Первые снайперы. «Служба сверхметких стрелков в Мировую войну» - Х. Хескет-Притчард

Этот человек в особенности отличался в качестве наблюдателя, будучи знаком с оптическими приборами по своей специальности, — он был капитан небольшого каботажного судна. Бедняга позднее был сильно отравлен удушливыми газами, и когда я его видел в последний раз, физическое состояние его было самое плачевное.

Принимая во внимание, что португальцы не были знакомы с нашей винтовкой, успехи на поприще стрельбы были весьма порядочные. Во время одного из курсов мы получили извещение, что командир португальского корпуса со штабом и несколькими офицерами британского генерального штаба будут присутствовать при одном из «показных учений», за два дня до окончания курса. Это учение включало стрельбу по движущимся искусственным головам, выставляемым на четыре секунды; одиночную стрельбу по неподвижной мишени величиной в шесть дюймов на расстоянии трехсот шагов; атаку на позицию и показательные разведывательные поиски. Как только португальцы узнали, что к концу курса они будут проинспектированы своим же начальством, усердие их увеличилось во сто крат, и каждый из них старался попасть в отборную смотровую группу из восьми стрелков; в результате, при стрельбе по движущимся головам из общего числа в сорок выстрелов, были зарегистрированы тридцать четыре попадания, а при стрельбе на триста шагов на 224 выстрела пришлось 208 попаданий. Эти цифры доказывают, как быстро можно научиться стрелять, когда обучающие и учащиеся дружно задаются общей целью — достигнуть максимальных успехов.

Труднее всего было обучать их наблюдению, ибо ни один из них не знал телескопа, и было трудно внушить им мысль о тех почти беспредельных возможностях, которые дает хороший телескоп в руках искусного наблюдателя. Это, конечно, относилось к рядовому солдату. Что касается офицеров, то они часто представляли мне прекрасные донесения и проявляли необыкновенное рвение к работе.

Следующий инцидент, не лишенный доли комизма, произошел в результате моих попыток сговориться с солдатами на португальском языке.

Занимаясь с отделением, я попытался втолковать людям основное положение, что когда человек наблюдает из-за куста или высокой травы, то ему иногда бывает необходимо прикрепить к своей фуражке веточку или пучок травы, Я отправил своих молодцов в ближайший кустарник, чтобы проделать опыт на деле, оставив при себе лишь несколько у человек, чтобы они сами могли судить о полезности такой меры; вскоре они скрылись за гребнем ближайшего холма. По моим расчетам посланные люди должны были вернуться через минуту, две, но они не возвращались так долго, что, в конце концов, выйдя из терпения, я направился вслед за ними, чтобы посмотреть, что они там делают, как вдруг из-за холма показался медленно наступавший на меня густой кустарник. Оказалось, что люди, не поняв меня, срезали своими тесаками целые ветви и небольшие деревья и, прикрепив их к своим спинам, двигались на меня.

Португальцы особенно любили разведывательные поиски на нейтральной зоне. Эти занятия начинались у нас лишь с наступлением темноты, летом обыкновенно после одиннадцати часов. Два, три часа занятий никогда не удовлетворяли их, и когда они попадали на нашу искусственную нейтральную зону, трудно было извлечь их оттуда.

Однажды к нам приехали офицер и унтер-офицер, объезжавшие снайперские и пехотные школы, с тем, чтобы производить в них показательные разведывательные поиски. Мои португальцы занимали окоп, в то время как демонстраторы отправились показывать, как следует вести разведывательные поиски. Я лежал вблизи португальского окопа и смутно сознавал, что что-то такое происходит. Вдруг ко мне подошел португальский офицер: «Мои люди заявляют, что они слышат, как приближается разведка, и горят желанием изловить ее». Я сказал ему, чтобы они действовали.

В эту ночь на севере от школы происходил сильный бой, и наша равнина то и дело освещалась вспышками выстрелов тяжелой артиллерии и германскими осветительными ракетами. Долгое время около меня ничего не было слышно. Португальцы, пробывшие уже несколько дней в школе и хорошо учившиеся, со своей стороны выслали сильный дозор, который весьма искусно окружил «неприятельскую» разведку. Не могу сказать в точности, что произошло далее на нашей нейтральной зоне, но в конце концов унтер-офицер (кстати сказать в довоенное время знаменитый чемпион по части джиу-джитцу пользовавшийся большой славой в мюзик-холлах[30]), был взят в плен португальцами и доставлен ко мне. Вероятно, у них дело не обошлось без «боя», так как на другой день унтер-офицер не вышел на занятия по болезни.

Португальцы остались чрезвычайно довольны своим успехом, и когда, вскоре по окончании курса в школе, они вернулись в свою часть и здесь уже имели дело с немцами, они с таким успехом применили на деле тактику окружения, что из одной немецкой партии в одиннадцать человек, — трое были взяты в плен, а восемь — убито.

Плохо обстояло дело с телескопами, так как в продолжение всей войны спрос на них постоянно превышал доставляемое количество. Насколько мне известно, португальцам впоследствии были выданы телескопы, употреблявшиеся нашими сигнальщиками; эти трубы вполне соответствовали своему назначению.

Несколько затруднительно было, когда приходилось обучать смешанные классы из португальцев и англичан, так как тогда лекции по чистке и сбережению винтовок, работе снайперов при наступлении и защите, и другое, приходилось повторять на португальском языке, что по необходимости влекло за собой большую потерю времени. Но, в общей сложности, они охотно учились в школе и с хорошими успехами.