Первая мировая. Во главе "Дикой дивизии". Записки великого князя Михаила Романова - Владимир Хрусталев

звезды «Русского балета» стремительно покоряли Европу. «Русские сезоны» были популярны в то время в Париже, Берлине, Риме, Вене, Будапеште и Лондоне. Парижская опера представила «Шехерезаду» Н.А. Римского-Корсакова в потрясающей постановке великого хореографа Михаила Фокина. Париж никогда не видел ничего подобного.

Летом 1914 г. российская балетная труппа С.П. Дягилева (1872–1929) снова была в Лондоне, и Н.С. Брасова пригласила всех артистов в свой замок Небворт. Приглашены были также звезды русской оперы, участвовавшие в проекте «Русские сезоны» сэра Джозефа Бичема в Друри-Лейн. Знаменитый певец Ф.И. Шаляпин (1873–1938), бывший частым гостем в Каннах, был также среди них. Еще одним гостем был известный русский скульптор и сценограф Судейкин, который изваял бюсты Михаила Александровича, маленького Георгия и Таты. Вспоминали, что, позируя Судейкину, Тата не могла усидеть на месте. Но, по ее словам, «он был очень мил и совсем не сердился». Самое большое впечатление произвела на нее балерина Тамара Карсавина: «Я нашла ее изумительно красивой».

В 1914 г. в Лондон прибыла погостить у родной сестры королевы Александры (1844–1925) в Мальборо-Хаус вдовствующая императрица Мария Федоровна. Через некоторое время великокняжеская чета Ксения Александровна и Александр Михайлович, приехав из Парижа, остановились в отеле «Пикадилли». За ними последовала их дочь Ирина Александровна со своим мужем, князем Феликсом Юсуповым (младшим), владевшим шикарными апартаментами по улице Парксайд, 15, в Белгравии. Помимо великих князей Михаила Александровича и Михаила Михайловича, которые надолго поселились в Англии, число представителей российской Императорской фамилии выросло до 9, когда в Лондон прибыла супруга великого князя Георгия Михайловича (брата Александра Михайловича), великая княгиня Мария Георгиевна в сопровождении двух малолетних дочерей Нины и Ксении.

Ничто не предвещало беды, когда 29 июня 1914 г. газеты сообщили об убийстве в Сараево австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда (1863–1914). Это стало сенсацией, ибо Балканы всегда были взрывоопасным регионом. Основную массу аристократического общества политика трогала мало: им было и без того о чем подумать. Мысли занимал Уимблдон и назначенный на 16 июля королевский бал, где должны были присутствовать представители самых знатных семейств Европы.

За этим следовали конные бега в Гудвуде и парусные состязания в Коус, где собирался участвовать брат кайзера и зять английской королевы Александры, прусский принц Генри со своей яхтой «Кармен».

Представители германского двора были заметны, как и русские, в последний сезон Старого Света. Во время бала в Букингемском дворце самыми почетными гостями являлись Баттенберги, Сакс-Кобург-Готы и Шлезвиг-Гольштейны. Все они были тесно связаны родственными узами с Британской королевской династией.

На том балу в Букингемском дворце старая Европа в последний раз танцевала. Через три недели мир перевернулся.

Начало Первой мировой войны опрокинуло надежды на лучшее будущее многих народов мира. «Какая-нибудь проклятая глупость на Балканах, – предсказывал Бисмарк, – явится искрой новой войны». 14 (27) июня 1914 г. английская эскадра, пришедшая с дружественным союзническим визитом в Кронштадт, громом салюта приветствовала российского императора, поднявшегося на палубу флагманского крейсера «Lion». На другой день 15 (28) июня в 11 часов утра в Боснии, в городе Сараеве, 19-летний террорист Гаврила Принцип (боснийский серб, националист, австрийский подданный) расстрелял из браунинга наследника престола Австро-Венгрии, эрцгерцога Франца Фердинанда (1863–1914) и его морганатическую супругу герцогиню Софию Гогенберг (1868–1914). Это было уже второе покушение в тот день после неудавшегося первого, когда Габринович бросил бомбу в автомобиль, в котором эрцгерцогская чета направлялась по улицам Сараева в городскую ратушу. Террорист-убийца был схвачен на месте преступления и позднее приговорен к 20 годам каторги (как несовершеннолетний), но так и умер в тюрьме в 1918 г. от туберкулеза.

Государь Николай II выразил соболезнование престарелому императору Францу Иосифу I (1830–1916) по поводу трагического покушения.

7 (20) июля 1914 г. на рейде Кронштадта встала французская эскадра в составе броненосцев «Frace», «Jean Bart» и двух миноносцев, которых встретил российский император. В дневнике Государя за этот день имеются такие строки:

«Григорович привез президента Пуанкаре на яхту; после взаимного представления свит пошли в Петергоф. Салюты не прекращались»^[105].

Министр иностранных дел С.Д. Сазонов (1860–1927) позднее делился воспоминаниями о визите в Россию президента Франции Раймонда Пуанкаре (1860–1934):

«Седьмого июля по старому стилю г-н Пуанкаре прибыл в Кронштадт на эскадренном броненосце “La France” в сопровождении председателя совета министров, министра иностранных дел, г-на Вивияни.

Встреча Государя с Президентом произошла на Кронштадтском рейде и носила торжественный и дружеский характер. Государь пригласил недавно прибывшего в Петроград нового французского посла Палеолога, А.П. Извольского и меня на Императорскую яхту “Александрия”, на которую прибыл и Пуанкаре для приветствия Государя. Яхта затем ушла с нами в Петергоф, где в большом Петровском Дворце были приготовлены для Президента покои. /…/

Пребывание в России Президента продолжалось три дня. Эти три дня оказались роковыми в истории человечества»^[106].