Генерал Абакумов. Всесильный хозяин СМЕРШа - Олег Смыслов

Много оптовых складов, снабжающих Кавказ и Донскую область разными товарами, преимущественно мануфактурными (…). Не менее значительна и фабрично-заводская промышленность города; две весьма значительные табачные фабрики, паровые мукомольные мельницы, заводы чугунолитейные и механические, спиртоочистительные и медо-пивоваренные, мыловаренные, лесопильные и канатные; корабельная верфь, писчебумажная фабрика, заводы колокольный и гвоздильный».

После революции и Гражданской войны Ростов изменился, но не сильно стал советским.

* * *

В Ростов приехали вечером, и если верить в буквальном смысле слухам, то ночью расстреляли начальника областного управления НКВД, а с утра стали смотреть дела заключенных. Тех, кого еще не успели расстрелять. Во время работы комиссии Абакумов умудрился разыскать в городе пожилую женщину, которая до революции держала здесь дом терпимости. И уже через нее организовал хорошеньких девочек своему шефу и всем остальным.

Стол накрывали напрямую из ресторана «Деловой двор», что располагался на улице Фридриха Энгельса.

Водку завозили ящиками, а шашлыки прямо на шампурах и горячие.

* * *

Уже 5 декабря 1938 г. B.C. Абакумова назначают временно исполняющим должность начальника Управления НКВД по Ростовской области, одновременно с присвоением звания — капитан государственной безопасности (минуя звание старшего лейтенанта ГБ). Кобулов был доволен своим выдвиженцем. По воспоминаниям полковника Федосеева: «Абакумов появился на Лубянке в новой форме с тремя прямоугольниками на петлицах и долго ходил туда-сюда по коридорам: наверное, хотел, чтобы как можно больше товарищей увидели его триумф».

Областное управление НКВД было структурой серьезной. Оно состояло из аппарата Управления госбезопасности (экономический отдел, секретно-политический отдел и т. д.), работой которого непосредственно руководил начальник управления НКВД.

Далее шла инспекция внутренней охраны, управление милиции, аппарат инспекции резервов, инспекция противопожарной охраны, старший инструктор, аппарат связи, финансовое отделение, секретариат.

Не думаю, что руководить управлением НКВД при Берии было легко. Только угождать и выполнять все указания из Москвы было не достаточно. Ведь ветер мог подуть и в другую сторону и, наконец, с другой стороны. Время было такое, не совсем определенное. Абакумову же везло. По воспоминаниям одного из ветеранов ГБ: «В то время от территориальных Управлений ничего особенного не требовалось — выполняй указания Москвы и вовремя отчитывайся. Приказывали пересматривать дела на арестованных и осужденных — мы пересматривали, многих отпускали. Приказывали очистить оборонные предприятия от поляков, потенциальных вражеских агентов, — мы очищали».

Сын Берии — Серго в книге про отца написал: «В одну из таких групп включили тогда и Абакумова. Именно там он и выдвинулся. При его непосредственном участии было освобождено до 60 процентов заключенных, арестованных в Ростовской области. Потом пошла гулять версия, что Абакумов «освобождал заключенных огульно», зарабатывая на этом авторитет. Так это или нет, судить не могу, но доброе дело он сделал».

27 апреля 1939 г. Абакумова назначили начачьником Управления НКВД по Ростовской области. А в марте 1940 г. в его кабинете раздался звонок. Звонил Кобулов, комиссар Госбезопасности 3-го ранга и начальник Главного экономического управления НКВД СССР:

— Привет, Виктор.

— Здравствуйте, Богдан Захарович.

— Ты еще ничего не знаешь, так вот, разреши тебя поздравить с присвоением звания — старший майор. Сам понимаешь, через ступень не просто так присваивают. Но я надеюсь, что ты оправдаешь доверие партии и наркома. Кстати сказать, он очень тобой доволен. Молодец, Виктор.

— Спасибо, Богдан Захарович, — твердым голосом уже состоявшего начальника управления благодарил своего покровителя Абакумов. Теперь на петлицах он носил по два ромба, что приравнивалось к званию комдива, а с 1940 г. к званию генерал-майора в армии.

* * *

В 1939 г. за контрреволюционные преступления в СССР было осуждено 63 889 человек, в том числе по 58 (п. 10) статье — 24 720. А к высшей мере наказания было приговорено только 2552 человека. Для сравнения: в 1938 г. за контрреволюционные преступления было осуждено 593 326 (из них за антисоветскую агитацию 57 366). К высшей мере наказания приговорили 328 618. Следовательно, при Абакумове репрессивного вала не было. И в некоторых случаях даже приходилось соблюдать социалистическую законность. Автор книги «Нарком СМЕРШа» В.Н. Степаков сообщает:

«В период советско-финляндской войны 1939–1940 годов ростовские чекисты проявили сверхбдительность, ликвидировав на территории области финскую шпионскую организации. По этому делу было арестовано 16 человек, в большинстве финской или карельской национальности и, как исключение из правил, некий Гореликов, цыган по национальности. Все арестованные обвинялись в шпионаже, подготовке диверсий и распространении враждебных слухов». Однако успех сотрудников Госбезопасности вызвал у начальника Управления Абакумова недоверие. Он лично взял на контроль пересмотр дел по так называемой шпионской организации, в ходе чего был выявлен целый ряд нарушений социалистической законности. Так, оперуполномоченный Чебрак, который вел дело по обвинению гражданина Пюхавайнена в подготовке диверсий на железнодорожном перегоне Ростов — Батайск, заставил на допросах последнего сознаться в том, что он «работает на белофинскую разведку с 1921 года», а диверсии на перегоне планировал устраивать посредством «развинчивания стыков рельсов, подкладывания на рельсы железнодорожных костылей и загромождения путей шпалами».

В результате пересмотра дел всех арестованных освободили. А сотрудников, виновных в нарушениях закона, отдали под суд. Не повезло только цыгану. За распространение «злостных слухов и клеветы, порочащих Красную Армию», он получил заслуженную по тем временам десятку. Все ж в ГУЛАГе от него было больше пользы, чем на улицах города Ростова.

26 апреля 1940 г. старшего майора ГБ B.C. Абакумова наградили орденом Красного Знамени № 4697. 14 декабря 1939 г. в автобиографии Виктор Семенович написал: