"По своим артиллерия бьет..." Слепые Боги войны - Владимир Бешанов

Всего было выполнено несколько десятков пусков крылатых ракет. Наибольшая достигнутая высота подъема составила 1000 м, дальность — 2500–3000 м. Расчетная траектория обеспечивалась только на начальном участке, затем ракеты начинали вилять, сваливаться в пике и выполнять «мертвые петли». Камнем преткновения стала неудовлетворительная работа примитивных систем стабилизации и управления полетом.

Конструкторское бюро № 7 под руководством Л.К. Корнеева и А.И. Полярного занималось доводкой спирто-кислородных баллистических ракет Р-06 и Р-03. В 1937–1938 гг. по вертикали и под разными углами к горизонту было запущено 25 изделий, испробованы разные способы обеспечения устойчивости: вращением пускового станка перед стартом и ракеты в полете, установкой гироскопа, применением ускорителей с целью придания большой начальной скорости. Максимальная дальность составила 5000 и 6000 м. Одновременно по заказу Геофизического института КБ разрабатывало стратосферную ракету Р-05 с высотой подъема 50 км. При стартовом весе 55 кг она могла нести до 4 кг аппаратуры, которая возвращалась на землю на парашюте. Понятно, что затевалось все не ради геофизики, и оплачивала эксперименты не Академия наук. В апреле 1937 года Л.К. Корнеев рапортовал И.В. Сталину и К.Е. Ворошилову:

«После шестилетней работы нами 11 апреля с Ногинского полигона была пущена под углом первая в СССР боевая ракета — снаряд на жидком топливе, каковая прошла дистанцию в 12 000 м… можно дать слово большевика, что если мы получим просимое техническое оснащение, то после полуторагодовой работы ракеты-снаряды будут преодолевать сотни километров, при необходимости попадая из Владивостока в Токио».

Однако экспериментальные пуски Р-05 расчетных данных не подтвердили.

В 1939 году в КБ-7 была спроектирована составная ракета Р-10 с высотой подъема 100 км при стартовом весе 100 кг. Она представляла собой комплекс жидкостных ракет первой и второй ступеней и двух спаренных пороховых разгонных двигателей.

Относительно классической артиллерии у М.Н. Тухачевского тоже имелся свой конек под названием «универсализм».

В начале 1920-х годов американская Комиссия Вестервельта, занимавшаяся обобщением опыта мировой войны, с целью сокращения типов артиллерийских систем рекомендовала создать универсальные орудия, которые могли бы решать широкий круг задач. Исследование велось по двум основным направлениям: пушка-мортира или пушка-гаубица, способная вести настильный и навесной огонь, и полевая пушка, которая совмещала бы в себе свойства наземной и зенитной стрельбы, могла бы бороться как с авиацией, так и с бронетехникой. Как раз последняя особенно интересовала Тухачевского и более всего, по его мнению, подходила «для внедрения в армию».

Решить проблему пытались почти все ведущие зарубежные фирмы: предлагались конструкции с двумя стволами разного калибра на одном лафете, системы со сменными или вставляемыми один в другой стволами, орудия с высоким и низким положением лафета. Как правило, пушечность достигалась в ущерб гаубичности и мощности снаряда, гаубичность и скорострельность — в ущерб бронебойности, и в любом случае возрастали вес, сложность и стоимость системы. В первом томе Советской Военной Энциклопедии, изданном в 1932 году, отмечалось:

«20-мм автоматическая пушка со свойствами наземной и зенитной стрельбы не удовлетворяет требованиям бронебойности (пробивает ок. 12 мм с дистанции 1 км под углом 60), но обладает скорострельностью, что особенно важно при стрельбе (струей) по быстро движущ, целям (танки, бронемашины, самолеты). Для увеличения бронебойных свойств необходимо увеличить калибр и автоматику, т. к. при большем калибре вес орудия будет не менее 400 кг (при калибре в 30 мм). В связи с необходимостью сочетания условий веса, скорострельности и калибра вопрос о необходимости 20-мм автоматической пушки с зенитными свойствами или 37–45-мм полуавтоматической без зенитных свойств или обоих этих орудий до сего времени не решен».

Летом 1930 года Тухачевский получил очередную информацию из «литературных источников» о том, что американцы провели испытания 75-мм универсальной дивизионки и вроде бы собираются принять ее на вооружение. Орудие могло вести круговой обстрел, имело угол вертикального наведения до 80 градусов, устанавливалось на тумбовом станке, который, в свою очередь, громоздился на лафет с раздвижными станинами и колесным ходом, а для устойчивости при стрельбе снабжался еще и добавочными станинами. В походном положении этот «трансформер» весил 2640 кг, при том, что качающаяся-стреляющая часть — всего 670 кг. Опробовав на полигоне два опытных экземпляра с лафетами Т-2 и Т-3, американские военные признали концепцию универсальных дивизионных пушек несостоятельной, и на этом проект тихо скончался.

Но нет в мире крепостей, которые не могли бы взять большевики.

В систему артиллерийского вооружения на вторую пятилетку они вбили две универсальные системы: 37–45-мм автомат и 76-мм дивизионную пушку.

Автомат должен был поступить на вооружение авиации, пехоты и мотомеханизированных войск и предназначался для ведения воздушного боя и стрельбы по наземным целям, борьбы с живой силой и танками противника, а также и с авиацией на высотах до 3000–4000 м. Он должен был иметь скорострельность 100 выстр./мин и бронепробиваемость 40–50 мм на дистанции 1000 м.

К лету 1936 года, взяв за основу 37-мм зенитную пушку «Рейнметалл», производство которой успешно провалил завод № 8, сотрудники Артакадемии М.Н. Кондаков и А.А. Толочков представили автомат АКТ-37 с темпом стрельбы 200 выстр./мин, предназначенный как для вооружения самолетов, так и для зенитной стрельбы. Чтобы летательные аппараты не разваливались в воздухе, авторы, применив ряд оригинальных решений, постарались свести к минимуму силу отдачи орудия. Что немедленно привело к усложнению конструкции, снижению надежности и зенитных качеств. Параллельно Кондаков разработал 45-мм автоматическую пушку АКОН-45 с темпом стрельбы 100–120 выстр./мин. Работы по обоим автоматам были прекращены в 1938 году. ВВС получили авиационную 20-мм пушку ШВАК с ленточным питанием. Ее тоже пробовали примостить на какой-нибудь лафет, однако в силу своей маломощности (переделка из пулемета) ни противотанкового орудия, ни зенитки из нее не вышло.

«Система-2» ставила также задачу вооружить стрелковые батальоны и горные части 76-мм пушкой-мортирой с возможностью ведения настильного и навесного огня. Были заданы вес 140–145 кг, дальность 5000–7000 м, скорострельность 15–20 выстр./мин.

В мае 1936 года завод № 8 представил 76-мм систему 35-К конструкции В.Н. Сидоренко, который позаимствовал идею Виккерса и создал, согласно отечественной классификации, «универсал третьего типа» — орудие с коленчатой боевой осью, поворотом которой можно было менять высоту линии огня. Завод № 92 в конце 1936 года по чертежам В.Г. Грабина изготовил Ф-23–1 — 76/45-мм «универсал второго типа» с двумя сменными стволами и Ф-23–11 — разборную гаубицу с укороченным до 12,5 калибра стволом от 76-мм полковой пушки и углом возвышения 65 градусов. Орудия получились сложными по устройству и весили 350–400 кг. В 1938 году работы над ними были прекращены. В итоге: ни пушки, ни мортиры.