Великий путь из варяг в греки - Юрий Звягин

Так что в решении вопроса о пути из варяг в греки арабские авторы нам не помогут. Из европейцев же только Адам Бременский в XI веке пишет, что «из шлезвигской гавани обыкновенно отправляются корабли в Склаванию, Сведию, Семлант и до самой Греции». В чём некоторые видят описание пресловутого пути. Чтобы сделать это более похожим на правду, кое-кто подправляет: «Корабли обыкновенно отправляются в Славянию, и в Швецию, и до самой Греции»^[114]. И всё равно, написано-то, что плывут в Славянию (явно в земли поморян — западных славян, размещавшихся между Одером и Вислой, поскольку упоминаются они раньше Швеции и Прибалтики), а не на Русь. Последнюю Адам знает и упоминает отдельно. А из Поморья, как мы уже видели, можно было и по Висле плыть. Из Прибалтики же — по Двине или даже по Неману.

Кроме того, сам Адам Бременский признаёт, что в описании расположения Балтики опирался на известия уже упомянутого Марциана Капеллы, римского компилятора V века: «Восточное море, море Варварское, море Скифское или Балтийское — это одно и то же море, которое Марциан и другие древние римляне называли Скифскими, или Меотийскими болотами, гетскими пустынями или скифским берегом. А море это, начинаясь от Западного океана и пролегая между Данией и Норвегией, простирается на восток на неизвестное расстояние». Да и то использует данные Марциана Адам Бременский не прямо, а через знаменитого франкского историка VIII—IX века, автора «Жизни Карла Великого» Эйнхарда: «То, что я рассказываю о Балтийском заливе, известно мне по сообщению всё того же Эйнхарда, так как ни один другой писатель об этом регионе ничего не говорит».

Марциала, который считал «Меотийские болота» (Азовское море) заливом Северного океана, признают в качестве источника представлений о Балтике как таком же заливе Северного океана, стало быть, соединённом с Чёрным морем, и авторы сборника «Древняя Русь в свете зарубежных источников»^[115].

Когда же клирик Адам пытается перевести свои знания на более современную ему почву, он утверждает следующее: «Что же касается слов [Эйнхарда], что этот залив „простирается на неизвестное расстояние“ то это недавно подтвердилось благодаря изобретательности могучих мужей Гануза Вольфа, датского наместника, и короля нордманнов Харольда, которые предприняли сопряжённое с большими трудностями и опасностями для их спутников путешествие ради исследования величины этого моря, но вернулись, сломленные и побеждённые двойной опасностью — бурями и пиратами. Даны же утверждают, что протяжённость этого моря проверена не раз на опыте многими. По их словам, некоторые при благоприятном ветре за месяц добирались из Дании до Острогарда Руссии».

И всё, никакой Греции. О последней же он говорит: «Опытные люди тех краёв рассказывают, что некоторые путешествовали из Свеонии в Грецию по суше. Но варварские народы, обитающие между ними [Свеонией и Грецией], мешают этому пути, поэтому [обычно предпочитаются] опасности путешествия на кораблях». Сторонники пути через Русь могут записать себе в актив эти слова (которых почему-то не замечают) лишь в том случае, если они укажут в этих строчках упоминание Гардарики, Руси или Острогарда. В противном случае остаётся признать, что автор, подробнейшим образом, с указанием расстояний («Тому, кто плывёт из датской Сконии до Бирки, потребуется пять дней, от Бирки до Руссии путь по морю также составляет пять дней»), описывающий Балтику, знает лишь о том, что из Швеции в Грецию можно приплыть, но направления этого пути не указывает.

Между делом: зато маршрут вокруг Европы Адам Бременский знает досконально: «Из Рипы во Фландрию, в Синкфал, плыть два дня и столько ж ночей. Из Цинкфала в Прол, в Англии, — два дня и одну ночь. Последний — крайняя южная точка Англии, а плыть туда из Рипы на юго-запад. От Прола Британии до Святого Матфея — один день, оттуда до Фара, возле святого Иакова — три дня и три ночи. Оттуда — два дня и две ночи до Лиссабона, плыть всё время по углу на юго-запад. Из Лиссабона в Нарвес — три дня и три ночи на юго-запад. От Нарвеса до Террагоны — четыре дня и четыре ночи, а плыть на северо-восток. От Террагоны до Барселоны — один день уже на северо-восток. От Барселоны в Марсель — один день и одна ночь почти на восток, немного отклоняясь к югу. От Марселя в Мессин на Сицилии — четыре дня и четыре ночи на юго-восток. От Мезцина до Аккарона — 14 дней и столько же ночей на юго-восток, больше отклоняясь к востоку».

Вот кто пишет о том, что через Русь плавают в Грецию, так это Гельмольд. В своей «Славянской хронике»^[116] он повествует:

«…Балтийским называется потому, что тянется длинной полосой, подобно поясу, через земли скифов до самой Греции. Это же море называется Варварским, или Скифским, морем по варварским народам, страны которых омывает… Русское море самым кратким путём приводит в Грецию».

Но… на деле он часто, когда речь идёт о древних временах, цитирует Адама Бременского. Только как-то не очень полно и точно. А сам Гельмольд жил значительно позднее. Так что в качестве свидетеля он годится мало.

Тем более не вполне понятно, кто такие для него греки. Например, он пишет: «В устье Одры, где она впадает в Балтийское море, некогда находился знаменитейший город Юмнета, место, весьма часто посещаемое варварами и греками, живущими в его окрестностях… Это действительно был самый большой город из всех имевшихся в Европе городов, населённый славянами вперемешку с другими народами, греками и варварами».

Как вам греки, живущие в окрестностях западнославянского Волина (Юмны) на Одере? Нет, я допускаю, конечно, что особо отважных византийских купцов могло и заносить в находящийся в начале внутренних водных путей Европы Волин. Но «живущие»… Проще уж посчитать, что за греков тут держат каких-то православных. Или, что даже скорее, последователей кульдейской ирландской церкви. Их в Европе тех веков было наверняка больше, чем православных, а что ирландских христиан на Западе частенько считали последователями греческой ветви религии, это хорошо известно.

Ну или ещё «греками» можно считать русских купцов, поскольку, как мы уже видели выше, Русь считалась некоторыми западноевропейскими авторами частью Греции. Так и делают многие историки. Но это однозначно указывает, что инициатива в торговле принадлежала никак не скандинавам.