Годы, как птицы. Записки спортивного репортера - Михаил Шлаен

Ему не свистели с трибун и не кричали возмущенно: «красный» не борется, «синий» не борется. Он был всегда в прямом и переносном смысле в борьбе, Колесов Анатолий Иванович. И когда выступал сам, и когда тренировал, и когда был одним из руководителей отечественного спорта.

Гонение на алкоголь не застали? И слава богу! Строжайший запрет на него, никаких официальных торжеств с его применением. А в Москве чемпионат мира по боксу, и каждый его день стремительно приближает к завершающему банкету. Его с нетерпением ждут, это неформальное общение в своем профессиональном кругу, когда все позади и хочется от всего отвлечься, расслабиться. Организаторы пригорюнились, стоят на ушах, обивают пороги больших начальников. Как объяснить большой массе забугровых чиновников от бокса, что бутылок с известными наклейками и названиями – «Московская» и «Столичная» не будет на столах. А заодно и их коньячных собратьев. Довольствуйтесь вином, господа. Пожалуйста, какие хотите – молдавские, грузинские, узбекские… Винца они и у себя дома попьют, какого хочешь. А сейчас жаждут под икорку, заливную рыбу и другую нашенскую закуску прополоскать свое горло знаменитым на весь мир традиционным русским напитком, В общем, господа хотят – назовем вещи своими именами – хлебнуть водочки. Уличить их в пристрастии к ней – побойтесь бога, но почему бы не поднять рюмку-другую за окончание турнира, они же знают, где находятся. Это все равно, что лишить их возможности отведать виски, будучи в Шотландии или Ирландии, или рома на Кубе.

Я был живым свидетелем колесовских мучений, и рассказываю об этом столь подробно, чтобы читателю было ясно, как непросто пришлось тогда Анатолию Ивановичу принять решение, он же курировал чемпионат как зампред Госкомспорта. Борцовский характер сработал. Не ведаю, каким уж приемом он уломал, уложил на лопатки высокие партийные чины со Старой площади. Разрешили, как часто писали тогда в письмах, в порядке исключения, но с одним условием: под личную ответственность Колесова, и упрятать это добро подальше от широких глаз людских, в закутки гостиничного ресторана.

Уже была поздняя ночь, когда все завершилось. На выходе из гостиницы заметил Анатолия Ивановича.

– Вы что, пешком, за вами же машина закреплена?

– Я ее отпустил. Мне тут недалеко, Москву-реку переплыть – и мой дом. Прогуляюсь, мозги проветрю, а то засорились с этими проблемами. Составишь компанию?

Дом, где он жил, находился практически напротив «Украины», только на другом берегу.

Нам было по пути через Новоарбатский мост, и, пока шли, Колесов рассказывал, как обивал пороги нужных кабинетов.

– В каждом расстелен ковер. А ты можешь себе представить мое внутреннее состояние, что я каждый раз ощущаю, ступая на него. Борцовское просыпается, боевую стойку принять, какой-нибудь прием применить. Схватка была, но только другая, словесная – нотации, наставления, как бы чего не вышло. Когда уходили, ты посмотрел, народ весь разошелся?

– Да не волнуйтесь вы, Анатолий Иванович, все нормально, никаких эксцессов, – успокаивал я его. За мостом мы расходились, он сворачивал налево на набережную, я топал к себе на Арбат.

А какой он был красавец на настоящем борцовском ковре! Быстрый, ловкий, подвижный, мастерски исполнявший коронные броски из своего богатого технического арсенала. В олимпийском Токио-64 26-летний Колесов оказался единственным из наших «классиков», кто выиграл золотую медаль. Александр Григорьевич Мазур, соперник еще Ивана Поддубного, первый отечественный чемпион мира среди тяжеловесов, рассказывал, как, радуясь своему успеху, Колесов в то же время был огорчен: он считал своих старших товарищей по команде Романа Руруа и Анатолия Рощина более достойными победы. Придет время – и оба они тоже станут олимпийцами-чемпионами.

Развитие спорта в стране в те годы было прерогативой Союза спортивных обществ и организаций. Руководивший им Юрий Дмитриевич Машин, неожиданно для всех, зазвал Анатолия Колесова к себе в заместители. Он стал самым молодым спортивным начальником столь высокого ранга, и без малого сорок лет пребывал на этой должности, возглавляя спортивные делегации СССР, СНГ, России на восьми летних Олимпийских играх – от Мюнхена-1972 до Афин-2004. На двух из них, в Сиднее и греческой столице, я как журналист привлекал его в качестве авторитетного эксперта. Его прогнозы и анализ были весьма точными, построенными на глубоком знании ситуации, причем в разных ракурсах – спортсмена, тренера, функционера.