Монахи войны. История военно-монашеских орденов от возникновения до XVIII века - Десмонд Сьюард

Фридрих Саксонский, предпоследний хохмейстер, правивший в Пруссии

В 1499 году Московия и Менгли-Гирей, хан крымских татар, объявили войну великому князю Литовскому Александру, который объединился с ханом Волжской орды Саид-Ахмедом и орденом. В 1501 году русские войска разгромили и перебили литовскую армию и вторглись в Ливонию. Александр не прислал помощи, а Саид-Ахмед задержался. 27 августа Плеттенберг атаковал русских в одиночку на реке Серица. С ним было 8 тысяч пехотинцев и 4 тысячи всадников. Русские – московиты и армия князя Псковского – насчитывали 40 тысяч. Используя убийственную комбинацию артиллерии и тяжелой кавалерии, Вальтер практически стер их с лица земли. Ландмейстер сражался как дьявол, хотя дважды был окружен и однажды даже пал на колени. Как пишет хронист Бальтазар Руссов, 12 тысяч человек Плеттенберга убили большую часть 40 тысяч русских, остаток которых бежал в Псков. Однако вспышка дизентерии заставила его отступить.

В ноябре 1501 года русские вернулись: 100 тысяч московитов и 30 тысяч татар[50]под командованием лучшего полководца Ивана, князя Даниила Щени. Они вступили в бой с главной армией ордена, укрепившейся в замке Гельмед у Дерпта, и, несмотря на превосходящую артиллерию рыцарей, уничтожили их. Даже гонец не сумел выбраться оттуда, чтобы предупредить Плеттенберга. Потом московиты опустошили Восточный Мариенланд, где убили или увели в плен 40 тысяч ливонцев. Однако ландмейстер не испугался. Весной 1502 года он совершил несколько молниеносных рейдов в псковские земли, а в сентябре осадил и сам Псков. Ландмейстер отступил перед пришедшей на помощь городу московской армией и заманил преследователей в смертельную ловушку на озере Смолино. Он снова использовал кавалерию и опытных артиллеристов, добившись ужасающего эффекта. Многие братья погибли, но армия Плеттенберга смогла отступить без особых трудностей. Вскоре после этого великий князь Александр заключил мир с Иваном, и в мае 1503 года послы Тевтонского ордена подписали с русскими пятидесятилетнее перемирие. Русские и немецкие хроники по-разному описывают, кто как отличился в войне, и те и другие утверждают, что победили в одних и тех же битвах. Как бы там ни было на самом деле, братья прекрасно справились с задачей: как можно дольше связывать численно превосходящего противника и не допустить его на свою территорию. Их достижение сравнимо с успехом финнов в Зимней войне 1940 года.

В 1512 году орден выбрал хохмейстером еще одного имперского князя – двадцатиоднолетнего Альбрехта Гогенцоллерна, маркграфа Бранденбург-Ансбаха, бедного, честолюбивого и беспринципного. Он запретил принимать в орден поляков и в 1517 году, объединившись с Данией и великим князем Василием III, потребовал не только вернуть Королевскую Пруссию, но и компенсировать ее пятидесятилетнюю оккупацию. Наконец, в 1519 году, он начал кампанию осад, вылазок и поджогов против своего дяди, короля Польши Сигизмунда, однако не давал решающих сражений. Кампания принесла выгоду только грабителям-ландскнехтам, и в 1521 году Альбрехт, безразличный к военным успехам, согласился на четырехлетнее перемирие.

Однако теперь ордену противостоял новый враг – протестантизм. В 1523 году Мартин Лютер написал хохмейстеру Альбрехту: «Ваш орден весьма странен и особенно потому, что был основан для борьбы с неверными. Поэтому он должен драться мирским мечом и действовать по-мирски, и, однако, в то же время он должен быть духовным, давать обет безбрачия, бедности и послушания и соблюдать эти обеты, подобно другим монашеским орденам». В своем обычном обличительном духе доктор Лютер далее назвал орден неким гермафродитом. В Рождество 1523 года епископ Земланда Георг фон Потенца, член ордена, публично заявил, что принимает лютеранство, в проповеди в Кенигсбергском соборе: «В этот день Христос родился снова». Новая доктрина уже распространилась среди бюргеров и даже среди рыцарей.

