Подлодки в бою. "Топи их всех!" - Александр Больных

Как известно, пик успехов немецких подводных лодок пришелся на первую половину 1917 года, когда потери британского торгового флота резко увеличились и положение Великобритании стало критическим. Если кратко суммировать то, что говорит подавляющее большинство историков, эти события можно описать буквально парой предложений. На конференции в немецкой ставке в Плессе представители армии фон Гинденбург и Людендорф (кстати, генерал Людендорф не был дворянином, как и адмирал Шеер) заявили, что победа на суше становится невозможной, и потребовали от флота более активных действий, направленных на удушение Англии. После падения Бухареста 6 декабря 1916 года фельдмаршал фон Гинденбург уведомил канцлера фон Бетман-Гольвега, что не видит причин оттягивать опубликование ноты с извещением о начале неограниченной войны. 12 декабря канцлер выступил в рейхстаге с сообщением о предстоящих мирных предложениях, но эти предложения были сделаны в такой форме, что союзники не могли их принять. Теперь германское руководство могло по примеру Понтия Пилата умыть руки и сказать, что его вынудили начать неограниченную войну. К тому же в декабре 1916 года была разгромлена Румыния, и надежды на успешное завершение войны вспыхнули с новой силой. Начальник Адмиралштаба фон Хольцендорф тут же предложил план действий, кайзер его одобрил, возражения дипломатов были отброшены в сторону – и началось. В действительности все обстояло гораздо сложнее, и этот период характерен множеством ошибок, допущенных обеими сторонами.

Еще в конце 1916 года адмирал фон Хольцендорф сформировал «мозговой штаб» из гражданских специалистов, которые должны были изучить этот вопрос и дать свои рекомендации, – департамент В-I Адмиралштаба. В него вошли финансисты, экономисты, зерноторговцы, промышленники и, как ни странно, газетчики. Им предстояло всесторонне изучить воздействие экономической блокады на государственный организм Великобритании и Германии. Статистические данные для своей работы эксперты брали из английской прессы, в те наивные времена даже не подозревавшей о существовании понятия «военная тайна». Работа этого комитета интересна прежде всего тем, что была совершена первая попытка научного анализа.

Первый вывод гражданских специалистов адмирала вряд ли удивил, военные давно об этом догадывались. Войну требовалось закончить к осени 1917 года, иначе она сама закончится вследствие взаимного истощения сторон, но при этом Германия все-таки рухнет первой. Далее они утверждали, что экономика современного государства похожа на сложный механизм, и если испортить одну из его деталей, вся машина тут же пойдет в разнос. В качестве такой детали была выбрана нехватка сырья. Экономисты весьма оптимистически заявили, что Германии потребуется всего 5 месяцев, чтобы подорвать британскую экономику. Далее следовало утверждение, которое позднее не раз повторяли континентальные диктаторы. Англичанин, развращенный тысячелетней демократией, трус и слабак, он не готов идти на лишения ради конечной победы и за файв-о-клок незамедлительно продаст Родину. Поэтому попытки ввести продовольственные карточки немедленно вызовут социальный взрыв.

Профессор экономики Леви из Гейдельбергского университета представил свои расчеты по потреблению зерна в Англии. Опираясь на данные десятилетней давности, он утверждал, что английских запасов может хватить только на 12,5 недель, а импорт из Канады и США уже сократился на треть. Урожай в Северной Америке в этом году оказался очень низким из-за того, что поля поразила бурая ржавчина пшеницы, его можно заменить поставками из Австралии и Аргентины, но увеличение протяженности пути требует вдвое большего тоннажа. Поэтому в Англии неминуемо начнутся голодные бунты. Фон Хольцендорф возликовал: «Психологическое воздействие на англичан не менее важно, чем прямое воздействие на импорт». Эксперты отметили также резко возросшие цены на продовольствие, в среднем они подскочили с начала войны на 250 процентов. Правда, в Германии этот рост был гораздо больше, а ситуация с продовольствием стала гораздо хуже. К этому времени поголовье свиней сократилось в четыре раза, крупного рогатого скота – на треть. Потребление мяса населением сократилось в восемь раз, молока – вдвое, смертность женщин и детей в тылу увеличилась в полтора раза. И голод в Германии уже стал реальностью, поэтому не удивительно, что эксперты предрекали крах осенью 1917 года.

Особенно тщательному анализу было подвергнуто состояние торгового флота Великобритании – главного объекта подводного наступления. По расчетам немцев, к концу 1916 года он сократился до 20 миллионов тонн. Фон Хольцендорф утверждал, что как минимум 8,6 миллиона тонн реквизированы для военных целей, 0,5 миллиона заняты каботажными перевозками, примерно 1 миллион находится в ремонте, а еще 2 миллиона используются союзниками. В результате для перевозок в Англию остаются примерно 8 миллионов тонн торговых судов. В результате, если Германия начнет неограниченную подводную войну, эти остатки будут быстро уничтожены, союзники и нейтралы не посмеют прийти на помощь Англии, и она будет быстро поставлена на колени.

Комитет фон Хольцендорфа рассчитал, что если подводные лодки будут топить по 600 000 тонн первые четыре месяца, а потом сумеют выдержать чуть сниженный темп – не менее 500 000 тонн в месяц, то желаемая цель – поставить Англию на колени – будет достигнута за полгода. При предполагавшемся начале неограниченной подводной войны в феврале 1917 года немцы рассчитывали добиться победы уже к сентябрю. Фон Хольцендорф считал, что через 5 месяцев Англия потеряет 39 процентов своего торгового флота. 22 декабря адмирал представил фон Гинденбургу очередной меморандум в пользу начала неограниченной подводной войны. Фон Хольцендорф делал вывод, что своевременно начатая неограниченная подводная война принесет Германии победу еще «до начала жатвы». Как немецкие вояки любили это выражение! А подводные лодки были сочтены неким «Wunderwaffe», то есть не Гитлер придумал этот термин.

30 декабря германское правительство получило официальное извещение об отказе держав Антанты начать мирные переговоры. Теперь у Германии остался очень небогатый выбор: или неограниченная подводная война, или капитуляция. 9 января в Плессе состоялось новое совещание по этому вопросу, и канцлер фон Бетман-Гольвег уступил нажиму военных. Мы приводим часть стенограммы этого совещания.

Выдержки из протокола совещания германского Верховного Командования в замке Плесс, 9 января 1917 года:

Рейхсканцлер фон Бетман-Гольвег; «Если Его Величество прикажет начать беспощадную подводную войну, канцлер должен приложить все силы, чтобы удержать Америку „вне войны“. Для этой цели следует заранее предпринять определенные меры, которые были обсуждены с Адмирал-штабом. Но мы должны обсудить последствия вступления Америки в войну против нас. Канцлер может более уверенно предсказать поведение европейских нейтральных государств. Наши мирные ноты дают хорошие результаты. Голландия и Дания не вступят в войну, по крайней мере, они не сделают этого, пока не убедятся, что подводная война не принесла нам успеха.