Государство Волжская Болгария: историко-правовой очерк - Владислав Уруков

Вместо простого союза живущих по соседству племен болгар и сувар произошло их слияние в единый народ. В связи с этим возникло общее болгарское народное право ^[182], возвышавшееся над правовыми обычаями отдельных болгарских племен и родов. Поданный Волжской Болгарии, как таковой, получил определенные права и новую правовую защиту также и на той территории государства, где он был иноплеменником. Второе в разделении всего народа, независимо от рода или племени, на классы: представителей публичной власти (чиновников различного уровня, участвующих в управлении государством), земледельцев, торговцев, ремесленников. Впрочем, это разделение не привело к каким-либо результатам, кроме замещения должностей благородными, так как оно не устанавливало никаких других правовых различий между классами. Но оно имеет важное значение, так как раскрывает перед нами новые, незаметно развившиеся общественные элементы. Оно показывает, что вошедшее в обычай замещение родовых должностей членами определенных семей превратилось уже в малооспариваемое право этих семей на занятие общественных должностей, что эти семьи, и без того могущественные благодаря своему богатству, начали складываться вне своих родов в особый привилегированный класс и что эти их притязания были освящены только еще зарождавшимся государством. Оно, далее, показывает, что разделение труда между крестьянами и ремесленниками упрочилось уже настолько, что стало отодвигать на второй план общественное значение прежнего деления на роды и племена. Оно, наконец, провозглашает непримиримое противоречие между родовым обществом и государством; первая попытка образования государства состоит в разрыве родовых связей путем разделения членов каждого рода на привилегированных и непривилегированных и разделения последних, в свою очередь, на два класса соответственно роду их занятий, что противопоставляло их, таким образом, один другому.

История Волжской Болгарии вплоть до начала Х века известна далеко недостаточно. Византийский император Константин VII Багрянородный в сочинении “Об управлении империей”, составленное в 948–952 гг. о Волжских (Серебряных) болгар не упоминает, но пишет о болгарах, которые постоянно находятся в контакте с печенегами: «[Знай], что и булгарам более страшным казался бы василевс ромеев и мог бы понуждать их к спокойствию, находясь в мире с пачинакитами поскольку и с этими – булгарами соседят названные пачинакиты и, когда пожелают, либо ради собственной корысти, либо в угоду василевсу ромеев, могут легко выступать против Болгарии и, благодаря своему подавляющему большинству и силе, одолевать тех и побеждать. Поэтому и булгары проявляют постоянное старание и заботу о мире и согласии с пачинакитами»^[183].

Главное местопребывание болгарской знати было в городах Болгар и Сувар и их окрестностях. Торговля и земледелие, а вместе с захватническими военными походами, обогащали эту знать и сосредоточивали в ее руках богатства. Появившаяся частная собственность на стада (которые ранее в родоплеменном строе представляли собственность общины) и предметы роскоши вела к обмену между отдельными лицами, к превращению продуктов в товары. Лишь только производители перестали сами непосредственно потреблять свой продукт, а начали отчуждать его путем обмена, они утратили свою власть над ним. Они уже больше не знали, что с ним станет. Возникла возможность использовать продукт против производителя, для его эксплуатации и угнетения.

Вместе с товарным производством появилась обработка земли отдельными лицами своими собственными силами, а вскоре затем и земельная собственность отдельных лиц. Потом появились деньги в виде мехов куницы, всеобщий товар, на который могли обмениваться все другие товары, а последующем использовались также арабские монеты и монеты других государств, в некоторое время чеканились свои монеты.

От поколения к поколению все больше перемешивались между собой члены различных болгарских племен и родов по всей территории Волжской Болгарии и, особенно в городах (Болгар, Сувар, Алабуга и др.). С дальнейшим развитием промышленности и обмена все полнее развивалось разделение труда между различными отраслями производства: земледелием, ремеслом, а в ремесле – между бесчисленными разновидностями его, торговлей, судоходством и т. д.; население разделялось теперь по своим занятиям на довольно устойчивые группы; каждая из них имела ряд новых общих интересов. И, наконец, торговля привлекала в Волжскую Болгарию множество чужестранцев, которые селились здесь ради легкой наживы; в силу старых порядков, они оставались бесправными и беззащитными и, несмотря на традиционную терпимость, были беспокойным, чуждым элементом в народе.

Были учреждены, неизвестно за сколько времени до Алмуша, территориальные округа под управлением тарханов, назначаемых царем и подотчетные ему. Это учреждение подрывало родо-племенное устройство болгар двояким образом: во-первых, оно создавало публичную власть, которая уже не совпадала просто-напросто с совокупностью народа; во-вторых, оно впервые разделяло народ Волжской Болгарии для общественных целей не по родственным группам, а по проживанию на одной территории.

Новая организация управления игнорировала деление болгар, а также марийцев, мордва и других народностей, проживающих на территории Волжской Болгарии, на древних племен и родов. Её место заняла совершенно новая организация на основе уже испытанного в новых условиях разделение граждан только по месту их жительства. Решающее значение имела уже не принадлежность к родовым союзам, а исключительно место постоянного жительства; не народ подвергался делению, а территория; население в политическом отношении превращалось в простой придаток территории.

С введением этой новой организации управления государством и с допущением очень большого числа находившихся под покровительством – частью пришельцев лица, занимающие племенно-родовые должности, были оттеснены от общественных дел. Но моральное влияние, унаследованные взгляды и образ мышления старой родовой эпохи еще долго жили и живут в традициях (вплоть по настоящее время в отдельных чувашских семей и местностях – прим. У. В. Н.), которые отмирают только постепенно.

В какой степени сложившееся в главных своих чертах государство Волжская Болгария соответствовало новому общественному положению болгар, свидетельствует быстрый расцвет богатства, торговли и ремесла. Возникновение государства на Волге у болгар является в высшей степени типичным примером образования государства вообще, потому что оно, с одной стороны, происходит в чистом виде, без всякого насильственного вмешательства, внешнего или внутреннего. Возрастающая плотность населения Волжской Болгарии вынуждает к более тесному сплочению как внутри, так и по отношению к внешнему миру. Союз родственных племен становится повсюду необходимостью, а вскоре делается необходимым даже и слияние их и тем самым слияние отдельных племенных территорий в одну общую территорию всего народа. Родственные племена сувар и болгар сливаются в единый народ под этнонимом болгар. С XI века этноним сувар исчезает, остаются только болгары. Родовой строй вырос из общества, не знавшего никаких внутренних противоположностей, и был приспособлен только к нему. У него не было никаких других средств принуждения, кроме общественного мнения. В Волжской Болгарии же возникло общество, которое в силу всех своих экономических условий жизни должно было расколоться на свободных и рабов (использование рабов имело место – прим. У. В. И.), на богачей и бедняков, – общество, которое не только не могло вновь примирить эти противоположности, но не должно было все больше обострять их. Такой третьей силой являлось государство.