Секретный фронт. Воспоминания сотрудника политической разведки Третьего рейха. 1938 - 1945 - Вильгельм Хеттль

Среди других мер по усилению заинтересованности боснийских мусульман в переходе на сторону немцев было формирование мусульманской дивизии СС в 1943 году. При этом была использована традиция прежних австрийских «боснийских полков». Эти части, состоявшие почти исключительно из мусульман, относились в Первую мировую войну к элитным подразделениям. Они успешно сражались против итальянских войск, предпринявших в 1915 году попытку наступления на Изонцском фронте. Организатором дивизии СС из мусульман был бывший офицер австрийской армии, который в Первую мировую войну командовал мусульманской частью. Как ни странно, создание этих частей, исходя из религиозной основы, противоречило основным принципам СС. Тем не менее, Гиммлер пошел на это, поскольку верил в героизм ислама. Он пошел даже далее, разрешив иметь в таких дивизиях собственных священнослужителей, тогда как христианская церковь в течение ряда лет безуспешно пыталась разрешить этот вопрос в других частях СС. Великий муфтий из Иерусалима проявил к этим частям большой интерес и инспектировал их не один раз. Когда позднее их пришлось передислоцировать во Францию и там проявили недовольство этим, именно благодаря вмешательству великого муфтия удалось добиться умиротворения.

В 1942 году четники еще превосходили Тито по силе, но затем, благодаря своей превосходной политической тактике, с одной стороны, и поддержке, получаемой им от западных держав, с другой, Тито стал быстро набирать силы и обрел твердую почву под ногами.

Движение Михайловича по своей структуре было сербским, но ни ему, ни другим лидерам не удалось добиться панюгославского единства. Среди четников доминировал шовинизм, и они смотрели свысока на другие народности, населявшие бывшее югославское государство. Поэтому хорваты и словенцы вправе были считать, что движение Михайловича имеет своей целью установление в послевоенной стране гегемонии сербов.

Тито был намного умнее. Подготовка, полученная им в Советском Союзе, сыграла положительную роль. В своих действиях он исходил из наднациональных целей, стремясь привлечь на свою сторону и хорватов, и словенцев. Об этом он заявлял во всех своих выступлениях, но даже в сражениях с немцами безошибочно просматривалась сербская политическая линия. Но это понимали только немногие, в том числе и его собственные соратники. Тот факт, что он сам был хорватом, не имел никакого значения. Многие хорваты, поддерживавшие правительство Белграда, быстро стали в большей степени сербами, чем многие сербы. Население Хорватии, избежавшее резни усташей, и хорваты, изгнанные из своих жилищ в Штирии и Каринтии, считали Тито более терпимым, нежели Михайловича.

Англичане и американцы быстро изменили свое отношение к соперничавшим движениям. Поначалу симпатии западных держав были на стороне Михайловича, которого они снабжали оружием и боеприпасами. Затем они стали отдавать предпочтение Тито. В начале 1943 года в результате хорошо спланированных операций немцев Тито оказался на грани полного разгрома. Многие участники тех сражений заверяют, что без помощи англичан и американцев он бы не уцелел. Некоторые сербские политики, находящиеся в эмиграции, убеждены, что ныне ни в Югославии, ни в Албании не было бы коммунистических режимов, если бы англичане и американцы тогда продолжали бы поддерживать Михайловича. В капитуляции Италии в 1943 году есть значительная заслуга Тито. В результате этого ему удалось распространить свое влияние на всю югославскую территорию и значительно укрепить свою военную мощь.

Фашистская политика в оккупированной Югославии была не только гибельной, но и являлась прямым источником усиления партизан. Вместе с тем она не учитывала даже интересов союзников Германии. Что же касается Италии, то итальянские генералы заигрывали с лидерами четников в Хорватии, не проявляя никакого интереса к Сербии. Это более или менее понятно. Но генерал Роатта поддерживал связи и с коммунистическим движением Тито. В 1942 году немецкая военная полиция перехватила курьера партизан, следовавшего в штаб Роатты. Его допросы не дали ничего интересного, разве лишь признание, что он совершал свои поездки туда уже несколько раз. Несмотря на это, мысль о возможности сотрудничества итальянского командующего с партизанами-коммунистами была настолько гротескной, что немецкое руководство в Загребе не придало этому инциденту должного значения.

Несколько позже, тем же летом 1942 года, они были проучены. Тогда была предпринята совместная операция немецких и итальянских войск. Роатта сообщил в немецкий штаб, что главным направлением итальянского удара является Сараево. Однако неожиданно, без всякой военной необходимости, он изменил направление своего продвижения фронтом до восьмидесяти миль – на юг, к итало-германской демаркационной линии. Партизаны Тито тут же устремились в свободный от войск противника район. Их маневр свидетельствовал о предварительном уведомлении со стороны итальянского командования. Явных доказательств этого нет, но сами события свидетельствуют о том, что Роатта был хорошим конспиратором, помогая и четникам, и партизанам Тито в борьбе против немцев, выступая в то же время против хорватского государства.

Чем дольше шла партизанская война, тем чаще стали происходить случаи продажи оружия итальянцами партизанам. Дело обстояло так, что на все виды вооружения были установлены определенные цены – от винтовки до артиллерийского орудия. Можно себе представить, что партизаны отлично использовали такой рынок.

С самого начала немецкое военное командование находилось в довольно щекотливом положении. Широкомасштабные действия против партизан даже не рассматривались, а после капитуляции Югославии значительная часть немецких войск была направлена на Восточный фронт. В стране осталось всего несколько батальонов. В результате дальнейшего развития событий численность оккупационных войск была доведена до нескольких дивизий. Но для активных действий против партизан этих сил было явно недостаточно, и немецкое командование было вынуждено обратиться к итальянцам за поддержкой. В теории этих объединенных сил было вполне достаточно для выполнения возникших задач. Но все акции проводились шаблонно по одной и той же схеме. Немецким частям несколько раз удавалось в результате продвижения на флангах загонять партизан, как говорится, в угол и ставить в такое положение, где их полное окружение с последующим уничтожением было неизбежно. Однако в последний момент партизаны прорывались в секторе, удерживавшемся итальянцами, и уходили. И не всегда это было связано с ошибками и просчетами итальянского командования Чаще всего у итальянцев не было желания вести боевые действия против партизан и рисковать жизнью. Но было бы ошибочно обвинять итальянских солдат в отсутствии храбрости и боевых качеств. Они превосходно сражались только за понятные им дела, которые ими одобрялись, в особенности при защите своей собственной страны. Будущая итальянская империя, в целях расширения которой фашизм вел войну, их не вдохновляла. Поэтому в Северной Африке и на Балканах боевые качества и дух солдат оставляли желать много лучшего.

Хотя итальянский партнер постоянно подводил немцев, их войскам, действовавшим самостоятельно, несколько раз удавалось окружать партизан Тито. Так, например, в Южной Хорватии в результате действий генерала Лютерса их потери составили около 12 тысяч человек. Это была значительная часть от общей численности. Но поскольку Тито оставался на свободе, такие успехи имели преходящую ценность.