Неизвестный Мессершмитт - Леонид Анцелиович

Два месяца назад взлетел его первый опытный скоростной бомбардировщик Вf-162 V-1. Это была одна из двух модификаций дальнего истребителя Bf-110. Бомбардировщик обогнал опытный тактический разведчик Вf-161 V-1, который еще оставался в сборочном цехе. Министерство авиации было щедро и раздавало контракты на опытные самолеты всем, кто мог их построить. На прототип бомбардировщика Вилли установил моторы Даймлер-Бенц 600D и теперь радовался, что он на испытаниях показал скорость почти 500 км/ч. Его серийные истребители летали в это время с меньшей скоростью. Но Вилли знал, что пробиться с бомбардировщиком в серию будет очень трудно. Ему противостоят четыре очень совершенных конкурента: «Юнкерс» Ju-88, «Дорнье» Do-17M, «Хеншель» HS-127 и «Хейнкель» Не-119.

Компоновка разведчика Bf-161.

Аугсбург строит второй и третий прототипы бомбардировщика, первый и второй прототипы разведчика, и Вилли еще не знает, что летные испытания этих машин в последующие годы закончатся ничем. Они обоготят компанию бесценным опытом, но не ожидаемыми доходами от серийного производства. Пока только его одномоторный истребитель был принят на вооружение как единственный в Люфтваффе и заказан в большом количестве.

Прототип бомбардировщика Bf-162, 1937 год.

Его птенцы разлетаются из гнезда Аугсбурга, и он требовал от своих конструкторов еще и еще проверять каждую машину, чтобы вместе с контролерами сборочного цеха выявить как можно больше скрытых производственных дефектов. Он их боялся как огня. Каждый такой производственный недостаток может вызвать летное происшествие, оно уже бросит тень на самолет в целом. Вилли прекрасно понимал, что в нынешние времена, когда важные государственные решения зависели от мнения одного, зачастую не очень компетентного босса, можно легко попасть под горячую руку. Поэтому начавшаяся эксплуатация его истребителей вызывала у него особую тревогу, и он старался сделать все от него зависящее, чтобы обеспечить безопасность их полетов.

Вместе с конструктивно-технологической доводкой производственного процесса выпуска истребителей Мессершмитта в цехах завода в Аугсбурге менялся и внешний облик этого, еще недавно маленького предприятия. Продажи Министерству авиации самолетов, построенных по лицензии, принесли заводу большие деньги. Доход за прошлый, 1936 год превысил 12 миллионов рейхсмарок. Было на что строить. Количество рабочих перевалило за пять тысяч.

Помимо возведения новых цехов и ангаров на территории старого завода, в направлении на юг вдоль летного поля развернулась стройка корпусов второго комплекса завода. Здесь располагалось производство оснастки и стапелей, агрегатная и общая сборка. Тут же был построен большой спортивный комплекс с открытым плавательным бассейном. Третий новый комплекс ангаров завода для окончательной сборки и заводских летных испытаний был построен на южной оконечности летного поля. В полутора километрах от старого завода на юг, по правую сторону от Haunstetter Strasse, расположился четвертый комплекс завода с механическими цехами, сборочным цехом крыльев и складами.

Когда завод в Аугсбурге в основном был реконструирован, он представлял собой уже совсем новый, большой и современный самолетостроительный комбинат, состоящий из четырнадцати производственных цехов, шести ангаров для предполетной подготовки самолетов, четырех складов и корпуса прочностных испытаний. Рабочих на территории обслуживали семь столовых, медсанчасть и два медпункта «Скорой помощи». Район Хохфилд на южной окраине Аугсбурга был застроен большим количеством трехэтажных многоквартирных домов для заводских рабочих. А вблизи завода, на полях вдоль Haunstetter Strasse, выстроили целый поселок семейных домов для инженерно-технических работников.

Вилли очень нервничал, беспокоясь за судьбу своих первых опытных машин, которых забрали в Испанию. Истребитель-спарку он еще не разработал. Строевые летчики Люфтваффе пересаживались прямо с бипланов Хейнкеля и Арадо, не могли знать все особенности истребителя нового типа и быстро приноровиться к нему. В лучшем случае пилотов удается вывести на 108-й, но этих самолетов пока очень мало. Вилли до мелких деталей помнил рассказ, как молодой Траутлофт при первом взлете с аэродрома Севильи в прошлом году на третьем опытном передрал машину и ударился хвостовым колесом так, что повредил не только его, но и руль направления. Слава богу, все кончилось только аварией, и машину там же отремонтировали.

Беспокойство Вилли имело и более веское основание. В конце февраля истребители первой серии В-1, в количестве 30 машин, военные уже принимали без задержек – все их вопросы были решены. Военный летчик делал один контрольный облет, и затем самолет перегоняли в часть.

В то утро, 26 февраля, из Травемюнде на их транспортном самолете привезли пилота, который должен был перегнать туда принятый накануне истребитель с заводским номером 1001. После взлета истребитель помахал крыльями и полетел на север. В воздухе его сопровождал их транспортник. По докладу пилота транспортника, истребитель, летящий впереди, вдруг резко скользнул вправо и с нарастающим креном устремился к земле. Летчик попыток покинуть самолет не делал. От сильного удара о землю в северной окрестности Аугсбурга истребитель разрушился и сгорел. Летчик погиб.

Комиссия, расследовавшая катастрофу, ее причину выявить не смогла. Но эта неделя после трагедии оставила тяжелый след в состоянии Вилли. Он выглядел постаревшим на десять лет. Теперь Вилли с помощью Тео изучает досье каждого пилота, которого намечают к переучиванию для полетов на его истребителе. Вилли приказал предельно четко инструктировать каждого нового летчика о его действиях в особых обстоятельствах, особенно при отказе мотора. Особый упор он делал на категорический запрет превышения допустимых диапазонов скоростей и перегрузок.

Еще одна проблема очень беспокоила Вилли – выпуск его истребителя по лицензии компаниями «Физлер», «Фокке-Вульф» и «ЭРЛА». Конечно, их заставили купить лицензии и выпускать большое число самолетов. Проблему он видел в том, что они захотят сэкономить на производственной оснастке и оборудовании контроля качества и выпущенные ими самолеты будут иметь много скрытых производственных дефектов, а следовательно, и предпосылки к летным происшествиям. С другой стороны, эти компании видят в нем конкурента и будут только рады дискредитировать его истребитель в глазах военных. Выход он видел только в ужесточении авторского надзора на всех этапах производства истребителя в каждой из этих компаний.