Ацтеки. Быт, религия, культура - Уорвик Брэй

Каждый свободный незнатный человек являлся членом одного из кальпулли – кланов, которые составляли ацтекскую нацию. Именно клан, а не единоличный фермер владел землей, и семьям, входившим в кальпулли, выделялись земельные участки в зависимости от количества едоков. Эти земли передавались семье в бессрочное пользование и могли переходить от отца к сыну при условии, что, если род прекратится, земля вновь перейдет в собственность клана. С другой стороны, если семья увеличивалась и начинала нуждаться в большем количестве земли, ей предоставлялся дополнительный участок из свободной земли, которую кальпулли держал в резерве. Если из-за нерадивости или сокращения размеров семья не обрабатывала свою часть земли в течение двух лет, им направлялось строгое предупреждение, и поля, не обрабатывавшиеся и на третий год, вновь возвращались в клан. Клан не мог продать или отдать свою землю – хотя и мог сдать ее в аренду другому кальпулли. Но любой человек, собирающийся покинуть клан, лишался всех прав на его земли.

Таким образом, свободный крестьянин был наделен определенными правами, но у него, разумеется, были и обязанности. Одна из самых обременительных – уплата подати товаром или услугами, что было необходимо для поддержания государственной машины. Знать, жрецы, чиновники и некоторые воины освобождались от уплаты подати, равно как и рабы, вдовы, сироты и увечные люди. Основной груз прямого налогообложения ложился на плечи свободных крестьян, составлявших около сорока процентов всего населения.

Фермеры платили подати своей продукцией, в основном продуктами питания и полотном, вытканным женщинами. Торговцы и ремесленники вносили подать частью товаров, которыми они торговали или которые производили. Все собранные налоги поступали в кладовые правителя. Некоторая часть шла на выплаты губернаторам, чиновникам, придворным и армии, оставшееся хранилось в резерве и раздавалось во время празднеств или голода.

Каждый кальпулли выделял участок земли для содержания местного храма и школ, а также для социального обеспечения – предоставление пищи путникам и нищим. Жалованье административным службам клана также выплачивалось из этого источника. Эти общественные земли возделывались местными крестьянами.

Другой обязанностью крестьян было содержание государственных и религиозных институтов. Например, каждый год семьям двух кварталов поручалось собирать дрова для храма Уицилопочтли. Чтобы оплатить свою часть расходов, семья должна была пожертвовать одну большую и четыре обычные накидки, корзину очищенного маиса и сто початков. На следующий год эта обязанность переходила к семьям двух других кварталов.

Людей можно было на добровольной основе позвать на строительство или другие общественные работы, и в чрезвычайных ситуациях на работу выходило внушительное количество работников, которых кормили за счет государства, пока есть нужда в их услугах.

Несмотря на то что жизнь в целом была довольно тяжелая, свободный крестьянин все же мог гордиться тем, что является полноправным членом общества со всеми правами и обязанностями, которые налагает этот статус, а также мог утешаться мыслью, что некоторым людям приходится еще хуже. В самых жалких условиях пребывали майеки, свободные люди, не являвшиеся членами какого-либо клана и, следовательно, не имевшие права на свой земельный надел. Не имея своих полей, они становились испольщиками, арендуя землю у знати или храмов и уплачивая своим хозяевам арендную плату – как услугами, так и частью урожая.

Собственник земли нанимал собирателей подати, каждый из которых контролировал от двадцати до пятидесяти хозяйств. Во время сбора урожая эти агенты обходили хозяйства и собирали часть ежегодного урожая, оставляя арендаторам лишь необходимый для пропитания минимум. Из-за отсутствия такой возможности майеки не платили податей ни государству, ни кланам.

Владельцы земли имели определенные права в отношении своих арендаторов. Майекам не разрешалось покидать арендованные ими земли, поэтому, когда земля меняла владельца, майеков передавали ему вместе с участком. Майеки подчинялись землевладельцу, но, как свободных людей, их нельзя было продавать или, как рабов, направить на любые работы по желанию хозяев.

Кроме клановой собственности и храмовых наделов, или «земель богов», была еще третья форма землевладения, когда поля приписывались не человеку, а определенной должности. Из доходов от этих земель выплачивалось жалованье чиновнику, а когда он выходил в отставку или умирал, земля переходила к преемнику, сменившему его на должностном посту.

Однако были и частные землевладельцы, которые владели землей единолично, и вовсе не благодаря занимаемой ими должности. Пожилым воинам и знати часто передавались поместья вместе с работавшими на них майеками. Как правило, такие участки выделялись на завоеванных землях, где присутствие землевладельцев способствовало умиротворению местных жителей. Самыми крупными землевладельцами были правители. Сам Монтесума имел собственность в шести городах за пределами Теночтитлана, его супруга также владела несколькими земельными участками. Доход от находящейся в единоличном владении земли отходил не обществу, а самому владельцу земельного участка, подобные поместья переходили по наследству от отца к сыну или другому родственнику мужского пола. Эту землю можно было продавать, но лишь другому знатному человеку, а если прямая линия наследования прерывалась, право собственности на землю переходило правителю.

Рис. 35. Земледелец с орудием для рыхления земли (Флорентийский кодекс).