Альбрехт встретился с Лютером в Нюрнберге на рейхстаге 1524 года и был обращен. 8 апреля 1525 года хохмейстер подписал Краковский договор. Отныне он получал от польского короля Пруссию в качестве наследственного герцогства. На следующий день он принес оммаж королю Сигизмунду (брату его матери) на рыночной площади Кракова. Он почти не встретил сопротивления, потому что специально оставил незанятыми посты гросскомтура и маршала ордена и на последний капитул в Кенигсберге созвал только необходимый кворум из 55 рыцарей. Эрих Брауншвейг-Вольфенбюттель, комтур Мемеля, единственный из старших должностных лиц, кто пытался противодействовать. Прочие были недовольны, но ничего не предприняли. Филипп фон Крейц, комтур Инстербурга, составил реляцию, в которой называл этот переворот «грязным делом» и сравнивал своих братьев по ордену с лягушками, которые просили себе короля, а получили журавля, как в басне Эзопа; он признавал, что сам закрыл на это глаза, чтобы сохранить свою командорию. Некоторые рыцари женились и основали прусские дворянские роды, а другие вернулись в Германию. Герцог Альбрехт с успехом правил до самой смерти в 1568 году, а его сын – до 1618 года, когда его родственники Гогенцоллерны, династия курфюрстов Бранденбурга, унаследовали Прусское герцогство.

Вальтер фон Кронберг был избран дейчмейстером в Мергентхайме в 1527 году, через год после крестьянского восстания, когда чернь разграбила эту новую великолепную резиденцию, затем хохмейстером в 1530 году. На следующий год Карл V сделал хох– и дейчмейстера имперским князем. Тевтонский орден оказывал императору помощь, пусть даже небольшую, во время религиозных войн со Шмалькальденским союзом. Плеттенберг, казалось бы очевидный кандидат, не был избран из-за его склонности к вестфальцам, а не из-за склонности к лютеранству, как предполагал один историк ордена. Плеттенберг был незаменим в Риге, и ему уже исполнилось 75 лет. В 1526 году Карл V сделал его рейхсфюрстом.

Учение Лютера быстро распространялось среди ливонских бюргеров, но, видимо, не среди братьев ордена. Человеку таких дипломатических талантов, как Плеттенберг, согласие между лютеранством и папством в то время казалось вполне вероятным, и он организовал публичные дебаты между католиками и лютеранами. На съезде в Вольмаре в 1522 году бюргеры-лютеране и даже несколько братьев протестовали против отлучения Лютера, а в 1524 году в Риге и Ревеле были антикатолические бунты. Церкви оскверняли, священников и монахов изгоняли из городов. В 1526 году, на втором Вольмарском съезде, собравшиеся обратились к своему главе с просьбой последовать примеру хохмейстера Альбрехта, отвергнуть католический крест и стать герцогом Ливонии. Но Плеттенберг отказался, довольно дружелюбно, и к его отказу отнеслись с уважением. Тень Москвы никогда не исчезала. В 1533 году, после 44-летнего правления, Вальтер, которому тогда было 83 года, умер добрым католиком в своем любимом Венденском замке.

В течение двадцати лет ландмейстеров никто не беспокоил[51], однако в конце концов в 1557 году Иван IV Грозный объявил тевтонцев преступниками, которые отвергли веру Христову и сжигали русские иконы. Армия царя сражалась лучше, чем армия его деда, и он уже победил татарскую Казань и Астрахань. В январе 1558 года князь Андрей Курбский вторгся в Восточную Эстонию, сжигая и убивая. Детей и подростков в возрасте от 10 до 20 лет железными прутами погнали на татарские невольничьи рынки, но кроме того, всех немцев до единого предали ужасной смерти: женщинам отрезали груди, а мужчинам – конечности. Не менее 10 тысяч были убиты перед воротами Дерпта. В мае 1558 года Курбский взял Нарву; в июле князь Шуйский штурмовал Дерпт. К сентябрю русские оккупировали двадцать городов, но потом удалились на зиму, оставив в них гарнизоны.