Афанасий Никитин. Время сильных людей - Кирилл Кириллов

— Что? Не томи?

— Это ведь подданные ширванского шаха, не быть ему никогда падишахом, нас обобрали? Так.

— Да, так?

— А шах нам виру[27]за их разбой платить отказался? Так?

— Ну, так, — угрюмо подтвердил Афанасий. Он стал понимать, куда клонит друг, и это ему совсем не понравилось.

— Значит, мы полное право имеем ту виру сами с шаха взять.

— Без его ведома, конечно? — спросил Афанасий, окончательно уверившись в своей правоте.

— Конечно, без. Сам-то он ничего не отдаст, — усмехнулся Михаил.

— И как ты себе это представляешь?

— Как обычно. Под покровом ночи пролезем во дворец. Заберем злата-серебра монетами да безделушками. Потом, что можно, в дело пустим, а что можно, продадим на базаре, а может, подальше отойдем, за границу, чтоб гонцы шахские не успели ювелиров окрестных предупредить, не то вмиг схватят и… — Михаил выразительно провел ребром ладони по шее.

— Сердце мне вещает, что если мы полезем в шахский дворец, то… — Афанасий тоже провел ребром ладони по шее, — такое с нами сделают значительно быстрее.

— Дворец все ж не замок для сидения осадного, а для отдыха и удовольствия. А этот вообще, — Михаил пренебрежительно махнул рукой, — шалаш на лето. Стены переплюнуть можно, охраны никакой. Двери не закрываются толком. Горниц наверху раз-два и обчелся, внизу несколько зал, коридоров штуки четыре, и все.

— Только в каждой по стражнику, да не по одному, — покачал головой Афанасий.

— Не, они только нижние покои охраняют. Думают, наверх ходу нет иначе как по лестнице.

— Нешто есть?

— Есть. Через окно али через крышу, — ответил Михаил.

— Да откуда ж там окно? Все стены глухие, а про крышу-то ты вообще как узнал?

— Есть там окна, особливо наверху. Небольшие, но протиснуться можно. Прорублены они, чтоб ветер задувал, иначе там вообще сваришься. А на крыше я дозорного видел. Он туда вылезал да окрест оглядывался, значит, есть проход.

— Когда ж ты все это успел? — изумился Афанасий.

— Да пока вы брюхо набивали да бока отлеживали, я вокруг дворца побродил да на крышу посольства слазал. А оттуда через стену и двор отлично видно, и сам дворец. Все разведал. Хочешь, прямо сейчас тебе план нарисую?

— А давай, — согласился Афанасий. В сердце его зажегся нездоровый азарт.

Они присели в зыбкой тени, отбрасываемой старым, почти безлистным карагачем. Михаил подобрал сухую веточку, разровнял ладонью песок и стал рисовать.

— Вот это, — приговаривал он, чертя линии и прямоугольники, — стена. Тут вот ворота, около них — два поста караульных. С них видно вот сюда и сюда, а ту сторону сарай загораживает, на конюшню похожий, во всяком случае, уздечки и седла там свалены. Тут еще один дозор стоит, — он нарисовал крестик, — который за задами присматривает и за краем скалы. Тут вот обрыв сзади. И стража по стене ходит вокруг, да еще на крыше один появляется изредка. Это вот, смотри, нижний этаж. Тут зала большая, тут комната, где принимали нас, сюда коридор. Тут вот коридор, — быстро чертил он. — Это на кухню, скорее всего. И тут вот один. А тут главная лестница. Это наверх. Вот тут. — Он уверенным движением отчеркнул часть рисунка, обозначив комнату.

— Э, погоди, — перехватил его руку Афанасий. — Ты разве и наверху побывать успел?

— Наверху не успел, но кое-что снизу приметил, а остальное домыслить можно.

— Как же ты домыслишь?

— Дворец из камня да глины построен. Значит, стены у него должны быть внизу основательные, на них верхние палаты опираются, как на фундамент. Если их убрать, обрушится все. Я их три насчитал, тут, тут и вот тут, а тянутся такие стены обычно через все этажи, до самой крыши. Но здесь лестница. — Михаил нарисовал череду полосок. — Значит, здесь комнаты быть не может. А здесь стена — значит, тут две, коридор, тут еще одна большая, а там, может, маленьких много, для стражи или еще чего. Чердака нет, а выход на крышу не из горницы же делать, значит, тут коридор. Или зал большой.

Афанасий изумленно покачал головой — ну Мишка, ну голова!

— А тут вот что? — Он ткнул пальцем в пустое место на карте.

— Вот этого я не понял. — Михаил почесал веточкой себе за ухом.

— Комнаты тут быть не могет, места мало. Коридору идти тоже некуда. Может, кладовки какие, подклети[28]или слугам жилье обустроили.

— А нам туда надо?

— Нет, нам не туда, нам как раз вверх. Думаю, тут опочивальня шаха, самая лучшая комната, — опередил Михаил вопрос Афанасия. — А рядом сокровищницу обычно обустраивают.

— Сокровищницу?

— Не думаешь же ты, что шах, как босяк последний, без денег путешествует? А там же обычно всякие снадобья хранят. От хворей да сглазов. И специи. Знаешь, сколько щепотка перца в Твери стоит?

— Знаю, — кивнул Афанасий. — Только не нравится мне это.

— Я ж тебя силком не тяну, — надул губу Михаил. — Сам слазаю, сам добуду богатства, сам домой отправлюсь. А ты можешь тут счастья искать.

— Да ладно, Мишка, чего ты? — пробормотал Афанасий.

— Так идешь со мной? — Михаил мигом сменил тон. Закричал так громко, что нищие, успевшие обглодать крысу до белых косточек, оглянулись. Но вроде ни слова не поняли.

— Ну, не знаю я, — опустил голову Афанасий. — Боязно что-то. Да и не делал я такого никогда.

— И это говорит человек, который полмира пешком прошел! От разбойников дрыном отбивался. В лесах медвежьих и болотах кикиморьих ночевал. С татарами на воде смертным боем бился… Афоня, я тебя не понимаю, — развел руками Михаил.

— Ладно, пойдем, чего там, — без всякой охоты согласился Афанасий.

— Вот и славно. А то без тебя у меня не получится.

— Ты что ж, план уже набросал?

— Есть такое дело. Смотри. — Михаил повел веточкой по рисунку. — Вот тут мы подходим к стене, тут она низкая и вытертая какая-то, наверное лазали уже через нее не раз.

— Кто лазал-то?

— Да бог их знает. Может, слуги домой сбегали по ночам, а может, и стражники приезжие в город, по бабам. Не в том суть. Главное, что раз они там лазали, значит, дозоры того места тоже не видят. Или так ходят, что можно проскочить. Единственная беда — стражник на крыше, но тут уж как повезет.

— А как мы через стену переберемся?