Горе от ума? Причуды выдающихся мыслителей - Рудольф Баландин

Выдающийся учёный, как принято считать, должен быть рассудочным, хладнокровным. Это вполне оправдано в первую очередь для тех, кто проводит тщательные наблюдения, физические эксперименты, химические опыты, а затем на основе строгих законов логики обобщает полученные материалы.

Однако такие занятия подчас вызывают парадоксальную реакцию. Постоянное напряжение рационального сознания подавляет эмоциональное подсознание, и оно проявляет свою активность в каких-то других действиях. Такую роль у Яноша Больяи играла (в полном и переносном смысле слова) скрипка.

Другой пример: Эммануил Сведенборг. У него вырвавшееся на свободу подсознание подчинила себе рациональный ум. Нечто подобное, только не в такой яркой и патологической форме, произошло с выдающимся химиком Александром Михайловичем Бутлеровым.

В его жизни до некоторых пор всё шло так, как бывает у многих талантливых учёных. Окончил Казанский университет, работал в химической лаборатории у Н.Н. Зинина. Преподавал студентам-медикам физику и физическую географию, а позже читал лекции по неорганической химии на физико-математическом факультете.

Во время заграничной командировки познакомился с лучшими лабораториями Западной Европы. В 1857 году опубликовал свою первую статью «О действии осмиевой кислоты на органические соединения». Осенью 1861 года изложил теорию химического строения, согласно которой свойства веществ зависят от порядка связей атомов в молекулах и их взаимного влияния (доклад на съезде немецких врачей и натуралистов «Нечто о химической структуре тел»). Объяснил явление изомерии. Синтезировал ряд органических соединений, в том числе уротропин, полимер формальдегида. Открыл полимеризацию изобутилена. Предвосхитил идеи стереометрии.

Бутлеров стал профессором Казанского университета. В 1868 году получил Ломоносовскую премию. Д.И. Менделеев предложил его кандидатуру на должность профессора химии Петербургского университета:

«А.М. Бутлеров – один из замечательнейших русских учёных. Он русский и по учебному образованию, и по оригинальности трудов. Ученик знаменитого академика нашего Н.Н. Зинина, он сделался химиком не в чужих краях, а в Казани, где и продолжает развивать самостоятельную химическую школу. Направление научных трудов Александра Михайловича не составляет продолжения или развития идей его предшественников, но принадлежит ему самому. В химии существует бутлеровская школа, бутлеровское направление».

В 1871 году А.Н. Бутлерова избрали в Петербургскую академию наук (членом которой так и не стал Д.И. Менделеев).

Бутлеров не ограничивался только занятиями химией. Его с юных лет интересовали насекомые. В университете он выбрал сначала профессию биолога, написал дипломную работу «Дневные бабочки волго-уральской фауны», но затем увлёкся химией.

Он несколько лет возглавлял Вольное экономическое общество. Был известным пчеловодом, автором книги «Пчела, её жизнь и главные правила толкового пчеловодства», выдержавшей более десятка изданий. Его «Введение к полному изучению органической химии» (1864) вскоре перевели на немецкий язык, что показательно, ибо в Германии к тому времени сложилась группа химиков-органиков мирового уровня.

Бутлеров был талантливым химиком-аналитиком и теоретиком, успешным практиком-пчеловодом и общественным деятелем, превосходным преподавателем. Он отличался спокойным характером и незаурядной физической силой.

Правда, в его детстве был случай, который при желании можно отнести к мистическим пророчествам. Во время пребывания в пансионе он три дня носил на груди доску с надписью: «Великий химик».

Но это было не признанием его достижений в учёбе, а наказанием за то, что он, занявшись втайне от воспитателей изготовлением бенгальского огня, устроил взрыв. С этой надписью он стоял в углу столовой в то время, когда другие дети обедали.

Он действительно стал великим химиком. Но при этом вновь прославился самым неприятным образом. Намекая на него, сатирический журнал «Стрекоза» в 1876 году опубликовал стихи с такими строфами: