Забытое сражение Огненной Дуги - Валерий Замулин

Документов, подобно процитированному выше, можно привести множество. И все они свидетельствуют об одном: хотя долгое время после войны советские историки настойчиво твердили, что «благодаря заботе коммунистической партии офицерский состав обрел богатый боевой опыт, а солдаты научились воевать и побеждать», такая оценка командного звена действующей армии перед Курской битвой была далека от реальной действительности. Ведь тех, кто должен был организовывать учебу и вести занятия, сначала самих, по большому счету, нужно было основательно учить, по крайней мере, не два месяца и тем более не сутки на скорую руку, как это практиковал командарм И.М. Чистяков. Но, к сожалению, для этого не было ни времени, ни подготовленных кадров, а часто и просто желания.

Хотя, надо отдать должное Н.Ф. Ватутину, сам он, как бы мы сегодня сказали, «работоголик и трезвенник», беспощадно боролся с пьяницами, бездельниками и ворами с большими и маленькими звездочками на погонах, мешавшими создавать боеспособные части и соединения и тем самым потворствовавшими врагу. Но, к сожалению, подтянуть уровень подготовки личного состава и отладить огромный армейский механизм, чтобы он обеспечивал приемлемую степень взаимодействия различных родов войск в бою и их обеспечения всем необходимым, ни он, ни его командармы были не в силах. Ибо корни почти всех бед армии уходили в ту уродливую политическую систему государства, которую выстроил «отец всех народов». Поэтому в основе своей и рядовые, и командиры тактического звена войск Воронежского фронта имели низкую профессиональную подготовку и практические навыки. Такую же оценку можно дать и старшим офицерам, вплоть до комдивов включительно (за редким исключением). Что явилось одной из важных причин достаточно высоких потерь в ходе Курской битвы, в войсках всех армий.

Как вспоминал бывший начальник штаба Воронежского фронта генерал С.П. Иванов, командующий не раз в беседах с ним, говоря о ситуации и перед летними боями, подчеркивал, что победить врага оказалось легче, чем переломить косность, лень, непонимание и даже сопротивление собственных командиров на всех уровнях. От себя добавлю, что в вопросе комплектования войск, их тылового обеспечения и подготовки личного состава это проявилось наиболее зримо.

Мобилизация населения и доведение до штатной численности войсковых соединений шли с большим скрипом во всех армиях. Но особенно плохо, по мнению руководства фронта, эта работа была организована в 40-й и 7-й гв. А. Причем, как следует из документов, на самотек была пущена работа не только непосредственно в дивизиях, но отсутствовал элементарный контроль и исполнение приказов на армейском уровне. Вскрывались факты вопиющего безобразия. К примеру, в «мирное» время в собственном тылу руководство 40-й А потеряло несколько тысяч человек, ровно полдивизии, и неделю о них ничего не знало, пока этим вопросом не занялось руководство фронта. Из приказа заместителя начальника штаба № 0025/ОУ от 20 мая 1943 г.:

«Несмотря на то что штабы армий заблаговременно извещаются о занаряженном им пополнении и времени его прибытия, ими не организуется четкий прием и сопровождение пополнения. Так, штаб 40-й армии не организовал прием и сопровождение из фронтовых госпиталей 6500 человек пополнения, в результате чего 4000 человек из них блуждают, и штаб армии до настоящего времени не знает, где эти 4000 человек находятся»^[65].

Хотя столь масштабных ЧП и в других армиях не было, но прием и работа с пополнением велись из рук вон плохо. Дошло до того, что Военный Совет и лично Н.Ф. Ватутин, исчерпав все формы убеждения командиров соединений и армейских штабов, были вынуждены прибегать к мерам дисциплинарного воздействия. Процитирую два документа, которые были подписаны в один и тот же день, 14 июня. Из приказа командующего фронтом № 00151/ОУ:

«…В 7-й гв. армии обученное пополнение в количестве 4470 человек в течение 6 суток задерживалось в армейском запасном стрелковом полку и не направлялось в дивизии. С 9 по 12 июня армия не может выслать приемщиков в 234-й фронтовой запасной стрелковый полк за получением 2500 человек. В 190-м азсп имеется 700 человек подготовленного к отправке пополнения, но оно не направляется в дивизии, запасной полк от штарма^[66] находится на удалении 80 км.

В 36-й гв. сд работа по реализации приказа фронта № 0090/ОУ^[67]не развернута. На 8.6.43 г. в управлении тыла дивизии и командиром 108-го гв. сп содержался сверхштатный личный состав.

Нет должного контроля со стороны некоторых начальников штармов и Военных Советов армий за выполнением столь важного мероприятия. В худшую сторону выделяется 7-я гвардейская армия.

Приказываю:

4. Армейские запасные полки передислоцировать ближе к штабам армий и держать их на расстоянии не свыше 25 км от штаба армии. 234-й фзасп развернуть: Бобровы Дворы — Скородное — Белый Колодезь.

6. Начальнику штаба 7-й гв. армии генерал-майору Лукину за непринятие мер по выявлению внутренних ресурсов и своевременной отправке пополнения в войска объявить выговор»^[68].

Из приказа командующего фронтом № 00152/ОУ:

«К 10 июля с. г. стояла задача армиям и стрелковым дивизиям укомплектовать стрелковые роты при 8000 составе соединений до 120 человек и при 9000 составе — до 130 человек. Ряд командиров стрелковых дивизий эту задачу выполнили точно и в срок… Но имеются наряду с этим и комдивы, которые до сего времени бездействуют и не принимают должных мер к доукомплектованию стрелковых рот, продолжают держать прикомандированных бойцов за счет рот при штабах и других подразделениях, тылы содержат за счет сверхштата.

Так, в 72-й гв. сд — командир генерал-майор Лосев, 15-й гв. сд — генерал-майор Василенко, 36-й гв. сд — генерал-майор Денисенко имеют стрелковые роты на 10.6.1943 г. в своем составе ниже 80 человек.

Со стороны командующих армиями не проявлено должной требовательности к своим командирам дивизий. Из всех армий в худшую сторону в этом вопросе выделяется 7-я гвардейская.

2. Командирам: 72-я гв. сд — командир генерал-майор Лосев А.П., 15-я гв. сд — генерал-майор Василенко Е.И., 36-я гв. сд — генерал-майор Денисенко М.И., проявивших халатность к выполнению моего приказа по доукомплектованию стрелковых рот, полное бездействие в этом деле — объявляю выговор и предупреждаю, что, если к 20 июня стрелковые роты не будут доукомплектованы до норм, мною установленных, — к ним будут приняты более суровые меры взыскания»^[69].