Путь русского гангстера. Легенды лихих 90-х - Михаил Орский

Вернувшись в Москву, мы стали думать, с чего начать. Олег вспомнил, что его матушка, заведующая магазином на Преображенке, общается со старым уркаганом Юрием Васильевичем К. Я вспомнил, что видел какого-то седого деда с плутоватыми глазками, когда забирал продукты у матери Бубля для поездки в лагерь. Выяснилось, что это он и был. К. назначил встречу в ресторане «Фиалка».

Мы приехали туда вечерком и с трудом нашли в тенистых аллеях парка Сокольники скромное деревянное строение сталинских времен. Внутри располагался общий зал с небольшой эстрадой и две вместительные веранды по бокам. В одной из веранд постоянно собирались блатные. К. заниматься нами было не досуг, он познакомил нас с Борей Жидом, старым карманником, человеком энергичным и общительным. Это был седой, пожилой уже человек явно семитской внешности в турецком свитере и слаксах.

– Для того, что бы начать двигаться в Москве, нужно общаться с достойными людьми, – сказал старый бродяга, – вы можете общаться с нами.

Ну, значит, так тому и быть. Мы начали регулярно ездить в «Фиалку». С Борей Жидом я легко нашел общий язык. Возле меня уже крутилась молодежь с района, и мне нравилось привозить их в Сокольники, чтобы они посмотрели на нэповских ворюг. Не дурак выпить и приударить за слабым полом, Боря отлично ладил с молодежью и всегда находил для них верные слова. Ему было уже под шестьдесят, но девиц старше тридцати я возле него не видел. Тем более, что прикид свой он скоро поменял на добротные джинсы и кожаный пиджак.

В «Фиалке» собирался весь цвет старого преступного мира Москвы: Савося, Ростик, Горбатый, Шорин, Шакро Старый, Пигалица (прошляк^[35]). В укромном уголке парка решались самые серьезные вопросы. Я не раз видел, как к этим пожилым, неброско одетым людям приезжали за советом накаченные верзилы и почтительно выслушивали их мнение. Довольно скоро наши старики сменили китайский ширпотреб и простенькие куртёнки на цивильные дорогие костюмы. Раньше неизменно импозантным, похожим на дипломата, выглядел только Шакро Старый.

Большую часть своей жизни эти люди провели в тюремных казематах и северных лагерях. Не думаю, что среди них были графы Монте-Кристо. Нет, они воровали, скитались, отдыхали на блатных малинах или в Ялте в лучшем случае. И мало что видели в жизни, кроме колючей проволоки, автоматчиков и караульных псов. И вдруг в одночасье – перестройка! Горбачев открывает клапан. Наступило время, когда Воры вышли из подполья и заняли место, подобающее их уму и влиянию. Старые карманники с трамваев и электричек враз пересели на мерседесы. Получили возможность выезжать за границу на лучшие мировые курорты. С Савосей я сам сталкивался в Шереметьево – братва отправила его подлечиться в Карловы Вары. Уверен, что еще несколько лет назад, закуривая одну «Приму» на троих в сыром изоляторе где-нибудь на Княж-Погосте, они и не мечтали об этом.

Почему Воры и их идеология оказались востребованы? После перестройки разом рухнуло все – промышленность, спорт, идеалы людей. Коммунистическое начальство и комсомольцы, побросав партбилеты, ломанулись в бизнес. Менты стали получать с проституток. Чекисты – крышевать мебельные салоны. Воры оказались одними из немногих, кто сохранили свои принципы. В переломное, шальное время оказалось, что только у Воров можно получить ответы на наболевшее. Порядочная дерзкая молодежь потянулась к Ворам. Старики и женщины – в Церковь. «Фиалка» стала местом, куда вскоре поехали ходоки со всей России. За советом, за помощью, за справедливостью.

Позднее, по моей просьбе, Ильдар Южный написал песню «Сокольники» об этом легендарном месте:

Ах, Сокольники, Сокольники, Сокольники…

Прижала жизнь – зайди в «Фиалку» за советом

Здесь в ресторане стаей разносились стольники…

А за окном хмельно гуляло бабье лето…

Я и клип хотел снять, но Воры запретили.