Подлодки в бою. "Топи их всех!" - Александр Больных

До войны считалось, что лодка должна использовать любую возможность для атаки конвоя, как днем, так и ночью. Но уже в первый год войны лодки перешли к ночным атакам из надводного положения. Если имелась возможность наносить удары две ночи подряд, дневных атак из подводного положения следовало избегать.

Сейчас, наверное, самое время немного поговорить о тактике, которую использовали немецкие подводники. В первые годы войны, когда противодействие союзников было слабым, а проблемы с торпедами сыпались, как из дырявого мешка, командиры лодок невольно обратились к тактике прошлой войны и начали снова использовать артиллерию. Тем более что наблюдались попытки действовать строго в рамках призового права, и в таких случаях было гораздо удобнее топить судно артиллерией. В сентябре 1939 года четверть транспортов была потоплена именно таким образом, но даже в этих случаях немецкие командиры постоянно держали 2 торпеды в готовности к немедленному пуску. Поэтому любая попытка скрыться или оказать сопротивление пресекалась немедленно и беспощадно. Этот же прием использовался в отдаленных районах, где ПЛО союзников была слаба, а транспорты совершали одиночные переходы. Это продолжалось примерно до середины 1940 года, когда подавляющее большинство союзных транспортов получило вооружение. Конечно, транспорт мог проиграть артиллерийскую дуэль даже подводной лодке, но ведь пара попаданий 76-мм снарядов могла лишить лодку возможности продолжать поход, поэтому подводники предпочитали не рисковать.

Подводная лодка была отвратительной артиллерийской платформой, волны бросали ее из стороны в сторону, ничтожная «высота борта» приводила к тому, что артиллеристам приходилось привязываться линями, чтобы волна не смыла их за борт. Приборы управления огнем отсутствовали. И все-таки лодки ухитрились потопить 191 судно, действуя в полном согласии с «Наставлением командира подводной лодки», которое требовало использовать артиллерию для подавления сопротивления невооруженной или слабо вооруженной цели. «Наставление» требовало начинать обстрел с 10 зажигательных снарядов в район ходовой рубки цели, начавшиеся пожары должны были обеспечить точку наводки при последующем обстреле. 37-мм автомат рекомендовалось использовать для подавления артиллерии противника. «Выяснив калибр артиллерии противника, если таковая имеется, лодке рекомендуется зайти с кормы и открыть огонь, как только она поравняется с целью. Цель должна быть поражена не позднее второго выстрела. Огонь следует сосредоточить на одном участке, не распределяя снаряды по всей цели». Типично немецкая мелочная регламентация! Но с 1943 года, когда ПЛО союзников значительно усилилась, немцы начали снимать 88-мм и 105-мм орудия со своих лодок, усиливая зенитную артиллерию.

Изобретателем главного тактического приема первой половины войны – ночной атаки из надводного положения – считается знаменитый Отто Кречмер. Он предпочитал атаковать из позиционного положения, когда над водой виднелась только одна рубка. В этом случае заметить лодку было почти невозможно. В дневное время лодки следовали за конвоем, удерживая его на пределе видимости, а с наступлением сумерек выходили в голову конвою и наносили удары из позиционного положения. Наиболее выгодной дистанцией пуска торпед считалась 1000 метров, чтобы торпеды успели стать на боевой взвод. Стрелять следовало залпами, чтобы иметь возможность поразить несколько целей. Самым прекрасным примером этого была атака Эриха Топпа 24 августа 1940 года, когда он еще командовал маленькой U-57 и залпом из 3 торпед сумел поразить 3 судна. Используя неизбежное замешательство, лодка отрывалась от конвоя в надводном положении, перезаряжала торпеды и готовилась к новой атаке. Если ее обнаруживал эскортный корабль, командир лодки должен был решать, что ему делать: отрываться в надводном положении или срочно погружаться. Кречмер вообще предпочитал по возможности проскользнуть сквозь кольцо охранения и атаковать, находясь внутри конвоя.

С февраля 1941 года зона действий подводных лодок постепенно смещалась на запад, так как английские корабли и самолеты действовали только до 20-го меридиана. Однако успехи немецких подводников оставались умеренными, потери англичан продолжали колебаться где-то в районе 250 000 тонн ежемесячно. К тому же счастливое время для подводных сил оказалось крайне несчастливым для лучших подводников. Да и вообще к марту 1941 года немецкий подводный флот оказался в отчаянном положении. К 1 марта 1941 года в море находилось всего 8 подводных лодок, в том числе знаменитые Прин на U-47 и Кречмер на U-99.

Именно в этот период какую-то помощь подводниками попытались оказать Люфтваффе, которые обнаружили несколько конвоев и постарались навести на них подводные лодки, хотя отношения между флотом и авиацией были очень напряженными, особенно после того, как в начале войны бомбардировщики Люфтваффе потопили 2 немецких эсминца. И все-таки по данным авиации Дениц направил на перехват конвоя ОВ-293 несколько лодок, в том числе U-47 и U-99. Конвой состоял из 37 судов в сопровождении 2 эсминцев и 2 корветов. 7 марта U-99 проскользнула сквозь охранение и торпедировала 2 судна, которые почему-то были сначала занесены на счет Прина. В ночь на 8 апреля эсминец «Вулверин» заметил подводную лодку на поверхности и вместе с эсминцем «Верити» атаковал ее. Лодку загнали под воду, а после нескольких серий глубинных бомб в глубине полыхнуло зарево. «Вулверину» засчитали уничтожение U-47 героя Скапа Флоу. Правда, потом выяснилось, что они атаковали U-A, которая получила серьезные повреждения, но уцелела. А жаль, какая красивая фраза пропала: «Росомаха отряхнула кровь с клыков и помчалась дальше», ведь «Wolverine» означает «Росомаха». Судьба U-47 так и осталась неизвестной, самой точной формулировкой будет «пропала без вести», и желание приписать потопление этой лодки атаке корветов «Камелия» и «Арбутиус» – это, скорее всего, попытка подогнать ответ под имеющийся вопрос. Кстати, помимо U-47 эскорт потопил еще и U-70.

Зато с гибелью двух других асов, заключивших с Прином знаменитое пари насчет того, кто первым потопит 300 000 тонн, нет никаких неясностей. Кстати, о пари – его ведь так никто и не выиграл. На счету Прина числится 31 судно общим водоизмещением 191 919 тонн, Кремчера – 47 судов водоизмещением 274 418 тонн, Шепке – 37 судов водоизмещением 155 882 тонны, хотя в свое время немцы полагали, что пари все-таки выиграл Кречмер, который так и остался лучшим подводным асом, опередив Эриха Топпа и Вольфганга Люта. Впрочем, до результатов Арно де ла Перьера ему было далеко.

Отто Кречмер попытался атаковать конвой НХ-112 в составе 47 судов под охраной эскортной группы EG-5 знаменитого Дональда МакИнтайра, что закончилось для него слишком скверно. Первой на этот конвой вышла U-110 еще одного немецкого аса – Юлиуса Лемпа, который выполнил пару атак, а потом навел на конвой остальные лодки. Попытку атаки U-100 Шепке расстроил эсминец «Симитер», дважды загонявший лодку под воду. Когда Шепке повторил попытку в третий раз, терпение бога закончилось, хоть он и любит троицу. Каким бы несовершенным ни был радар 286М, эсминец «Вэнок» обнаружил лодку и бросился на таран. Шепке попытался увернуться, но это не получилось, и форштевень эсминца ударил прямо по рубке лодки, раздавив самого Шепке в лепешку. После этого британским эсминцам только осталось выудить из воды спасшихся подводников.