Меркьюри и я. Богемская рапсодия, любовь и котики - Джим Хаттон

— У него аллергия на солнце. Это просто пигментные пятна.

Мы оставили эту тему. Я вел себя совершенно обычно и скрыл свои истинные чувства, чтобы Джон не заподозрил неладное. Но после того дня рождения я особенно четко осознал, что наши с Фредди годы сочтены.

Как только прибыли наши британские гости, вся Ибица превратилась в одну большую вечеринку. Территорию отеля украсили гирляндами из прозрачной цветной бумаги. Они крепились в патио отеля и тянулись вдоль фуршетных столов до самого бассейна. Вечер выдался безумный. Казалось, в «Пайк» приехало не меньше тысячи человек, чтобы насладиться неудержимым гостеприимством Фредди. Жара сыграла злую шутку с праздничным шоколадным тортом, украшенным по мотивам творений Гауди, — он просто-напросто растаял. Вместо него быстро испекли прямоугольный плоский торт, такой огромный, что несли его шесть человек. Гигантскими геральдическими буквами на нем красовалась надпись: «Барселона».

Благодарная толпа, задрав головы, восторженно приветствовала каждый залп фейерверка. Завершился салют сокращенной надписью: «С днем рождения, Фредди», после чего раздались оглушительные аплодисменты.

Первую половину вечеринки Фредди общался с гостями на свежем воздухе, а потом проскользнул обратно в отель и развлекал друзей в гостиной.

Вечеринка была в самом разгаре, когда какой-то весельчак умудрился поджечь цветную бумагу, развешанную по территории, и чуть не устроил катастрофу. Это был легковоспламеняющийся материал, и вскоре между бассейном и передним двором, где я стоял, заколыхала стена пламени. Огненные языки едва не коснулись моего лица. Пожар был быстро ликвидирован — человеческих жертв и порчи имущества удалось избежать, разве что немного подкоптились стены отеля. Позже я выяснил, что виновником был один из наших британских гостей. Фредди сильно разозлился и воспринял это как личное оскорбление.

На Ибице Фредди дал Дэвиду Виггу из «Дейли экспресс» одно из редких интервью. Когда мы вернулись домой, Фредди прочел статью и вздохнул.

— Взгляни, — сказал он. — Я даю им сливки, а они что печатают? Прокисшее молоко!

Позже Вигг извинился за то, что газета напечатала интервью в таком виде, мол, он всего лишь автор и не может влиять на редактора, который изменил ее до неузнаваемости.

Между тем Фредди тоже произвел кое-какие изменения. Мьюз полностью отреставрировали. Теперь Фредди захватили идеи внутренней отделки. Одну из ванных комнат он решил облицевать антикварной керамической плиткой, и мы полетели в Мадрид, где как раз шел сезон распродаж. Нашли антикварный магазин с образцами плитки на витрине, но Фредди ничего не приглянулось.

— А что еще у вас есть? — спросил он хозяйку магазина.

— Есть такая же для пола. — И она провела нас по всем этажам, до потолка заполненным плиткой.

На верхнем этаже мы обнаружили совершенно пустой зал, обшитый деревянными панелями. Фредди недоумевал. И тут мы заметили несколько дверей — каждая вела в хранилища старых мастеров. Хозяйка открыла одну из них, и нашим взглядам предстало полотно Эль Греко, Фредди мгновенно влюбился в картину. Это был портрет мужчины, возможно, автопортрет художника, и казалось, он вот-вот сойдет с холста.

— А это продается? — спросил Фредди.

Продавалось все, включая деревянную обшивку. Полотно Эль Греко стоило около 750 тысяч фунтов, и Фредди жаждал его приобрести. Но тут возникла проблема.

— Она занесена в каталог национального достояния правительством Испании. Ее запрещено вывозить из страны, — объяснила хозяйка.

Фредди ушел расстроенный. Целыми днями он твердил только об этой картине и, вернувшись в Гарден Лодж, связался с одним из организаторов Олимпиады в Испании. Фредди спросил, есть ли у него какие-нибудь связи, чтобы вывезти картину. Но тот сказал, что даже ради Фредди правила невозможно нарушить.

И все же замечательная картина Эль Греко никак не выходила у Фредди из головы. Он специально приехал в Мадрид, чтобы снова увидеть ее, и снова был очарован. Он молча рассматривал ее минут десять, а потом обратился ко мне:

— Наверное, придется купить дом в Испании, чтобы видеть ее, когда захочу.

Покидая страну, мы всерьез обсуждали его намерение. Но несколько дней спустя он оставил идею покупки дома и сосредоточился на вещах, которые можно приобрести ближе к Гарден Лодж.

В октябре Фредди и Монтсеррат Кабалье выпустили сингл Barcelona. Звукозаписывающая компания хотела снять видео для раскрутки сингла, поэтому Монтси прилетела в Лондон на съемки. В тот день у Фредди резко упало количество лейкоцитов в крови, и врачи рекомендовали ему воздержаться от работы. Но Фредди чувствовал, что не может больше разбрасываться временем, и был полон решимости максимально окунуться в работу, прежде чем придется отойти от дел; ничто не могло помешать ему снять это видео. Он настоял на том, чтобы все шло по намеченному плану.

Очередной сольный проект Фредди с Монтси — запись полноценного совместного альбома — как будто вселял в него огромные силы. Как только Кабалье удавалось выкроить время в плотном гастрольном графике, она прилетала в Лондон для работы.

Примерно в октябре певица отправилась в тур со своей помощницей — племянницей, которую тоже звали Монтси. Фредди решил устроить для обеих Монтсеррат, меня, Фиби и Майка Морана ужин в эксклюзивном и очень дорогом ресторане «Максим». Но ресторан не оправдал наших ожиданий. Набитый битком, он больше походил на экскурсионный автобус. Ужасная фоновая музыка звучала слишком громко. А когда Фредди захотел заказать единственное шампанское, которое он предпочитал — марочное «Кристалл», — в карте вин его не оказалось.

Вечером Фредди и Монтси-старшая обсуждали формат предстоящего альбома и размышляли, когда смогут поработать вместе в следующий раз. Фредди выбрал дату, и она повернулась к Монтси-младшей.

— Что у меня запланировано на этот день?

Та вытащила ежедневник, посмотрела дату и сказала:

— Сольный концерт в России.

— Ох, — вздохнула Кабалье.

Затем посмотрела на Фредди, махнула рукой и велела племяннице:

— Отменяй его!

Фредди открыл рот от удивления:

— Ты не можешь это отменить!

— Могу! — ответила она.

И ведь отменила. Фредди был потрясен и долгие месяцы смаковал эту историю.

После ужина я закурил, и Монтси-старшая наклонилась ко мне.

— Джим, можно и мне сигарету?

Фредди, тогда еще курильщик, не одобрил ее просьбу и попытался вмешаться:

— Ты не должна курить, это погубит твой голос.

— Нет-нет. — И она прикурила сигарету. — Иногда я себе это позволяю.

Фредди не мог поверить, что оперная певица курит, рискуя своим голосом.

Сотрудничество Фредди с Монтсеррат Кабалье имело такой оглушительный успех в мировых чартах, что их поклонники объединились. Монтси призналась Фредди, что потрясена тем, насколько удачным получился альбом. И еще тем, что впервые за всю карьеру в аэропорту ее окружили вопящие подростки.