Подлодки в бою. "Топи их всех!" - Александр Больных

17 октября U-46 обнаружила следующий на север конвой HG-4 и вызвала остальные лодки. Примерно в 300 милях севернее Ла Коруньи конвой был атакован, и каждая из лодок потопила по одному судну. Вроде бы успех, но какой-то половинчатый. А следующая попытка организовать «волчью стаю» вообще сорвалась, так как лодок просто не оказалось. Дениц плюнул на эти проблемы и отправил свои субмарины в Атлантику для индивидуальных действий. Начало массового использования групповой тактики было отложено до лета 1940 года.

А тут еще немцы неожиданно столкнулись с совершенно неожиданной проблемой, получившей название «торпедный кризис». Немецкие торпеды Первой мировой были простыми и надежными, хотя имели серьезный недостаток – слишком заметный пузырьковый след. Простой и надежный контактный взрыватель обеспечивал подрыв заряда при попадании в цель. Но в промежутке между войнами немецкие ученые создали бесследную электрическую торпеду G7e и бесконтактный магнитный взрыватель. Он должен был срабатывать при прохождении торпеды под килем корабля, чтобы взрыв поражал днище – наиболее уязвимую часть корпуса. Однако взрыватель не был испытан должным образом, и вскоре у немецких подводников начались проблемы. Первым случаем стала атака 14 сентября авианосца «Арк Ройял», когда преждевременно сработавшие взрыватели выдали U-39 и она была потоплена. А потом жалобы посыпались градом.

Сначала Торпедный директорат отговаривался тем, что командиры и экипажи лодок просто не умеют обращаться с их замечательным изобретением, но потом начались жалобы таких знаменитых командиров, как Прин и Шульц. В частности, Прин отмечал, что в Скапа Флоу у него не сработала половина торпед. 30 октября U-56 Вильгельма Цана атаковала эскадру английских линкоров: «Нельсон», «Родней» и «Худ». Уклонившись от эсминцев, U-56 выпустила 3 торпеды в «Нельсон». Цан отчетливо слышал, как 2 из них ударились о корпус линкора, но не взорвались. Шок был настолько силен, что после возвращения Цан был отправлен в длительный отпуск. Кстати, долгое время существовала легенда, будто во время этой атаки на борту «Нельсона» находился сам Черчилль. И вот если бы да кабы… Увы, это не более чем журналистская сплетня. Сэр Винни действительно побывал на «Нельсоне», но до выхода эскадры в море, после чего благополучно вернулся в Лондон. К концу 1939 года стало ясно, что не срабатывает, самое малое, четверть немецких торпед. Взбешенный гросс-адмирал Редер 21 декабря снял начальника Торпедо директората Оскара Вера и назначил на его место контр-адмирала Оскара Кумметца. Буквально через неделю Кумметц доложил Деницу, что нашел в торпедах массу дефектов. Но мало было найти, нужно еще их исправить, а для этого требовалось время.

9 апреля 1940 года немецкие войска вторглись в Норвегию. Легко было предположить, что британский флот попытается помешать операции «Везерюбунг», и Дениц отправил в море буквально все исправные лодки, благо не требовались далекие переходы. Результаты принесли новые горькие разочарования. Немецкие субмарины расстреляли массу торпед, добились множества попаданий, но успехи оказались ничтожными. Командование подводных сил позднее подсчитало, что линкор «Уорспайт» был атакован 4 раза, различные крейсера – 14 раз, эсминцы – 10 раз и транспорты – тоже 10 раз. При этом удалось потопить всего лишь один транспорт! В результате немецкие подводники окончательно разуверились в собственных торпедах. Дошло до того, что такой агрессивный командир, как Гюнтер Прин, отказался атаковать конвой из 10 транспортов, хотя у него еще оставалось 4 торпеды. Он предпочел уйти, чтобы не связываться попусту с эсминцами охранения. После возвращения он бросил в лицо Деницу: «Вы заставляете нас воевать с кривыми ружьями!» В результате 26 апреля Редер отозвал свои лодки из норвежских вод.

Главным виновником был назначен взрыватель. Теоретически он должен был срабатывать даже при скользящем ударе о борт цели под углом до 70 градусов к нормали, на практике этот угол оказался не более 40 градусов. Чтобы хоть как-то исправить положение, немцы спешно разработали новый взрыватель, почти полностью скопированный с британских торпед, захваченных на подводной лодке «Сиил». Магнитный взрыватель также не оправдал возлагавшихся на него надежд, так как англичане начали размагничивать свои корабли. Правда, они таким образом старались защитить их от магнитных мин, но это уже не имело значения. Лишь в декабре 1942 года был создан новый взрыватель Pi², однако и он не был совершенно надежным.

Однако вскоре вскрылся новый недостаток – немецкие торпеды не выдерживали заданную глубину хода, и никакие полигонные проверки не могли вскрыть причину этого. Лишь много позднее стало понятно, что виновато атмосферное давление внутри лодки, которое во время длительных походов менялось самым непредсказуемым образом. 30 января 1942 года командир действовавшей в Атлантике подводной лодки U-94 доложил по радио, что при пробной проверке торпеды он обнаружил в гидростате давление, значительно превышающее атмосферное. (Такой осмотр на борту корабля, как правило, не разрешается.) После этого было решено проверить гидростатические приборы всех торпед, подготовленных для отправки на действующий флот, и выявился большой процент негерметичных корпусов гидростатов. Нарушение герметичности наблюдалось в местах прохождения рулевых тяг через сальники в гидростат. Для правильной работы гидростат должен быть герметичным. Его работа основана на принципе уравновешивания давления пружины гидростата и гидростатического давления столба воды. В соответствии с этим проводится установка глубины хода торпеды. Нормальное атмосферное давление в гидростате является предпосылкой для правильного хода торпеды по глубине. При проникновении в гидростат повышенного давления к усилию пружины гидростата прибавляется избыточное давление – и равновесие нарушается. В итоге торпеда идет ниже заданной глубины, причем степень ее переуглубления предусмотреть нельзя. Известно, что внутри подводной лодки, находящейся под водой, неизбежно возникает повышенное давление. Оно является результатом попадания внутрь прочного корпуса сжатого воздуха. При длительном подводном плавании давление в подводной лодке сильно возрастает. Так было найдено объяснение причин отказа торпед в период норвежской операции. Хрупкий организм гидростата не выносил этих перепадов, и в результате торпеда уходила непонятно куда и как. Полетели новые головы из Торпедо директората, но время было упущено. Как справедливо заметил Дениц, «за уроки, невыученные в мирное время, приходится платить дорогую цену в военное».

В общем, немцы плохо подготовились к войне и дали время так же плохо подготовленным англичанам исправить свои недостатки. Но как немцы сначала действовали по шаблонам прошлой войны, точно так же и Королевский Флот не сразу нашел в себе силы от них отказаться. Для начала он поставил минное заграждение в Дуврском проливе. Так как теперь британские мины были гораздо более эффективными, то в октябре 1939 года на нем подорвались 3 немецкие субмарины, после чего противник просто перестал пользоваться проливом. Для защиты конвоев у восточного побережья Англии тоже были поставлены заграждения, однако теперь немецкие лодки не рисковали подходить к вражеским берегам, и 35 000 мин оказались просто выкинутыми в воду. Предложение возобновить Великое заграждение поперек Северного моря, к счастью, одобрения не получило.