Тайны ракетных катастроф. Плата за прорыв в космос - Александр Железняков

Начало 1960-х годов вспоминается современниками как нескончаемая череда побед в космосе. Не было людей популярней, чем Юрий Гагарин, Герман Титов, Валентина Терешкова и их товарищи по отряду космонавтов. Это у нас. Ну а у американцев, соответственно, носили на руках Алана Шепарда, Вирджила Гриссома, Джона Гленна... Каждый новый полет встречался с неподдельным энтузиазмом. Мы гордились сынами и дочерями (точнее, одной дочерью) нашей планеты. Однако время брало свое, и вслед за первыми, испытательными, полетами требовалось проводить новые эксперименты.

Мы знаем, что не все экспедиции на орбиту состоялись. А вот полет, о котором пойдет речь сейчас, из программы «Восход» не выпал. Наоборот, он состоялся даже раньше, чем первоначально планировалось. Эксперимент по выходу в открытый космос первоначально планировалось провести в третьем или четвертом полете новой серии советских кораблей. Справедливости ради надо сказать, что ничего нового в «Восходах» не было. Но по политическим причинам требовалось удивить мир чем-то новым. Таковым должен был стать многоместный космический корабль. Но его еще только создавали, а время поджимало, поэтому пошли по пути модификации уже имевшегося к тому времени «Востока». Отказались от некоторых бортовых систем, облегчили вес кабины. За счет этого в космос можно было отправить несколько человек, правда, без скафандров. В остальном оба корабля были очень похожи, если не как близнецы, то как двойняшки.

Полет первого «Восхода» состоялся в октябре 1964 года и прошел великолепно. Три космонавта в течение суток кружили над Землей, а потом благополучно приземлились на территории Советского Союза. Причем сделали это, не покидая спускаемого аппарата, в отличие от своих коллег по «Востокам». Их бы тоже катапультировали на всякий случай, да три катапульты не помещались, поэтому пришлось рискнуть. Риск полностью оправдался. Единственное, что немного смазало эффект от этого события, стала происшедшая во время их полета смена власти в Кремле. Владимир Комаров, Константин Феоктистов и Борис Егоров отправились на орбиту при Никите Хрущеве, а приземлились уже при Леониде Брежневе. Даже их прилет в Москву пришлось отложить на то время, пока в верхах делили портфели.

Второй полет корабля типа «Восход» состоялся в марте 1965 года. В этом полете было много осложнений, поэтому о нем следует расказать подробнее. Но сначала несколько вводных слов.

Когда решался вопрос об осуществлении эксперимента по выходу человека в открытый космос, планировалось, что первым за пределы кабины космического корабля отправится другое живое существо, наш верный и бессловесный друг – собака. Был даже запланирован срок такого полета – начало 1966 года. Одним из участников этого эксперимента, кстати, должен был стать популярный впоследствии телеведущий Юрий Сенкевич. Предполагалось, что он, по сути дела, выпихнет из кабины корабля собачку, облаченную в специальный скафандр, а затем за страховочный фал втянет ее обратно. Естественно, планировалось наблюдать, как при этом собачка будет себя чувствовать и как будет себя вести. Лишь после этого должен был состояться выход человека в космос.

Но в дело вмешалась большая политика. Американцы тоже готовили аналогичный эксперимент, и советское руководство решило форсировать ход событий, чтобы подарить советскому народу еще один космический триумф.

«Восход-2» оснастили специализированной шлюзовой камерой, единственным предназначением которой был выход человека в открытый космос. После возвращения космонавта в корабль выполнившая свою миссию камера должна была быть отделена.

Прежде чем запускать корабль с экипажем на борту, был совершен полет аналога в беспилотном варианте. Корабль, стартовавший 22 февраля 1965 года, скрылся под названием «Космос-57». Полет закончился неудачей. Спустя несколько часов после старта по непонятным причинам корабль взорвался на орбите. Полагают, что причиной этого стало срабатывание системы аварийного подрыва, получившей ложный сигнал из-за сбоя в работе одной из электрических схем, но четко отработавшей этот сигнал и уничтожившей корабль.

По логике вещей, отправлять вслед за этой аварией в космос пилотируемый корабль было нельзя. Но... Опять это «но», опять большая политика и престиж государства.

Короче говоря, Королев собрал космонавтов и рассказал им о происшедшей неудаче и о том, что он не может гарантировать их безопасность в предстоящем полете, если таковой состоится. Как и следовало ожидать, никто не отказался продолжить подготовку.