Литовско-Русское государство в XIII—XVI вв. - Александр Пресняков

Сверх того в раду входят еще 3 епископа — медницкий, луцкий и киевский, и 5 воевод — новгородский, киевский, витебский, полоцкий, подляшский. Но эти 8 excluduntur a secretioribus consiliis^[64]. Князь к тому времени остался один — слуцкий, сохранив место по родству с Ягеллонами. Всего 15.

Третье наслоение — маршалок земский, маршалок дворный, канцлер и гетман — четыре должности, которые обыкновенно занимаются представителями высшей рады (ближней думы), так что этот слой не расширяет состава рады. Такое же значение по началу личного совместительства имеют и упоминания об участии в раде подскарбиев земского и дворного.

Вопрос об эволюции этой новой рады из старого великокняжеского совета. Расчленение его на государственный совет в составе majores и minores consiliarii^[65] и дворную раду чинов дворных. Состав — должностные лица, епископы, воеводы, каштеляны. Двойственный характер этой «знати».

Изучая состав рады, Любавский пришел к выводу, что она набиралась из наиболее богатых и самых знатных фамилий. Притом в собственно Литовско-Русской земле, в великом княжестве, это — местная литовская знать. Из нее же назначает Витовт наместников по землям-аннексам по мере устранения местной княжой власти в них. «Местничество» тут, насколько знаем, не сложилось, но установился аристократический характер состава рады и самостоятельный общественный вес его личного состава. И эта группа носителей местного управления — и в то же время местная землевладельческая знать — впервые выступает как самостоятельная политическая сила в 1398 г., когда дает с Витовтом во главе и вместе с группой князей-подручников Витовта отпор попытке Ягайла, точнее королевы Ядвиги, утвердить на Литве и Руси вотчинное право supremi ducis^[66]. Они отстаивают свою «старину», свою «старую свободу» против «дани Польше».

Эта среда — вельможного боярства литовского — с тех пор составила ядро тех общественных сил, которые вплоть до Люблинской унии и после нее упорно и последовательно отстаивали самостоятельность политико-административной организации великого княжества Литовского против попыток осуществить идеал Кревской унии, полную инкорпорацию Литвы Польскому королевству.

^{Костюм магната ВКЛ и королевства Польского XV в. Реконструкция}

^{Костюм горожанина 1450 г. Реконструкция}

^{Костюм зажиточной горожанки 1415 г. Реконструкция}

Та же общественно-должностная группа выступает и при подтверждении унии в 1401 г. Тут она выступает, однако, более явственно, как руководящая представительница определенного общественного слоя, заявляя, что «quorum quamvis nomina singulation hie non sunt expressa, tamen concessus ad subscripta adest»^[67].

Виленский съезд 1401 г. Любавский считает первым литовско-русским сеймом, соблазненный тем, что его участники титулуют себя «tota universitas»^[68]. Местные носители власти говорят от имени общества. Они имеют на это основание в своем общественном значении и в своей правительственной силе. Это явление старое, знакомое в Руси XII, XIII вв. Любавский увидал в акте Виленского съезда первое выступление «собрания князей и бояр Литвы и Руси в качестве правоспособного участника в решении государственных вопросов, с известной признанною по этой части компетенцией». Но акты виленского съезда ничего не говорят о правах и компетенции.

Суть их в обязательстве «со стороны литовского боярства по отношению к короне и королю» — в форме подтверждения записи Витовта со стороны литовской знати. За Витовта ручалась его рада. Князья тут не упомянуты. Они выдали особые присяжные записи — явление обычное, по существу не создающее никакой новизны в государственном праве.

Иное дело — акт 1413 г., акты Городельской унии. Их три: грамота Ягайла и Витовта, грамота литовских панов и грамота польских панов. Акт унии совершается двумя князьями, из которых каждый окружен своей радой, сосредоточивающей в себе совокупность реальных общественно-политических сил страны — «baronum, nobilium, bojarorum voluntate, ratihabitione, consensu»^[69]. Городельская уния стремится сделать опорой унии чиновную знать.

Характерно расширение прав всех «armigeri»^[70], особенно право занимать «dignitates, sedes et officia»^[71], особенно воевод и каштелянов (только для «fidei catholicae cultores»^[72]). Это установление должностей и права на них по польскому образцу сопровождается утверждением рады, как учреждения, получающего государственно-правовое освящение и формулировку. Она получает политическое значение по праву. Паны литовские обязуются не избирать себе государя без совета с польскими и обе группы панов имеют право с разрешения общего государя устраивать conventus et parlamenta^[73] по общим делам Литвы и Польши (на деле — по пограничным спорам).

И тут вопреки Любавскому не видно сейма в настоящем смысле слова. Сейм — слово, в эту эпоху не имеющее позднейшего технического значения; это собрание вообще, в частности съезд областных правителей, сейм рады великого князя, его панов радных.

В актах Городельской унии не выступают князья. Они выдали особые грамоты Ягайле. Нет в них и представителей русских областей — те живут своей жизнью.

К этой жизни областей и обратимся.