Терри Пратчетт. Дух фэнтези - Крейг Кэйбелл

По-малайски «оранг» – это «человек», а «утанг» – «лес», так что «орангутанг» – «лесной человек». Орангутанги очень близки к людям, но примерно 90 % времени они тратят на поедание фруктов и листьев. Есть два вида орангутангов: Pongo pygmaeus с Борнео и Pongo abelii с Суматры. Представители двух видов немного отличаются. У орангутангов с Суматры у́же лицо и длиннее борода, а орангутанги с Борнео немного темнее.

В отличие от многих других приматов, орангутанги – не социальные животные, особенно самцы. Большую часть времени они проводят в одиночестве. Дети какое-то время цепляются за шерсть матери, а потом ходят за ней по пятам. Первые пять лет жизни они остаются с матерью. Если самка заводит троих детей, это занимает у нее примерно пятнадцать лет, а общая продолжительность жизни составляет сорок пять лет. Орангутанги живут очень долго, но их среда обитания находится в смертельной опасности.

Индонезия занимает третье место в мире по количеству тропических лесов. К сожалению, каждую минуту уничтожается участок леса, равный по территории десяти футбольным полям. В отчете Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП), опубликованном в 2007 году, указывалось, что 98 % тропических лесов Индонезии будут уничтожены к 2022 году. На Борнео осталось всего 54 000 орангутангов (вид находится под угрозой вымирания), а на Суматре – всего 6600 (вид на грани исчезновения). В общем, будущее орангутангов выглядит печально.

Надежды для них не осталось? Миру плевать на них? Не совсем. В 1990 году был основан Фонд спасения орангутангов^[64], и Терри Пратчетт стал одним из восьми членов правления. Цель фонда – сохранить популяцию орангутангов в естественной среде и рассказать людям об этих приматах.

В 1995 году Пратчетт снял в Борнео и Лондоне документальный фильм «Терри Пратчетт в джунглях», который рассказывает о любви писателя к орангутангам и его глубоком знакомстве с их жизнью. В фильме затронуты – в типичном для Пратчетта юмористическом ключе – многие важные темы. Кроме того, это очень милое зрелище. Несколько раз любопытный молодой орангутанг снимает с Пратчетта шляпу, а другой орангутанг наотрез отказывается фотографироваться на белом фоне.

Пратчетт очевидно восхищается приматами. «Умные и любопытные люди всегда засовывают пальцы в розетку вселенной, тычут в выключатель и смотрят, что случится потом». Эти слова Пратчетт сказал молодому орангутангу, повисшему у него на плече. Было ясно, что ему очень нравится смотреть на любимое животное в естественной среде обитания. Зато ночью его атаковали жуки, и к утру писателю очень захотелось уничтожить всех насекомых, известных человечеству.

Фильм был снят при поддержке Фонда спасения орангутангов. В нем принимали участие Иэн Редмонд, кавалер ордена Британской империи, специалист по тропической биологии, и доктор Бируте Галдикас, которая почти сорок лет занималась изучением орангутангов Индонезии. У создателей фильма получилось привлечь внимание к проблеме. Сэр Алек Гиннесс записал в своем дневнике, что давно не видел по телевизору ничего настолько же впечатляющего, и многие готовы согласиться с великим актером.

Пратчетт заинтересовался орангутангами, когда библиотекарь Незримого Университета превратился в такового. К сожалению – ну или к счастью, – орангутангом он остался навсегда. В этом есть свои преимущества. Во-первых, он стал в три раза сильнее человека (кто-то говорит, что в семь, но Пратчетт считает, что в три). Ладони у орангутанга больше и сильнее (очень полезно при работе с гигантскими гримуарами), а руки длиннее тела (семь футов, чтобы дотянуться до книги в заднем ряду). Ну а еще он научился карабкаться на верхние полки больших шкафов, тоже отличный бонус (спросите у любого студента). Проблемы, впрочем, тоже есть: орангутанги живут в два раза меньше людей и не способны произнести ничего, кроме «у-ук», поэтому беседовать с ними сложно (зато у библиотекаря отличная речевая характеристика).

У библиотекаря нет жировых наростов на щеках, которые очень нравятся самкам орангутангов, но в Незримом Университете редко встречаются даже человеческие женщины, не то что приматы. Никто не помнит имени библиотекаря, но ходят слухи, что его звали Гораций Ворблхат.

Орангутанги в фантастике встречались и до Пратчетта. Например, в «Убийстве на улице Морг» Эдгара По именно орангутанг оказывается таинственным злодеем, а в «Планете обезьян» есть доктор Зейюс, который хочет уничтожить человечество. Памятуя об этом, Пратчетт открывает перед приматами новые пути в литературе. Он не разделяет предубеждений авторов прошлого (равные права всем орангутангам!).

В романах Пратчетт может смеяться над орангутангами, но в жизни он зверски серьезен. Он очень боится, что они могут вымереть и что Фонд спасения орангутангов и деньги, которые фанаты Пратчетта жертвуют на конах по Плоскому миру, не помогут их сохранить. В будущем рыжие пожиратели мыла (да, они обожают есть мыло, и это им почему-то не вредит) могут остаться только в книгах, и это будет ужасно.

В середине 2011 года Пратчетт подумывал вернуться в Индонезию и поработать в Фонде. В мае он открыл сад Фонда спасения орангутангов на Цветочном шоу в Челси – ведь он любит не только животных, но и цветы. Если же говорить только о творчестве, то Пратчетт создает героя (в данном случае орангутанга), а потом выстраивает вокруг него реальность. Это многое говорит о его увлеченности и проницательности. Его очень сильно волнует ситуация с орангутангами, и он рассказал о них всей Британии.