Байки из грота. 50 историй из жизни древних людей - Станислав Дробышевский

Но самый впечатляющий скелет лежал в центре. Он принадлежал 20-летней женщине очень необычного вида. Судя по специфическим искривлениям костей, он страдала от очень редкой болезни – ризомелической точечной хондродисплазии. Этот врождённый неизлечимый недуг приводит к ужасным последствиям: тяжёлой умственной отсталости, нарушениям формирования костей, искажению черт лица и формы зубов, часто – желтухе, ихтиозу кожи и отсутствию волос на небольших участках головы. Для детей мужского пола такая болезнь и вовсе смертельна. Ясно, что девочка с подобными отклонениями привлекала особое внимание первобытных людей.

Известно, что во многих культурах врождённые заболевания считаются меткой богов и духов, иногда злых, а иногда, как ни странно, и хороших. Так ли думали люди в Дольни Вестонице, мы не знаем, но ясно, что два десятилетия родственники заботились о беспомощной несчастной.

Мужчины и женщина были близкими родственниками, скорее всего братьями и сестрой. Об этом свидетельствуют одинаковые особенности их скелетов: характерная форма лопатки, отклонение в строении лобной кости, тонкие детали эмали зубов. Кроме прочего, у всех трёх слуховые проходы почти заросли костью, отчего наверняка они очень плохо слышали.

Тело женщины было положено в могилу первым. Ей посыпали охрой голову и таз. Старший брат был уложен так, что руками прикасался к красному пятну на тазе сестры. Картину дополняют обожжённые доски и ветви, наваленные поверх тел. Видимо, они защитили погребение от расхищения падальщиками, несмотря на незначительную глубину ямы.

Учитывая все обстоятельства, погребение Дольни Вестонице 13–15 явно не было простым захоронением мирно умерших людей. Об этом же говорит и обугленное лошадиное ребро, зажатое в зубах женщины: по мнению некоторых археологов, оно служило для утишения криков при ритуальном убийстве.

Наука знает и другие схожие случаи. Под итальянским скальным навесом Ромито откопан целый ряд погребений. Особенно выделяется могила, засыпанная примерно 11 тысяч лет назад. В ней лежала женщина 25–30 лет, нежно обнимающая левой рукой карлика-подростка. Последний болел ахондроплазией, называемой также хондродистрофией или акромезомелической дисплазией, возникающей из-за генетического дефекта. Туловище и голова вырастают почти обычного размера, а руки и ноги резко отстают в развитии. Впрочем, в отличие от диагноза Дольни Вестонице 15, болезнь карлика Ромито 2 не сопровождалась умственным отставанием. Однако он явно не мог вести обычный образ жизни, охотиться наравне с другими. Неизвестно, кем приходилась карлику женщина – матерью, сестрой или женой – и была ли их смерть случайна. Но ясно, что многие годы окружающие заботились о малорослом человеке с ограниченными возможностями.

Некоторые сопутствующие детали произошедшего в Чехии события можно восстановить по археологическим находкам. В Дольни Вестонице и Павлове найдено огромное количество керамических фигурок и кусочков обожжённой глины. Это само по себе уникально, ведь во всём мире век керамики наступил лишь в неолите, около семи тысяч лет назад. А в Дольни Вестонице керамические поделки изготавливали ещё в раннем верхнем палеолите! В их числе есть несколько почти целых и разбитых статуэток. На спинах двух женских имеются косые насечки – по паре справа и слева. Вероятно, женская инициация предусматривала шрамирование или татуировку спины. Одна резная из бивня мамонта голова имеет навершие в виде не то шапки, перетянутой шнурком, не то пучка волос. На прочих волосы либо не изображены, либо выглядят коротко подстриженными. На статуэтках с других стоянок иногда изображены причёски или даже шапочки.

Более того, на многих керамических обломках из Дольни Вестонице и Павлова сохранились ясные отпечатки тканей. Причём это не плетёные или вязаные, а именно тканые полотнища. К тому же древние люди владели несколькими различающимися техниками ткачества – и не всегда самыми простыми. Это почти 30 тысяч лет назад! Стереотипы о дикарях в рваных шкурах явно не имеют ничего общего с реальностью.

Имеется ещё одно, крайне необычное свидетельство существования тканей из растительных или волосяных волокон в верхнем палеолите. На реке Сходня в пределах нынешней Москвы в 1936 году была случайно найдена черепная крышка человека. Она залегала в слое ниже отложений с костями животных мамонтовой фауны. На её наружной поверхности отпечатался тканевидный рельеф. Эксперименты показали, что таковой может образоваться из-за действия почвенных кислот, если ткань плотно прилегает к черепу.

Литература

Медникова М. Б. Трепанации в древнем мире и культ головы. – М.: Алетейа, 2004.

Синельников Н. А. Об образовании тканевидного рельефа на сходненском фрагменте черепа // Ученые записки МГУ, 1952, вып. 158 (Ископаемый человек и его культура на территории СССР). С. 175–179.

Alt K. W., Pichler S., Werner V., Klima B., Vlcek E et Sedlmeier J. Twenty-five thousand-year-old triple burial from Dolni Vestonice: an ice-age family? // American Journal of Physical Anthropology, 1997, V. 102, №1, pp. 123–131.

Formicola V., Pontrandolfi A. et Svoboda J. The Upper Paleolithic triple burial of Dolní Vestonice: pathology and funerary behavior // American Journal of Physical Anthropology, 2001, V. 115, №4, pp. 372–379.

Trinkaus E., Formicola V., Svoboda J., Hillson S. W. et Holliday T. W. Dolní Věstonice 15: pathology and persistence in the Pavlovian // Journal of Archaeological Science, 2001, V. 28, pp. 1291–1308.

27. СОЛЮТРЕ.
НА ПЕРЕПРАВЕ КОНЕЙ…
(ФРАНЦИЯ; 28,42 ТЫС. Л.Н.)

Древние ритуалы могут шокировать, но жизнь брала своё. Главным занятием первобытных дикарей была охота. Иногда она была трудна, иногда людям несказанно везло…

Дозорный на высокой скале пристально вглядывался вдаль: равнины на востоке, пестрящие июньскими цветами, были неподвижны. На запад он не смотрел, ему было неинтересно, что происходит в тамошних холмах. Закат лишь поглощал не пойманную охотниками добычу и ничего не возвращал обратно. Равно мало занимали его север и юг, несмотря на воодушевляющую красоту вздымавшихся там живописных скал, соперничавших величием с той, на которой сидел охотник.

Другое дело – восход. Каждое лето он исправно присылал огромные табуны лошадей. Давным-давно, поколения назад, предки нашли это место, и никогда их ожидания не бывали обмануты.

Терпеливые ловцы в засаде на дне долины у подножия скалы сидели молча. Они ждали условного сигнала дозорного. Нельзя было раньше времени шевельнуться или сказать хоть слово: добыча может испугаться и уйти другим путём. Тогда лето будет трудным.