Карибский кризис. 50 лет спустя - Дмитрий Язов

Приведенная в сокращении записка Аджубея советскому политическому руководству, если ее внимательно и непредвзято прочитать, содержит несколько важнейших положений. Я бы выделил в этой связи несколько моментов.

Во-первых, из донесения А. Аджубея следует, что инициатором бесед с ним был лично президент Джон Кеннеди, который стремился использовать закрытый, конфиденциальный канал прямого диалога с советским руководством (напомню, что А. Аджубей был зятем Н. С. Хрущева). Как известно, такой канал – прямая линия связи – появился позднее, после Карибского кризиса, когда в США и СССР окончательно осознали его жизненную важность и необходимость.

Во-вторых, президент США Дж. Кеннеди, находясь под давлением различных политических сил внутри страны, был не свободен в принятии решений и проведении внешней политики. Он даже не мог по своему усмотрению открыто пригласить советского журналиста в Белый дом.

В-третьих, американского президента весной 1962 года в большей степени волновала ситуация в Германии, чем кубинская проблема. «Самой неотложной» назвал он именно берлинскую проблему. Как известно, в августе 1961 года в Берлине уже была возведена знаменитая Берлинская стена – символ разделения Германии.

В-четвертых, Кеннеди практически открытым текстом «раскрыл свои карты» перед Аджубеем. Он передавал в Москву свои уверения в том, что Вашингтон «не собирается вторгаться на Кубу». Вместе с тем, по словам американского лидера, США никогда не смирятся с революционными преобразованиями на Кубе, «американскому народу даже с психологической точки зрения очень трудно с этим согласиться». Кеннеди выразил уверенность, что «Куба падет изнутри». Эта ключевая фраза означала, что весной 1962 года Джон Кеннеди окончательно отдал предпочтение подрывным действиям и тайным операциям против Кубы, а не военному вторжению.

В-пятых, Дж. Кеннеди, признавая в Советском Союзе равного США «политического и военного игрока», попытался очень тонко и, я бы сказал, грамотно припугнуть Москву. Чего стоили его намеки на то, что США пытаются сдержать «реваншистские силы» в Западной Германии, которые стремятся получить доступ к ядерному оружию!

И наконец, последнее. Нельзя забывать, что в большой политике нельзя верить на слово. В марте 1962 года, когда советское руководство получило отчет А. Аджубея о его личных контактах с президентом США Дж. Кеннеди, никто не мог гарантировать, что все сообщенное американским лидером является сущей правдой, а не большой дезинформационной кампанией Вашингтона против Москвы. Против Советского Союза была объявлена холодная война, а у войны есть свои правила и нормы поведения.

Это определяло и предопределяло действия сторон на международной арене.