НАТО. Эта экспансия основывалась на одном незыблемом постулате: принципиального непризнания всего, что было сделано коммунистами и социалистическими правительствами, принципиального трактования социалистических преобразований как незаконных, и потому подлежащих немедленному упразднению и ликвидации.

Так что события на Украине вовсе не были случайностью – они вытекали из всего курса и политической идеологии Евросоюза. Рассматривая украинские события через призму восточноевропейской политики, нетрудно прийти к выводу, что радикальные западноукраинские националисты, настроенные против коммунизма и России, это просто идеальные партнеры для Европы. Других им и не надо. И их привели к власти так же, как крушили социалистические государства в ГДР, Польше и в других странах. Так что и «оранжевая революция», и Майдан – это вовсе не изобретение последних лет. И вот этой власти европейские политики простят все, что бы они ни делали, лишь бы они оставались в русле евроинтеграции.

В этой политике евроинтеграторы не останавливались перед тем, что резкие реформы вызывают сильный экономический спад, что в ряде стран (например, в Прибалтике) происходит деиндустриализация, ликвидируются рабочие места. Многие страны лишились целых отраслей промышленности, например, сахарная промышленность была уничтожена в Латвии, Португалии, Болгарии, Ирландии, Словении. В 2009 году Еврокомиссия прямо запретила Латвии возобновить производство сахара. Болгария, которая в СЭВ была крупнейшим производителем и экспортером сельхозпродукции, теперь ввозит до 80 % потребляемых овощей и прекратила выращивать помидоры. Босния и Герцеговина, которая была промышленно развитой частью Югославии и сохранила свою промышленность в годы гражданской войны, теперь стала деиндустриализированной страной с уровнем безработицы в 44 %. В Латвии в конце 2013 года закрылось последнее крупное предприятие. В реституции жилых домов доходило до выселения жильцов из квартир. Возвращенные прежним владельцам дома часто, как это было в Риге, потом годами ветшали и превращались в руины, поскольку у новоявленных собственников не было средств на их содержание.