Флагманы Победы - Николай Скрицкий

В середине августа Кузнецов с Василевским вылетал в Приморье. Побывал он на командном пункте Тихоокеанского флота во Владивостоке, узнал о боях за Сейсин и подготовке десанта в Гензан, а также о действиях Северной Тихоокеанской флотилии в борьбе за Курильские острова и Южный Сахалин^[127].

11–25 августа проходила Южно-Сахалинская операция 2-го Дальневосточного фронта и Тихоокеанского флота. В то время как войска начали наступление по суше, корабли Тихоокеанского флота высадили десанты в порты Торо и Маока. К 25 августа японская дивизия, оборонявшая Южный Сахалин, была разгромлена, и полуостров вернулся в пределы СССР.

15 августа Василевский приказал Юмашеву и командующему 2-м Дальневосточным фронтом генералу армии М.А. Пуркаеву провести операцию по освобождению островов северной части Курильской гряды. Командование флота поручило выполнение операции войскам Камчатского оборонительного района и силам Петропавловской военно-морской базы, которым следовало внезапно высадить десант в северо-восточной части острова Шумшу, овладеть военно-морской базой Катаока и, используя ее как опору, брать острова Парамушир и Онекотан. 18 августа моряки высадили десант на остров Сюмусю (Шумшу); после кровопролитных боев 25 августа японский гарнизон капитулировал. В тот же день началась капитуляция японцев на других островах, продолжавшаяся до 1 сентября.

Перед возвращением в Москву Н.Г. Кузнецов побывал на Амурской флотилии, которой командовал контр-адмирал Н.В. Антонов. Флотилия, используя свыше 200 судов и кораблей, главным образом мониторы и бронекатера, активно действовала на Амуре и Сунгари, заходя в тыл противника. Среди моряков насчитывалось немало людей с военным опытом. Главные силы флотилии обеспечивали переправу через Амур 2-й и 15-й армий, высадку десантов при взятии города Сахаляна и других городов вдоль побережья реки, на Сунгари оказывали поддержку сухопутным войскам во взятии городов Цзямусы, Саньсин и, наконец, Харбина, который пал 20 августа. Двигаясь вверх по Сунгари, моряки флотилии находили фарватеры среди ферм взорванных мостов, лавировали среди пущенных противником по течению бревен. Они высадили десант, который вместе с сухопутными войсками взял базу японцев Фуцзинь, захватили и разоружили Сунгарийскую речную флотилию японцев^[128].

22 августа советские авиадесантные войска взяли Порт-Артур и Дайрен (Далянь). 1 сентября завершилось разоружение японской Квантунской армии. 2 сентября был подписан Акт о безоговорочной капитуляции Японии. 3 сентября стало праздником Победы над Японией.

Еще шли бои и войска высаживались на последний из Курильских островов – Кунашир, когда Кузнецову позвонил Сталин и шутливо предупредил, чтобы на Хоккайдо не высаживались. А через несколько дней он вызвал наркома ВМФ в Москву. Предстояло рассмотрение новой кораблестроительной программы. Уже в столице Кузнецов увидел в газетах Указ Президиума Верховного Совета СССР от 14 сентября 1945 года, которым ему, Юмашеву и Антонову было присвоено звание Героя Советского Союза. Через несколько дней моряк получал награду в Кремле^[129]. Звание Героя Советского Союза Кузнецов получил за образцовое выполнение заданий Ставки Верховного Главнокомандования по руководству боевыми операциями флотов в войне против фашистской Германии и милитаристской Японии и личный вклад в дело Победы^[130].

По пути с Дальнего Востока нарком набрасывал планы кораблестроения мирного времени. Он считал, что необходимо строить крейсера, эсминцы, подводные лодки, которые себя оправдали, и авианосцы, ибо без авиационной поддержки и надводных сил нет поддержки подводникам. По возвращении Кузнецов поручил начальнику Главного морского штаба и другим помощникам разработку планов, которые легли в основу программы кораблестроения. В воспоминаниях Николай Герасимович не раз повторял основную идею о сбалансированности флота:

«Флот должен быть сбалансирован исходя из задач, стоящих перед Вооруженными Силами страны. Только это определит соотношение надводного и подводного флота, классов кораблей, типов самолетов, вооружения. И следует учитывать, как изменилась обстановка, изменились средства вооруженной борьбы.

Все это учитывается сейчас. Наш флот строится с учетом опыта минувших войн и на основе научного предвидения на будущее»^[131].

Это было написано в 60-х годах. Тогда же, осенью 1945 года, для Кузнецова начинался новый этап жизни – послевоенный. Нарком надеялся, что после Победы деятельность его станет проще и спокойнее. Он не мог и предположить, какие трудности и проблемы ждут его впереди.

Окончание войны поставило перед руководством флота нелегкие проблемы. Требовалось восстанавливать разрушенные базы и создавать новые в районах, которые оказались на территории СССР. На долгое время растянулась очистка акваторий от мин и затопленных судов. За время боевых действий износились боевые корабли. Всеми этими вопросами занимался нарком. Но начиналась работа и на перспективу. Статус СССР как великой державы требовал создания мощного флота.

В ноябре 1945 года правительству представили проект 10-летнего плана кораблестроения. Несмотря на недостатки, план этот следовало провести в жизнь, чтобы, исходя из возможностей прошедшей через тяжелую войну страны, обеспечить оборону в первые послевоенные годы. Однако выработать единые взгляды руководства на развитие ВМС не удалось. Споры шли на самом высоком уровне. Уже в 1946 году И.В. Сталин сказал Кузнецову: «Почему, Кузнецов, ты все время ругаешься со мной? Ведь органы давно просят у меня разрешения тобой заняться». В следующем году они и занялись, очевидно получив согласие Сталина, желавшего припугнуть несговорчивого наркома. По результатам проверки Главного морского штаба Кузнецова понизили в должности. С февраля 1947 по март 1948 года моряк – начальник Управления военно-морских учебных заведений^[132].

Тем временем против Кузнецова, а также его помощников Л.М. Галлера, В.А. Алафузова и Г.А. Степанова было возбуждено дело о передаче союзникам научно-технических сведений, якобы представлявших военную тайну. Несмотря на отрицательное заключение экспертной комиссии, Сталин приказал привлечь четверых к суду чести. Суд в январе 1948 года приговорил троих обвиняемых к заключению. Кузнецов держался на суде уверенно и пытался защитить своих подчиненных. По решению суда его понизили в звании до контр-адмирала. 8 марта 1948 года моряка сняли с должности и зачислили в распоряжение главкома. Март – июнь 1948 года Кузнецов находился в распоряжении главкома ВМС. С июня 1948 по февраль 1950 моряк состоял заместителем главнокомандующего войсками Дальнего Востока по ВМС^[133].