Воздушная битва за Одессу. Советские асы против люфтваффе и королевских ВВС Румынии. 1941 - Дмитрий Зубов

В 15:55 во время налета 9 СБ из 40-го СБАП на Тульчу румынский флот понес очередные потери: были повреждены монитор Ardeal и сторожевой катер V-3 Capitano Romanu Mihail.

В 17:50, когда эстафету патрулирования над переправой у Рыбницы приняла четверка И-16 из 4-го ИАП, летчики заметили летящий на высоте 1500 м Ю-88. Лейтенант Михаил Галкин и лейтенант Зубенко атаковали его и сбили в районе Сынджерея. Возвращаясь на аэродром, группа встретила четверку Ме-109, но в бой вступать не стала, так как ранее расстреляла по «Юнкерсу» почти весь боезапас. Ко всему прочему во время полета на малой высоте «ишаки» были обстреляны зенитками и стрелковым оружием, в итоге истребители Галкина и Зубенко вернулись на аэродром с многочисленными пробоинами.

Кстати, в их отсутствие сам аэродром 4-го полка был атакован четырьмя Bf-109. Действовали они довольно топорно (что было больше похоже на румын), просто вывалившись из облаков, выпустили по авиабазе несколько очередей и стремительно ушли обратно в облачность. При этом ни в кого ни разу не попав. Вероятно, это и были те самые 4 «Мессершмитта», с которыми встретились возвращавшиеся из под Рыбницы наши И-16.

В 18:00 на патрулирование в районе все той же Рыбницы была отправлена еще одна пара МиГов лейтенанта В.М. Викторова и младшего лейтенанта Н.М. Столярова из 55-го ИАП. Однако оба истребителя на аэродром Семеновка так и не вернулись. Позже удалось выяснить, что оба были сбиты над Рыбницей. Викторов погиб, а Столяров был тяжело ранен и умер в госпитале.

Тяжелым выдался этот день и у ближних бомбардировщиков. К 10:00 техники 211-го ББАП на аэродроме Ивангород героическими усилиями за ночь смогли отремонтировать и ввести в строй 11 поврежденных днем ранее самолетов. Тем временем в 10:15–12:05 четверка МиГов из 146-го ИАП произвела разведку района Могилева-Подольского и выявила там оживленное движение вражеской техники на дорогах и переправах. В связи с этим в 15:25 все 12 оставшихся в 211-м полку Су-2 отправились на новое задание: одной шестеркой атаковать переправы в районе Бронницы и Ямполя, а второй — мотоколонну и танки к северо-востоку от Могилева-Подольского. Группу сопровождали 6 МиГ-3 из 146-го ИАП, а когда бомбардировщики разделились, истребители также разбились на тройки, пристроившись к каждой из групп.

Атака на сей раз выполнялась с несколько большей высоты — 400–600 м. Всего было сброшено 36 фугасных и 80 осколочных бомб. По донесению экипажей, мост через Днестр у Ямполя был подожжен с западной стороны, наблюдались и прямые попадания в войска противника. В районе цели и на подходах к ней по самолетам велся интенсивный зенитный огонь, а потом появились истребители Me-109. Именно этот вылет описывал в своих воспоминаниях Иван Пстыго, в то время лейтенант: «Мы бомбили переправу при ураганном зенитном огне. Все небо от разрывов было в бесформенных чернильных кляксах. Сколько самолетов сбили над целью — не знаю. Может быть, половину. Когда же мы стали недосягаемы для зенитной артиллерии, появились «Мессершмитты», яростно набросившиеся на наши тихоходные машины. Вижу, один Су-2 горит, второй… После таких потерь группа, естественно, распалась. Веду машину как можно собраннее — остался совсем один»^[76].

Любопытно, что в других своих воспоминаниях Пстыго описывал этот бой несколько иначе: «Вылетели двумя эскадрильями. Нас встретил шквальный огонь зениток и «мессеры». Бомбы мы сумели сбросить точно на цель. Вернулись на свой аэродром»^[77].

Пстыго тогда повезло, он не только благополучно вернулся на базу, но даже избежал повреждений. А вот 5 других Су-2 были сбиты зенитным огнем и истребителями. Кроме того, из вылета не вернулся МиГ-3 24-летнего лейтенанта Бориса Хлуда из 146-го ИАП^[78]. В результате в районе около 17:00 все наши уцелевшие бомбардировщики приземлились, кто как мог, на аэродроме Куяльник.

Однако командование, несмотря на такие высокие потери, не собиралось отказываться от использования ближних бомбардировщиков. Уже в 19:40 6 Су-2 снова атаковали немецкие войска в том же районе. На сей раз группу сопровождали 3 И-16 и 1 МиГ-3 из 146-го ИАП, а также 3 истребителя из 55-го ИАП. И в общем-то эскорт со своей задачей справился. Ему удалось связать боем немецкие истребители, поэтому на сей раз был сбит всего 1 Су-2. Летчики 146-го ИАП после возвращения заявили, что их атаковала пара Bf-109, которая сбила И-16 старшего политрука И.Е. Никитина и командира эскадрильи капитана Н.И. Крючкова. В свою очередь, пилоты 55-го ИАП видели, как один «ишак» горящим врезался в землю недалеко от цели, а второй предположительно совершил вынужденную посадку в районе Черневца. Скорее всего, их сбил обер-лейтенант Хайнрих Сетц из 4-й эскадрильи JG77, которому в 18:30 записано 2 сбитых И-16. Сами МиГи 55-го полка в 19:25 на высоте 1500 м вступили в воздушный бой с четырьмя Bf-109. Согласно советским данным, без потерь со своей стороны были сбиты два «мессера», которые записали на счета младших лейтенантов Леонида Дьяченко и Геннадия Шияна. При этом два МиГ-3 получили незначительные повреждения. Характерно, что воздушный бой снова происходил не на «классической высоте» 4000 м, а чуть выше потолка в 1 км, на котором действовала авиация на южном фланге Восточного фронта.

Единственным сбитым в этом вылете бомбардировщиком оказался Су-2 лейтенанта Ивана Пстыго и штурмана Александра Дамештина.

«Мне поручили вести новую шестерку Су-2, — вспоминал Пстыго. — Отбомбились, повернули к Котовску^[79], и тут нас опять встретили «Мессершмитты». Штурман Александр Демешкин^[80] сбил одного. «Ура!» — закричал он, когда тот врезался в землю. Остальные «мессеры» яростно набросились на нас. Сколько их было — не сосчитать. И начали нещадно «барабанить» по нашему Су. Самолет горит, но летит. «Мессеры» стреляют, самолет сильно побит, вести изрешеченную машину трудно, но можно. Летим…

Около ста километров летели на горящем самолете. Живучий был Су-2. Посадить машину удалось на овсяном поле. Вытащил я из кабины смертельно раненного штурмана, отнес его в подсолнухи и вскоре похоронил там»^[81].

Летчики 4./JG77 в этот день про сбитые Су-2 не заявляли вообще. А вот лейтенанту Йоахиму Дайке была записана его первая воздушная победа. Согласно немецким данным, в 18:30 по берлинскому времени (19:30 по местному) он сбил в районе Ямполя Ил-2. С учетом времени и того факта, что штурмовики Ил-2 в этом районе в этот день не действовали, можно утверждать, что будущий ас JG77 Дайке^[82] и сбил Су-2 лейтенанта Пстыго из группы бомбардировщиков, наносившей удар в 19:40. А вот кто атаковал и сбил самолеты из первой группы, остается только догадываться. Либо все Су-2 стали жертвами зенитного огня, либо немецкие летчики в этот день заявили меньше побед, чем было в действительности.