Черный клановец. Поразительная история чернокожего детектива, вступившего в Ку-клукс-клан - Рон Сталлворт

Офицер Эд сделал, по сути, то же самое, что сделал я тремя месяцами ранее, чтобы начать расследование, — не считая того, что он, будучи белым, имел возможность контактировать с Кеном лицом к лицу. Что до материалов, которые он попросил у Кена, то у меня имелась вся литература Клана, которая нам требовалась, включая подписку на газету «Крестоносец». Офицер Эд не добился никакого результата, кроме того что вклинился в расследование, в котором вовсе не требовалось его участие. У меня уже было два сотрудника под прикрытием — Чак и Джим, — и я не видел необходимости подключать третьего. Усилия офицера Эда запоздали на два месяца.

Некоторые протестующие окружили пикап, пока Кен объезжал офицера Эда. Тим же тем временем расстегнул свою куртку, показав футболку с эмблемой Клана, надел лыжную маску с двумя дырочками для глаз и выставил в окно кулак, пока пикап набирал ход. Они остановились на перекрестке, где стоял фургон службы новостей KKTV. Кен заорал им:

— Хотите интервью?

Журналисты, как обычно желавшие добавить Клану популярности, последовали за пикапом Кена. Через пару кварталов обе машины остановились, и Кен стал давать интервью. Оно попало в выпуск вечерних новостей.

Я доложил о самодеятельности офицера Эда сержанту Траппу, который велел ему заниматься своей работой и не лезть в мое расследование. Настойчивое желание офицера Эда подключиться к делу стало моим постоянным кошмаром.

Тем временем митинг в парке Акация собрал не меньше сотни человек. Дуглас Вон обратился к толпе, объяснив, что он член Прогрессивной лейбористской партии. Он раздавал людям листовки МКПР и небольшие транспаранты с антиклановскими лозунгами. В одной руке у него был рупор, а в другой — бейсбольная бита, готовая раскроить кому-нибудь череп, и он скандировал с демонстрантами на разные лады:

Ку-Клукс-Клан — говна фонтан!

и

Дэвид Дюк, тебе каюк!

Дуг несколько раз просил меня выступить, но я изображал застенчивость перед незнакомой публикой и отказывался. Демонстрация собрала самых разных активистов из всевозможных групп Колорадо-Спрингс и Денвера, в том числе:

«Ла Меха» (Колледж Колорадо в Колорадо-Спрингс)

Союз черных студентов (Колледж Колорадо в Колорадо-Спрингс)

«Ла Раза» (Колорадо-Спрингс)

Антирасистская коалиция (Колорадо-Спрингс)

«Люди на благо людей» (Колорадо-Спрингс)

Коалиция геев (Денвер)

ПЛП/МКПР (Денвер)

Объединенный совет колорадских рабочих (Денвер).

Марианна Гилберт из МКПР познакомила меня со своим мужем Аланом и пригласила в тот же вечер посетить собрание в резиденции Колорадо-Спрингс, чтобы обсудить открытие отделения МКПР в городе. Она также представила меня черному солдату из Форта Карсон и его жене, которая занималась организационной работой МКПР среди военнослужащих Форта Карсон.

Я отклонил приглашение из-за нехватки времени, чтобы подготовиться к возможным нештатным ситуациям в моем расследовании и решить другие вопросы.

В целом толпа была настроена мирно и не склонна к насилию, не считая Дуга Вона и людей из МКПР, открыто призывавших к конфронтации с Кланом, а если понадобится, и с полицией. Представитель от Союза черных студентов Колледжа Колорадо, обращаясь к собравшимся, сказал:

— Если полиция не остановит Клан, нам останется полагаться только на массы, чтобы предотвратить распространение посланий ненависти.

Когда все речи были сказаны, толпа прошла маршем несколько кварталов до Комплекса правосудия и разошлась.

Прежде чем покинуть парк, Марианна, Алан и Дуг снова позвали меня на собрание. Я повторно отклонил их приглашение, но оставил возможность для дальнейших встреч.

Моя нерешительность была вызвана тем, что мне нужно было собрать больше информации о деятельности этих троих, прежде чем входить на их территорию. Особенно это касалось такой взрывоопасной личности, как Дуг, открыто призывавший к вооруженной конфронтации с полицией. Кроме них, меня приглашал в свою резиденцию представитель Антирасистской коалиции (АРК) для дальнейшего обсуждения действий против Клана. Это приглашение я тоже отклонил.

14 января я решил, что пришло время пообщаться с Дэвидом Дюком, ведь прошло уже четыре дня после его визита в Колорадо-Спрингс. Я хотел узнать его реакцию на этот визит и все, связанное с ним. Я позвонил в национальный офис Клана в Луизиане.

— Это Рон Сталлворт, из Колорадо-Спрингс.

— О, привет. Как поживаешь? — Дюк, как всегда, был само дружелюбие.

— Встреча с вами так зарядила меня — на самом деле я захотел узнать еще больше и вырасти как клановец, — сказал я.

Я добавил, какой честью для меня было наконец познакомиться с ним в живую. Он ответил в том же духе.

Я выразил сожаление, что был лишен возможности пообщаться с ним без посторонних, потому что мне хотелось впитать больше его знаний и мудрости настоящего клановца.

Дюк в ответ посетовал на свое плотное расписание в Колорадо, не позволившее ему узнать местное братство на более личном уровне. Он сказал, что многого достиг в переговорах с предводителем Дружины Чаком Ховартом, хотя не стал вдаваться в детали.

— Я должен вас спросить, мистер Дюк, — сказал я. — Что-нибудь удивило вас за время визита?

Я хотел понять, не возникло ли у него подозрений на мой счет — на счет «Рона Сталлворта», которого он «знал».

От его ответа я едва не расхохотался. Он стал рассказывать мне о своем инциденте с несносным, как он выразился, «копом-ниггером, который угрожал арестовать меня за нападение на него». Я, естественно, захотел узнать, не возникло ли у него каких-либо подозрений об этом черном копе.

Дюк рассказывал мне об этом инциденте так, словно меня (Чака) там не было. Очевидно, это все еще не давало ему покоя, и он рассуждал о предоставлении меньшинствам прав, которые они используют, как он выразился, чтобы добиваться преимущества над белыми. Я ответил, что «при других обстоятельствах этот коп-ниггер получил бы серьезный урок за то, как он обращался с вами».

Дюк согласился со мной. Последнее, что он сказал на эту тему, — что его столкновение с «ниггером» было единственным неприятным моментом поездки по Колорадо. Он не считал демонстрантов, выступавших против него и Клана, большой проблемой, поскольку привык к демонстрациям против любых мероприятий, связанных с Кланом.

Затем мы обсудили предстоящие события, в которых Дюк собирался принять участие. Он рассказал мне о планировавшихся митингах Клана в Лос-Анджелесе и Канзас-Сити через несколько недель. Они ожидали сильного сопротивления групп протеста, но намерены не прибегать к насилию, если их не спровоцируют. И это, подчеркнул он, также касалось и полиции. Вскоре наш разговор закончился, и я тут же связался с департаментами полиции в этих городах, чтобы сообщить им о планах Дюка.