Курская битва. Наступление. Операция "Кутузов". Операция "Полководец Румянцев". Июль-август 1943 г. - Петр Букейханов

Утром 17 июля Рендуличу сообщили, что в его подчинение передается 2-я тд 47-го тк 9-й А (по утверждению Рендулича[206], после боев на Курском направлении в дивизии генерала Воллрата Люббе насчитывалось не более 20 боеготовых танков). Передовые части дивизии начали прибывать уже 17 июля, и полковник Штедке немедленно направил ее танковый батальон под командованием капитана Вилли Дитте (Willy Ditte) на угрожаемый участок на стыке 36-й и 262-й пехотных дивизий. Генерал Рендулич одобрил это решение, но поскольку управление собранной здесь разнородной по составу боевой группой было слишком трудным для не знакомого с обстановкой командира, то эту задачу также пришлось поручить начальнику штаба корпуса. Основная часть сил 2-й тд прибыла уже в ночь на 18 июля и получила приказ занять полосу обороны за правым флангом 56-й пд. В свою очередь, 56-я дивизия, сократив свой фронт, высвободила резервы для предстоящих боев.

В конце дня 17 июля Рендулич получил еще одно сообщение – наступление 61-й А БрФ в обход Болхова с юга привело к тому, что командование 53-го ак оттянуло назад свои правофланговые части, примыкавшие к 34-й пд на левом фланге 35-го ак (16–17 июля войска 61-й А прорвали тыловой оборонительный рубеж 53-го ак на Болховском направлении. – П. Б.). В связи с этим Рендулич приказал командиру 34-й пд генералу Фридриху Хохбауму (Friedrich Hochbaum, был взят в плен советскими войсками в мае 1945 года под Данцигом и умер в лагере для военнопленных в январе 1955 года) отвести левый фланг соединения на рубеж, расположенный примерно в 5 км за Окой, а правый фланг в течение ближайших двух суток оттянуть на восточный берег Оки. В итоге пришлось на несколько километров отвести и левый фланг 56-й дивизии, примыкавший к стоящей на Оке 34-й дивизии. Это было сделано из-за того, что в постоянно ухудшающейся обстановке командование 35-го корпуса ожидало мощного наступления противника на Мценск, а 56-я пд была сильно ослаблена и не имела резервов, соответственно, требовалось предотвратить угрозу ее окружения в районе Мценска. Преследование отступающих немецких соединений со стороны противника велось только небольшими подразделениями, однако фактически германские войска без боя уступили русским сильный укрепленный район вокруг Мценска.

Войска ЦФ, закончив подготовку, 15 июля силами армий правого крыла фронта начали Орловско-Кромскую фронтовую наступательную операцию и перешли в наступление на Кромском направлении, продолжая оборонять прежние позиции на остальных участках.

Войска ЦФ, занимавшие полосу протяженностью около 320 км (с учетом вклинения противника), включали в себя пять общевойсковых (60, 65, 70, 13, 48-я) и одну танковую (2-я) армии со средствами усиления и имели в своем составе 39 стрелковых дивизий (при 11 управлениях стрелковых корпусов), 2 отдельных танковых корпуса (9-й, 19-й), 1 арткорпус (4-й акп – 3 артиллерийские и 1 гвардейская минометная дивизии), 5 зенитных артиллерийских дивизий, 2 отдельные стрелковые бригады, 2 отдельные танковые бригады, 5 отдельных артиллерийских бригад (1 артиллерийская, 3 истребительно-противотанковых, 1 минометная), 15 отдельных танковых и 4 самоходно-артиллерийских полка, 33 отдельных артиллерийских, истребительно-противотанковых, минометных, зенитно-артиллерийских полков, которые к 15 июля насчитывали свыше 640 тыс. солдат и офицеров (из них 440 тыс. в боевых войсках), около 11,4 тыс. орудий и минометов (включая реактивные установки), почти 1,5 тыс. танков и САУ[207]. Средняя оперативная плотность сил и средств ЦФ составила 2 тыс. человек личного состава, около 36 орудий и минометов, до 5 танков и САУ на километр. Таким образом, к моменту начала наступления ЦФ не имел значительного преимущества над противником по средней оперативной плотности сосредоточенных в его полосе сил и средств: войска фронта превосходили немецкую 9-ю А по плотности сосредоточения личного состава – в 2 раза, артиллерии – в 2,5 раза, бронетехники – в 2 раза (с учетом переброски к 15 июля 2, 12, 18, 20-й танковых дивизий, а также ряда артиллерийских подразделений и отдельных частей штурмовых орудий с участка 9-й А на угрожаемые направления в полосу 2-й ТА).

