Петербургские доходные дома. Очерки из истории быта - Екатерина Юхнева

В XVIII веке в возведенных по иностранному образцу петербургских дворцах знати как редкостные диковинки стали появляться ванны. Делались они или из мрамора, или из зеленой меди. А императрица Елизавета Петровна заказала себе на Стеклянном заводе хрустальную ванну, вкладываемую в медную.

Лишь в царствование Николая I, во второй четверти XIX века, ванны стали обязательными в дворцовом быту. Для них стали отводиться специальные комнаты. Правда, по этикетным соображениям санитарно-гигиенические предметы маскировали. Например, представьте себе ванную комнату в виде библиотеки. Посередине — стол, покрытый сукном, но стоило лишь поднять столешницу, то под ней обнаруживалась ванна. Вдоль стен — шкафы с книгами, но подойдя к одному из них и легко открыв дверь-обманку, на которой искусно нарисованы корешки книг, вы попадаете в душ. В петергофском Фермерском дворце наследника престола, будущего Александра II, архитектор А. Штакеншнейдер углубленную в полу ванну замаскировал сверху диваном, а душ спрятал в стенном шкафу. Душ частенько маскировали под люстру, вернее сказать, это была люстра-душ. Она освещала помещение при помощи вставленных в нее свечей, а из дырочек, расположенных внизу резервуара, шла вода. Сегодня воссозданная люстра-душ демонстрируется в помещении холодной ванны Банного корпуса в Петергофе.

Реклама. Начало ХХ в.

Лишь в последней четверти XIX века ванны начали появляться в квартирах петербуржцев, но из всех квартирных удобств они были наименее распространены. По данным переписи 1890 года, ваннами оборудована только одна из тысячи однокомнатных квартир и одна из трехсот двухкомнатных квартир. В средних по размеру (3–5-комнатных) квартирах ванны имелись в одной из десяти квартир. Зато более половины «барских» квартир оснащались ваннами (ванны были в 57 % 6–10-комнатных квартир и в 70 % квартир из более чем 10 комнат).

Рассматривая обмерные планы петербургских квартир, можно заметить, что площадь ванных комнат обычно около 8 кв. м, а самые маленькие — около 6 кв. м. Ванные комнаты практически всегда делались с окном, поэтому в них отсутствовали избыточный пар и духота.

Ванны изготавливались из различных материалов: мраморные, фаянсовые, чугунно-эмалированные, медные (луженые), оцинкованные. Независимо от материала при пользовании ванной ее обычно внутри выстилали простыней, поскольку соприкосновение корпуса ванны с телом считалось неприятным и негигиеничным, а потом заполняли водой.

Вода для мытья нагревалась на плите в ведрах или баках, и ванна наполнялась при помощи черпаков. Изредка бак вмуровывался сбоку в топку плиты. Такие плиты нельзя было топить, не наполнив бак водой, поскольку швы у него расходились, и для исправления требовался лудильщик.

К концу XIX века получает распространение дровяной водонагреватель (подобие гигантского самовара). Он представлял собой резервуар для воды цилиндрической формы с внутренней нагревательной трубой-дымоходом, высотой до одной сажени (то есть чуть более двух метров). Вода в него могла подаваться по водопроводным трубам, или там, где водопровод отсутствовал, воду наливали вручную ведрами. Под резервуаром была встроена топка, она обычно топилась дровами, чрезвычайно редко — углем. Горячие газообразные продукты сгорания, проходя через внутреннюю трубу-дымоход, нагревали воду. Иногда для комфорта рядом устраивался резервуар для холодной воды. Из резервуаров через краны вода поступала в ванну. Для перемешивания воды в ваннах пользовались небольшими металлическими или деревянными «веслами» с дырочками. Душ был скорее исключением в квартирах петербуржцев.

В домах существовали и общественные ванны. Ими, по данным переписи 1881 года, оборудовалось 5 % домовладений (из 9261 — в 435). В частных домах общественные ванны имелись в 4 домах из 100, тогда как в благотворительных заведениях — в каждом десятом. В среднем приходилось по три общественные ванны на дом.

Появление водопровода не внесло резких изменений во внешний вид ванн и умывальников.

Со второй половины XIX века врачи обнаружили в ваннах лечебную силу. Так, лейб-медик императрицы Марии Александровны, супруги Александра II, академик С. Боткин назначал ей, страдавшей частыми бронхитами, впоследствии перешедшими в чахотку, водолечение. Сначала больную заворачивали в мокрую простыню и, укрыв периной, ждали, когда она покроется потом, затем ее ставили на несколько секунд под холодный душ или погружали в прохладную ванну. После этого больная чувствовала себя лучше: снижался жар, учащенный пульс выравнивался, дыхание становилось глубоким. При расстройстве нервов, как тогда говорили, врачи рекомендовали хвойные ванны с добавлением в воду сосновых или можжевеловых веток и шишек.

Имели ванны и косметический эффект. Красавицы XIX века принимали ванны из минеральных вод, с миндальным молочком. В начале ХХ века рекомендовались «ванны красоты» с добавлением в воду ароматических трав (мяты, эвкалипта, шалфея, розмарина, тмина), розовых лепестков и одной бутылки одеколона. Чаще добавляли в ванну овсяный отвар или сенную труху — общедоступно, но какой бархатистой после этого делалась кожа!

Мыло

В России мыло начали варить во времена Петра I, но вплоть до начала XIX века им пользовались мало. Аристократия по новой европейской моде мыться перестала, а простые горожане, как в деревне, стирали и мылись щелоком древесную золу заливали кипятком и распаривали в печке.

Реклама. Начало ХХ в.

Только с начала XIX века в российских модных журналах начали появляться публикации, рекламирующие мыло. Так, журнал «Гирлянда» в 1831 году сообщал, что «Г. Сесси, в Париже, составил мыло, называемое Savon des enfans, которое можно смело потреблять на умывание рук, не опасаясь после того иметь жесткую и сухую кожу, как вообще бывает от прочих составов». Но импортное мыло из-за чрезвычайной дороговизны не могло войти в быт россиян. Его использовали только для умывания лица и рук, в ванне мылись с простыми отрубями.

Журнал «Молва» за 1832 год советовал новый европейский рецепт: «Шелуху горького миндаля кладут в ванны таким же образом, как обыкновенные отруби». В это время в обиход высших слоев входят различные косметические средства. Вот реклама того времени: «Тесто миндальное (тестом и помадами называли кремы) менее сушит кожу, нежели другое. Жидкое тесто, приготовленное с медом, необходимо для сохранения мягкости кожи. Оное употребляют, умывшись мылом».

Постепенно в России налаживалось производство собственного мыла. Главным центром мыловарения стал город Шуя, на его гербе даже изображен кусок мыла. Широко известны были и московские фирмы — фабрика Ладыгина, с 1843 года — фабрика Альфонса Ралле «Ралле и К» (позднее переименованная в косметическую фабрику «Свобода») и с 1864 года — парфюмерная фабрика Г. А. Брокара, выпускавшая для народа дешевое «Народное мыло» по копейке за кусок, «Глицериновое» мыло для ращения волос, «Розовое» с розовым маслом, «Кокосовое», «Греческое» с оливковым маслом. Производители старались придать своей продукции привлекательный вид. Например, мыло «Огурец» чрезвычайно походило на настоящий овощ.