Государство Волжская Болгария: историко-правовой очерк - Владислав Уруков

Следовательно, восточный (азиатский) вариант возникновения государственности отличается от других вариантов главным образом тем, что здесь родоплеменная знать, исполнявшая общественные должности, плавно трансформировалась в государственные органы (государственно-чиновничий аппарат), а общественная (коллективная) собственность тоже постепенно превращалась в государственную. Частная собственность тут не имела существенного значения.

На рассматриваемый путь зарождения государства значительное влияние оказали географические условия, необходимость выполнения крупномасштабных общественных работ (сооружение, эксплуатация и защита ирригационных систем и др.), предопределивших возникновение самостоятельной и сильной публичной власти.

Восточные государства заметно отличались друг от друга, хотя имели много общего. Все они были абсолютными, деспотическими монархиями, обладали мощным чиновничьим аппаратом, экономическую основу их составляла государственная собственность. Здесь по сути дела не наблюдалось отчетливо выраженной классовой дифференциации. Государство одновременно и эксплуатировало сельских общинников, и управляло ими, т. е. само государство выступало организатором производства.

По другому историческому пути шел процесс возникновения государства на территории Европы, где главным государствообразующим фактором было классовое расслоение общества, обусловленное интенсивным формированием частной собственности на землю, скот, рабов. По мнению Ф. Энгельса, в наиболее «чистом» виде этот процесс проходил в Афинах. В Риме на возникновение классов и государства большое влияние оказала длительная борьба двух группировок свободных членов родоплеменного общества – патрициев и плебеев. В результате побед последних в нем утвердились демократические порядки: равноправие всех свободных граждан, возможность каждого быть одновременно землевладельцем и воином и др. Однако к концу II в. до н. э. в Римской империи обострились внутренние противоречия, повлекшие создание мощной государственной машины.

По вопросу возникновения государства на территории Западной и Восточной Европы в литературе высказаны две точки зрения. Сторонники первой утверждают, что в этом регионе в ходе разложения первобытных отношений зарождалось феодальное государство (сказанное относится, прежде всего, к Германии и России).

Приверженцы второй полагают, что после разложения родового строя здесь наступает предшествующий феодализму длительный период, в ходе которого знать выделяется в особую группу, обеспечивает себе привилегии, в первую очередь во владении землей, но крестьяне сохраняют как свободу, так и собственность на землю. Этот период они называют профеодализмом, а государство – профеодальным.

Таким образом, на этапе производящей экономики под воздействием разделения труда, появления патриархальной семьи, военных захватов, запрета инцеста и других факторов происходит расслоение первобытного общества, обостряются его противоречия, вследствие чего родовая организация социальной жизни изживает себя, а ей на смену с той же неизбежностью приходит новая организационная форма общества – государственность^[174].

Первоначально у Болгар, как у многих народностей, государства не было. В родовом строе отсутствуют институты государства, право, все вопросы решились на собрании всех членов рода либо старейшин. Вождь избирался всенародно. Исторически первым социальной общностью были родовые общины болгар. Род представлял собой группу (общность) людей, объединенных кровным или предполагаемым родством, общей собственностью, совместным трудом и уравнительным распределением. Род был весьма устойчивым и жизнеспособным. Роды у болгар существовали и функционировали многие века, они объединялись в более крупные племена болгар.

Государство Болгар возникло на определенном этапе развития родового строя. Первым государством Болгар была Великая Болгария, возникшее в степях Восточной Европы, которая существовала недолго (632 – ок. 671). В связи с кратковременностью существования Великой Болгарии, в государстве сохранились институты родового строя. В последующем, болгарские племена Великой Болгарии после его распада основали два государства: Дунайскую Болгарию и Волжскую Болгарию.

Основное переселение болгар происходило, конечно, не планово, а хаотично и заняло более 70 лет (Если говорить о болгаро-суварском переселении (хазарское переселение 60–70 гг. X в.), то оно было бегством-уходом от 100-летней арабо-хазарской войны):

• Переселение, связанное с вхождением народов Среднего Поволжья в состав Империи Аттилы;

• В годы жизни кагана Кубрата в 60 г. VII в. (купцы, торговцы, воины-охрана).

• После смерти Кубрата (660 г.) часть болгар и сувар, биляр, эскегель прошли с боями через земли буртасов (Эпос об Улыпе);

• В начале и конце боевых действий Хазарского каганата с арабскими мусульманскими войсками 70 г. VIII в.;

• После разгрома Хазарского каганата 60–70 гг. X века^[175].

Основная масса болгаров пересылалась под предводительством Котрага, сына Кубрата. На момент прибытия Котрага со своими поданными на территорию между Волгой и Камой, в Среднем Поволжье (между Волгой и Уралом) проживало несколько веков болгарское население. Археологические данные доказывают о том, что территория Волжской Болгарии могла быть заселена болгарскими племенами в составе Гуннов при их походе в Европу и обратно из Европы. Так, «ранние погребения, которые, видимо, совершены еще в IV веке, но, может быть, немного «заходят» и в V век. Таковых набирается меньше десятка. Во-вторых, погребения гуннов, условно говоря, «времени империи». К ним относятся почти все известные гуннские погребения. Время их совершения в основном ограничено первой половиной V века, но южнороссийские датируются несколько шире – примерно до 70-х – 80-х годов. И третья, самая поздняя хронологическая группа – это погребения, вероятно, последних европейских гуннов, – памятники, которые называют «постгуннскими» (а в специальных работах – «шиповским горизонтом»). Их, как и ранних погребений, немного. Они расположены в основном в Среднем Поволжье и датируются наиболее размыто: примерно от 70-х годов V века (или от конца этого века) до начала или середины века VI. Эта группа погребений, возможно, маркирует и последующий путь гуннов на историческую родину в Центральную Азию^[176]». К концу V века гунны отступают еще дальше: на северо-восток, в Среднее Поволжье. В Саратовской, Самарской областях и дальше, вплоть до Приуралья, открыто порядка десяти их погребений, по большей части курганных, с вещами несколько более поздними, чем в курганах Причерноморья, но выдержанными в традициях европейских гуннов. Поволжские гуннские древности датируются примерно концом V – серединой VI века (так называемый «шиповский» постгуннский горизонт), но эта датировка не очень четкая – неясно, как долго пробыли гунны в этих местах. «Поволжские» гунны, возможно почувствовав себя здесь в относительной безопасности, стали чаще насыпать курганы. Для гуннских захоронений Центральной и Восточной Европы был больше характерен бескурганный, «тайный», способ захоронений. Даже в эпоху своих максимальных успехов гунны этому не изменили – на Среднем и Нижнем Дунае, кажется, до сих пор не известно ни одного гуннского кургана. В Поволжье гунны были уже не так богаты, как раньше, в женских захоронениях встречаются совсем дешевые подделки под былую роскошь. В одном из курганов у города Покровск (современный Энгельс) найдены остатки налобной кожаной повязки со следами позолоты – она заменяла ее владелице диадему. Повязку украшали стеклянные бусы. В другом кургане, у станции Шипово (к востоку от основной группы поволжских позднегуннских курганов), найдена бронзовая диадема, обтянутая тонким золоченым листом, украшающие ее вставки – тоже не гранатовые, а из цветного стекла. Однако традиционные богатые гуннские украшения, оружие, вероятно привезенные еще с Запада, – в погребениях также встречаются^[177].