Машина Судного дня. Откровения разработчика плана ядерной войны - Дэниел Эллсберг

– Встреча проходила примерно в середине декабря 1960 г.^{56} в штаб-квартире Стратегического авиационного командования (SAC) на авиабазе Оффутт недалеко от Омахи, штат Небраска. На ней присутствовали министр обороны Гейтс, заместитель министра обороны Джим Дуглас, я, члены Объединенного комитета начальников штабов и генералы, представлявшие штабы объединенных и специальных сил по всему миру.

Брифинг по SIOP проводился на этаже, где располагался командный центр SAC. Перед присутствовавшими находилась высокая стена, вдоль которой размещались огромные подвижные доски с картами и схемами. Направляющие досок тянулись вдоль всего зала длиной не меньше 30 м. Позади располагался застекленный балкон. Генералы должны были командовать действиями SAC во время войны, находясь за длинным рядом столов с телефонами и глядя через стеклянную перегородку на карты, где разворачивалась картина военных действий в каком-либо месте – практически в любой или почти в любой точке мира…

По знаку генерала Пауэра [главнокомандующего SAC] на сцену прямо перед аудиторией примерно в пяти-шести метрах от первого ряда вышел докладчик…

Описав несколько схем, он подошел к карте, где была представлена схема первой волны ударов по Советскому Союзу. Насколько я помню, эта задача отводилась бомбардировщикам на авианосцах, располагавшихся в районе Окинавы. Сделав это сообщение, докладчик отошел в сторону.

Вслед за тем у стены с картами появились два сержанта ВВС с высокими стремянками. Они остановились у краев большой карты, на которой, как мы теперь видели, была изображена территория Китая и Советского Союза и некоторых пограничных с ними стран. Сержанты быстро вскарабкались по ступенькам и одновременно оказались наверху. Каждый из них протянул руку к красной ленте, которая, как теперь стало ясно, удерживала большой рулон прозрачной пленки, и одним движением развязал узел на своем конце. Пленка со свистом развернулась, немного покачалась и повисла неподвижно перед картой. На пленке было множество точек, представлявших ядерные взрывы, большинство из них располагалось вокруг Москвы. Сержанты спустились, сложили стремянки и удалились вместе с ними.

Докладчик повторял эту процедуру несколько раз, показывая последовательные волны бомбовых ударов по СССР. Сначала их наносят B-52, находящиеся на боевом дежурстве в воздухе, и истребители-бомбардировщики с авианосцев в Средиземном море, американских баз в Германии, с авианосцев и баз вокруг Японии, а потом B-47 и B-52 с баз на территории Соединенных Штатов и Европы. Используется также несколько баллистических ракет (их количество значительно выросло в последующие годы).

Демонстрация каждой волны ударов требовала повторения танца с участием хозяев стремянок. Они развязывали очередную пару красных лент, прозрачная пленка с шорохом разворачивалась, и Москва все больше покрывалась сетью маленьких точек. Точки были и в других местах, но кто-то заметил, что треть советской военно-промышленной мощи сосредоточена в Московской области, этим и объясняется концентрация ударов по ней. Насколько я помню, в соответствии с планом суммарная мощность бомб, сбрасываемых на Москву, должна была составить 40 Мт – мегатонн, – в 4000 раз больше бомбы, уничтожившей Хиросиму, и примерно в 20 или 30 раз больше мощности всех обычных бомб, сброшенных союзниками за четыре с лишним года во время Второй мировой войны…

В тот момент, когда докладчик говорил о том, что некоторые бомбардировщики пойдут из района Средиземного моря на северо-восток к Москве, генерал Пауэр махнул рукой и произнес: «Одну минуту. Одну минуту». Затем он повернулся и, глядя на аудиторию, сказал: «Надеюсь, ни у кого из вас нет родственников в Албании. Там прямо у нас на пути находится их радиолокационная станция, мы ее уничтожим». Ответом была гробовая тишина. Пауэр повернулся к докладчику и еще раз махнул рукой, чтобы тот продолжал.

Докладчик перешел к диаграмме, на вертикальной оси которой были отложены людские потери, а на горизонтальной – время (несколько недель с почасовой разбивкой). Он сообщил, что население СССР составляет 175 млн человек. Диаграмма демонстрировала потери только от радиоактивных осадков – не от ударной волны и проникающей радиации в момент взрыва, а от последующего выпадения радиоактивной пыли, выброшенной в верхние слои атмосферы. Кривая потерь шла вверх и образовывала плато на уровне 100 млн, показывая, что больше половины населения Советского Союза будет уничтожено только в результате выпадения радиоактивных осадков…

Этот брифинг вскоре закончился, а за ним состоялся еще один, посвященный удару по Китаю. Его проводил другой докладчик, который также завершил свое выступление демонстрацией диаграммы потерь от выпадения радиоактивных осадков. «В Китае проживает примерно 600 млн человек», – сообщил он. Его диаграмма поднималась до половины этого числа, до 300 млн на вертикальной оси. Иными словами, от радиоактивных осадков должна была погибнуть половина населения Китая.

Из глубины зала позади меня раздался чей-то голос: «Можно задать вопрос?» Генерал Пауэр опять повернулся, поглядел в затемненный зал и сказал неодобрительным тоном: «Да, что вы хотели узнать?» «А что если это будет война не с Китаем? – произнес голос. – Что если это будет война только с Советами? Можете ли вы изменить план?»

«Ну, конечно, – смиренно ответил генерал Пауэр, – мы можем, но, я надеюсь, что никому это не придет в голову, поскольку такое решение реально угробит план».