Зимняя война: «Ломят танки широкие просеки» - Максим Коломиец

г). Усилить буксирные серьги и соединительные пальцы тросов.

д). Радисту поставить пулемет.

е). Увеличить угол обзора водителя.

ж). Облегчать торсионы на стоянках, т. к. были случаи их поломки, когда танк стоял на месте.

з). Изогнуть рычаг управления, приблизив его, таким образом, к водителю.

и). Поставить вентилятор.

По танкам СМК и Т-100:

а). Мотор имеет недостаточную мощность, не надежен в работе, что требует замены его.

б). Привод динамо ставить не на шпильках, а на шлицах.

в). Шпильки главного фрикциона усилить.

г). Усилить броню малой зенитной башни.

д). Для поворота большой башни поставить электромотор.

е). Сидение водителя поставить на болты.

Начальник 2 отдела АБТУ КА полковник Иванов /подпись/».

Судьба танков сложилась по-разному. СМК доставили на Кировский завод, но так и не восстановили. Т-100 во время войны эвакуировали в Челябинск, и он пошел на слом уже после ее окончания. Ну а КВ приняли на вооружение.

В ходе войны завод № 185 им. Кирова на базе Т-100 разработал проект инженерного танка и самоходной установки 130-мм пушки для борьбы с ДОТами. Последняя, получившая обозначение Т-100У («игрек»), в феврале 1940 года поступила в производство, но была изготовлена уже после окончания войны.

Кроме того, был спроектирован танк T-100Z («зет»), представлявший собой обычный Т-100 с заменой главной башни с 76,2-мм пушкой на новую, большего размера, вооруженную 152-мм гаубицей М-10. Башня была изготовлена, но на танк не устанавливалась ввиду окончания войны.

ЭКРАНИРОВКА ТАНКОВ. 31 декабря 1939 года в ленинградском горкоме ВКП (б) под председательством А. Жданова состоялось специальное совещание Военного совета ЛВО, на котором рассматривались предложения по усовершенствованию танков. Одним из них было предложение по оснащению танков дополнительной броней толщиной 30–40 мм (экранировка). Атак как 30 декабря прошло успешное испытание экранированного образца Т-26, разработанного на заводе № 174 под руководством С. Гинзбурга, решили в срочном порядке приступить к изготовлению таких танков. Завод № 174 получил задание заэкранировать 54 новых танка – 27 Т-26 (с конической башней и подбашенной коробкой с наклонными бортами) и 27 XT-133, а Кировский завод – 16 Т-28. Причем Т-28 имели частичную экранировку – дополнительная броня устанавливалась на лобовую часть корпуса, щиток механика-водителя и пулеметные башни. При этом на последних дополнительная броня приваривалась изнутри – в противном случае, башни заклинивали при вращении, цепляясь за будку механика-водителя.

Эталонный образец колесно-гусеничного танка Т-29. Эта машина была отправлена на Карельский перешеек в конце февраля 1940 года, но сведений о ее участии в боях обнаружить не удалось (АСКМ).

Выполнение этого заказа затянулось, и только в середине февраля 1940 года эти танки поступили в войска. Первые же бои с их участием показали, что финские противотанковые орудия не могут пробить их брони. Поэтому последовал дополнительный заказ еще на 20 Т-26 и 30 Т-28. Однако до конца войны эти танки на фронт не попали и сдавались в войска уже после окончания боевых действий.

Танк Т-46-5 (Т-111) во время испытаний. Весна 1939 года. Машина была подготовлена к отправке на фронт 12 марта 1940 года, но в связи с окончанием войны дальнейшие работы прекратили (АСКМ).

Помимо этого, экранировка проводилась непосредственно в войсках. Так, 24 февраля 1940 года начальник автобронетанкових войск 8-й армии Кукушкин сообщил в ГАБТУКА:

«Главный инженер Ижорского завода Попов 24 февраля 1940 года «согласился изготовить 15 комплектов брони для экранирования Т-28 для 8-й армии. Директор завода № 174 Алексеев согласился направить в 8-ю армию бригаду в 5 человек для установки этих экранов».

Работа была выполнена в начале марта 1940 года в мастерских города Суоярви, и эти танки участвовали в заключительных боях войны в полосе 8-й армии. Таким образом, в ходе войны на фронте использовалось в боях 85 экранированных танков и еще 50 находилось в производстве.

Кроме того, был разработан проект экранировки танков Т-26 с цилиндрической башней, и изготовлено два комплекта дополнительной брони для этого. Однако до конца войны закончить работу не удалось, и экранированный Т-26 с цилиндрической башней испытывался уже после окончания боев.

Помимо Т-26 и Т-28 предполагалось усилить броню и на танках БТ. К 13 февраля 1940 года был закончен проект экранировки танков БТ-7, и принято решение об изготовлении 16 таких машин. Однако до конца войны сделать это не удалось, хотя в начале 1940 года одна «бетешка», догруженная до расчетной массы экранированной машины (18 тонн), успешно прошла испытания в районе Харькова.

ТАНК Т-29. Эта машина разрабатывалась с 1933 года, и в 1934–1935 годах завод № 185 им. Кирова изготовил два танка – Т-29-4 и Т-29-5. По общей схеме они были похожи на трехбашенный Т-28, но в отличие от последнего имели колесно-гусеничный ход. Между собой Т-29-4 и Т-29-5 отличались толщиной брони и массой. На основании испытаний первых двух образцов Т-29 в 1936 году завод № 185 им. Кирова изготовил «эталонный образец Т-29», который предполагалось принять на вооружение вместо Т-28. Однако проведенные испытания выявили у танка большое количество недостатков в колесно-гусеничном движителе. Кроме того, машина оказалась слишком сложной и дорогой для серийного производства, и в результате осталась в единственном образце, который передали заводу № 185 имени Кирова для опытных работ.

После начала советско-финляндской войны завод получил личное указание члена Военного Совета Северо-западного фронта А. Жданова – подготовить «эталонный» образец Т-29 к отправке на фронт. Танк был отремонтирован, укомплектован экипажем и «23 февраля 1940 года убыл в распоряжение командующего автобронетанковыми войсками 13-й армии». Об участии машины в боях сведений обнаружить не удалось.

Самоходная установка СУ-14 (со 152-мм пушкой Бр-2), забронированная для действия на финском фронте, вид слева сзади (АСКМ).

САНИТАРНЫЙ ТАНК. В январе 1940 года по просьбе бойцов и командиров 35-й танковой бригады, завод № 174 приступил к переоборудованию одного танка в санитарный. Эта инициативная работа была одобрена начальником Автобронетанкового управления РККА Д. Павловым. В качестве базы был взят корпус опытного танка АТ-1 (таких корпусов на заводе имелось восемь штук), который по месту, без чертежей, был переделан для перевозки раненых. Заводчане хотели подарить эту машину танкистам к празднику 23 февраля – дню Красной Армии. Но в связи с задержкой изготовления санитарный танк на фронт не попал. После войны танк передали 8-му санитарному управлению РККА.