Предпринятая Рокоссовским перегруппировка фактически представляла незначительное перемещение войск в полосе 13-й А, следовательно, до 60–70 процентов стрелковых частей и средств артиллерии и около 90 процентов бронетехники ЦФ по-прежнему оставались сосредоточенными на участке протяженностью 95 км, занимаемом 70, 13 и 48-й армиями. Соответственно, здесь оперативная плотность советских войск была значительно выше средней по фронту: 2,8 тыс. человек личного состава (в боевых частях), около 84 орудий и минометов, до 14 танков и САУ на километр. Однако ударные силы фронта оказались сосредоточены именно на том направлении, где противник также сохранял наиболее сильную собственную группировку. Например, на участке протяженностью около 22 км от Кутырок до Рудово перешли к обороне одна танковая и три пехотные дивизии немцев со средствами усиления: 4-я тд на участке Кутырки – Погореловцы – Теплое (исключительно) – Красавка; 31-я пд – восточнее Красавки – высота 236,7 (1 км юго-западнее Гнильца); 7-я пд – высота 236,7 (исключительно) – Дегтярный (северо-западнее); 258-я пд – Дегтярный (северо-западнее) – Рудово.

Учитывая потери немецкой 9-й полевой армии в ходе операции «Цитадель», а также убытие ряда ее частей и соединений в районы Болхова и Орла, к 15 июля оперативная плотность сил и средств этой армии на направлении планируемых главных ударов ЦФ, по-видимому, достигала около 1 тыс. человек личного состава (в боевых частях[208]), 50–60 орудий и минометов, 10 танков и САУ на километр.

Следовательно, на участке готовящегося наступления для советской стороны сложилось несколько лучшее соотношение сил по личному составу боевых войск, но преимущество в артиллерии и бронетехнике оставалось незначительным. Командованию ЦФ не удалось добиться существенного оперативного превосходства за счет перегруппировки и сосредоточения ударных групп на тех направлениях, где противник не располагал соизмеримыми силами. Так, например, штаб ГА «Центр» опасался переброски бронетанковых и стрелковых соединений войск ЦФ в полосу 65-й А, для наступления на Карачев через Дмитровск-Орловский, на участке 20-го ак немецкой 9-й А, не имевшего достаточно сил и средств для отражения мощного удара противника. Вместе с тем, по всей вероятности, командование ЦФ и не располагало реальными возможностями значительно переместить силы и средства за то короткое время, которое было выделено Ставкой на подготовку к операции, тем более что в полосе 13-й А в ходе оборонительных боев оказались сосредоточены основные средства усиления фронта, которые только здесь могли быть подготовлены к наступлению в требуемый срок. Не случайно в своих воспоминаниях Рокоссовский подчеркивает[209], что Орловская стратегическая наступательная операция была проведена Ставкой с излишней поспешностью, не отвечающей сложившейся обстановке. Поскольку войска Западного и Брянского фронтов готовились к этой операции с апреля, то замечание Рокоссовского относится именно к ЦФ, где под давлением Ставки и Генерального штаба фронтовое командование вынуждено было начать крупное наступление практически без перерыва после оборонительных действий.