Главный противник. Тайная война за СССР - Николай Долгополов

— Но ведь неприятно же, когда тебя проверяют, щупают.

— Я на основании собственных наблюдений твердо знаю, что американцы лишь в редких случаях позволяют соотечественникам отклоняться от предписанной им за границей линии поведения. Наблюдение за своими за кордоном поставлено у них очень серьезно. Так работают многие, и мы с американцами здесь совсем не исключение. И когда появились эти нарушения, я отправлял материалы в Москву. Да, был среди нарушавших и заместитель Генсекретаря ООН Шевченко.

— Который там и попросил политического убежища, успев на американцев немного поработать.

— Но его, человека близкого к министру иностранных дел Громыко, несмотря на все сигналы не трогали. А когда попросил политического убежища и что на это ответил Громыко, я даже не помню. Нечто вроде того, что, быть может, и был у меня такой помощник, но я всех помощников помнить не могу. Какой помощник, когда их жены практически наладили товарооборот. И Шевченко совершенно сознательно брал Громыко на обеспечение. Вот Андрею Андреевичу нужно найти в США то-то и то-то. Шевченко находил. Конечно, Громыко было неудобно. Наверное, в связи с этим Андропов мне тогда и сказал: никто тебя наказывать не будет, но и Громыко мы снимать не можем. А судя по откровениям в некоторых российских и зарубежных изданиях, есть сейчас российские люди рангом и повыше Шевченко, которых можно подозревать.

— Вы, наверное, имеете в виду так называемых агентов влияния? Полагаете, что они и сегодня пребывают у нас на важных должностях?

— Да. Я просто-напросто анализирую поведение людей здесь и за границей, пользу и вред их высказываний, отдельных действий для нашей страны. И анализ, а не какие-то мои подозрения, подтверждают, что подобные лица имеются на самом серьезном уровне. Недаром же американцы, бывшие сотрудники спецслужб, как-то слегка размягчившись после щедрого московского приема, бросили фразу: «Подождите, если когда-нибудь все будет рассекречено, то вы ахнете, когда узнаете, какая была у нас агентура у вас наверху».

— Действительно будет от чего ахнуть?

— Ну, а разве не от чего? Почему руководитель политической фракции Госдумы вывозит основной состав фракции в зарубежье и проводит там заседание в присутствии иностранных деятелей? Никто не спрашивает, почему у видного политического деятеля весьма крупный доход состоит из выплаченного ему иностранными фирмами?

— Что вы имеете в виду?

— Хотя бы чтение лекций, издание книг. Причем платят, и очень здорово, не их государственные учреждения. Если бы наши госдеятели хотя бы ради любопытства познакомились даже с открытыми мемуарами, публикациями некоторых американских специалистов по работе с зарубежными странами, то узнали бы, что директивы, одобренные конгрессом США, предписывают их госорганам никогда не выступать плательщиками, а использовать для этого частные фонды и организации.

— Коли уж мы заговорили о предательстве, как не вспомнить генерала Калугина. Он сейчас в США, издает книги, занимается бизнесом. Некоторые ваши коллеги записали в изменники и его.

— У меня сомнений нет. Анализируя целый ряд событий с участием Калугина, с которыми приходилось соприкасаться и мне, растет моя уверенность в том, что обвиняющие в предательстве правы. Если бы позволяли условия конспирации и безопасности (не хватало только подставить агентов, наших разведчиков), я бы задал ему еще не один вопрос.

— Вы знакомы?

— Я с ним знаком. Как-то проводили мероприятие по переброске нелегалов в одну страну. А по существовавшим тогда правилам мы визировали телеграмму об этом у начальника управления внешней контрразведки Калугина. Ничего вроде бы в телеграмме сказано не было. Но по ошибке были упомянуты профессии нелегалов, и какие языки они знают. Этого оказалось достаточно, чтобы их вычислить: американцы в течение шести месяцев вели поиск и нашли. Поймите, утверждения Калугина, что в своих книгах он рассказывает только эпизоды, не называя фамилий и стран, не выдерживают никакой критики. Я вам приведу массу примеров, когда по самым крошечным зацепкам можно, с учетом сегодняшних возможностей, которые существуют в мире, отыскать любого человека. Более того, мы находили лиц, которые годами считались бесследно пропавшими. Надо только внимательно изучать чужие законодательства и особенности перемещения людей по странам и континентам. Сверхтрудностей здесь нет. Требуется лишь обычное розыскное терпение.

— Вы сказали «терпение», и я невольно вспомнил об аресте в США полковника американской армии в отставке Джорджа Трофимофф. О том, что он, русский по происхождению, связан с нашими спецслужбами, журнал «Фокус» сообщил еще в августе 1995. А в тюрьму его посадили летом 2000-го… Чего ждали американцы ровно пять лет?

— Иногда аресты производятся исходя из политической необходимости. В Штатах решили, что момент пришел. Но, припомнив ту публикацию в «Фокусе», вы не обратили внимания на ключевой момент статьи. По сведениям из осведомленных источников, поводом для заведения проверочного дела в отношении Трофимофф, явились публикации Калугина. С этими компетентными немецкими источниками я знаком лично. И вот что интересно: все его откровения прозвучали там, в безопасных условиях. Ответственности ни перед кем нести уже не приходилось. Без всего этого не дали бы Калугину грин-карту и давно бы выдворили из Штатов. А так американцы создали для него специальный фонд, разрушив в США одно российское предприятие. Сделали там Калугина первым лицом.

— Откуда такие подробности, с миром разведки никак не связанные?

— Этот мир сегодня настолько маленький, что почти семь миллиардов, которые его населяют, постоянно трутся плечами и обо всем друг другу рассказывают. Недавно сюда ко мне на Полянку пришли русские люди, которые в США жили, работали: «Юрий Иванович, хотим излить душу». И рассказали, как разрушили их фирму, изменили устав, соотношение капитала. Да собственно говоря, обанкротили их и все передали Калугину. И еще история. К моему старшему сыну, в прошлом сотруднику Управления, где работал Калугин, пришли в Бангкоке коллеги-американцы: «Юра, — говорят, — мы теперь все про Калугина знаем». Этот человек является предателем. Ни у кого в разведке это сомнений не вызывает.

— Юрий Иванович, понимаю, что бережу неприятные воспоминания, но очень хотелось бы спросить вас о Юрченко. Полковник, занимавший важный пост в советской резидентуре в США, то ли перешел к американцам, то ли был ими похищен. А потом несколько непонятным образом сбежал от охраны в магазине, добрался до посольства СССР и с 1985 года тихо проживает в Москве, никому не показываясь. И если с Калугиным все понятно, то здесь история темная. Юрченко тоже был предателем?

— Я с ним работал, встречался в Штатах. Мы здоровались, иногда сидели рядом в столовой. Мое отношение к Юрченко отрицательное. Может, у других оно иное. Но, зная возможности американцев и все прочее, многие его объяснения представляются мне неправдоподобными.

— Но дело его до сих пор осталось как бы подвешенным?

— Подвешенных дел в жизни всегда очень много. Только каждое ждет своего часа.