Прибалтийский плацдарм (1939-1940 гг.). Возвращение Советского Союза на берега Балтийского моря - Михаил Мельтюхов

Бронемашины 18[-й] лтбр, патрулирующие в Номме, были обстреляны из револьвера с проходящей легковой машины.

В 1.00 22 июня 1940 года на Нарвской улице завязалась перестрелка между рабочими дружинниками и батальоном связи эстонской армии. С прибытием к месту перестрелки наших бронемашин из батальона связи эстонской армии был открыт огонь по нашим бронемашинам. После открытия ответного огня с наших бронемашин, стрельба была прекращена.

В результате стрельбы из рабочей дружины убит один, раненых два. Со стороны батальона связи эстонской армии убитых один, раненых трое.

В 2.30 к месту перестрелки прибыл вновь назначенный военный министр генерал-майор Ротберг и немедленно сдал батальон командиру роты бронемашин 206[-го] о[тдельного] р[азведывательного] б[атальона] 18[-й] лтбр тов. Чибирову.

Во время стрельбы по расположению 58[-го] о[тдельного] т[анкового] б[атальона] жертв никаких не было.

Патрулирование по городу на ночь было усилено. В 1.15 минут 22 июня 1940 года был обстрелян из винтовок и автоматов штаб 65[-го] Особого стрелкового корпуса из района прилегающих домов. Район этих домов был оцеплен дежурной ротой. После чего была вызвана полиция и проведен обыск, но так как, по-видимому, стрельба велась жителями этих домов в провокационных целях, произведенный поверхностный обыск положительных результатов не дал.

На ночь охрана штаба после этого была усилена ротой танков. Последняя половина ночи прошла спокойно»^[1548].

22 июня была опубликована декларация Народного правительства Эстонии, которое обещало направить «все свои силы на полное обеспечение прав народа, на подъем его материального благосостояния, на развитие национальной культуры и процветание Родины» на базе «тесных экономических взаимоотношений с нашим великим соседом и другом – Советским Союзом». «В области внешней политики правительство, поддерживая нормальные отношения со всеми государствами, обеспечит в первую очередь честное и добросовестное выполнение Пакта о взаимопомощи с СССР и дальнейшее развитие действительно искренних и дружественных отношений с СССР на основе тесного союза»^[1549]. В тот же день был уволен со службы главнокомандующий эстонской армии генерал Й. Лайдонер^[1550]. В результате объявленной новым правительством амнистии было освобождено 340 политзаключенных^[1551]. В Эстонию начали возвращаться политэмигранты из Швеции^[1552]. Одновременно рабочие стали создавать вооруженную организацию «Народная самозащита».

В 13 часов 22 июня генерал армии К.А. Мерецков и корпусной комиссар Н.Н. Вашугин доложили наркому обороны из Таллина, что «новое правительство Эстонии приступило к исполнению своих обязанностей в ночь на 22 июня. Сегодня с утра все учреждения работают нормально. В Таллине спокойно. Патрулирование Красной армии в городе снято, оставлена усиленная охрана только у полпредства и нашего морского штаба. Охраняется нашими моряками также и арсенал»^[1553].

В 1.40 23 июня генерал армии К.А. Мерецков и корпусной комиссар Н.Н. Вашугин доложили наркому обороны, что «22 июня весь день в Таллине прошел спокойно. Учреждения работали нормально. Днем в Тарту происходила демонстрация, организованная буржуазными элементами, с возгласами против Красной армии и против нового эстонского правительства.

Рабочие Тарту выступили со своей демонстрацией, с лозунгами приветствия Красной армии и Советскому Союзу, на ратуше вывесили красный флаг. Вечером новое эстонское правительство опубликовало по радио декларацию…

В Эстонии ежегодно 23 июня праздновали как день освобождения от немцев. Новое правительство Эстонии решило проводить его под другим лозунгом, а именно, как праздник свободы, в связи с образованием нового правительства.

По предложению тов. Жданова задерживаемся в Таллине на 23 июня»^[1554].

Как отмечалось в подписанной в 10 часов 23 июня оперсводке № 292 штаба ЛВО, «в Таллине восстановлен полный порядок. Дружинники организованно сдают оружие, город живет нормальной и мирной жизнью. В Тарту происходили политические демонстрации. Большая часть населения выражает свое доброжелательное отношение к новому правительству»^[1555].

23 июня политотдел 65-го стрелкового корпуса докладывал, что «за последние дни со стороны трудового эстонского населения все больше увеличивается симпатия к Красной Армии. Рабочие целыми группами приходят к нашим бойцам и командирам и выражают свое удовлетворение пребыванием наших частей в промышленных центрах Эстонии. Например:

1. 22 июня 1940 года группа рабочих-железнодорожников на станции Лихула подошла к нашим бойцам и заявила: “Рабочие гор. Таллина сегодня и завтра будут устанавливать Советскую власть, мы просим передать в Москву тов. Сталину и всей Красной Армии большое спасибо”.

2. К бойцам 5-го ОМО в районе Лигуля [Лихула] подошла пожилая женщина и стала расспрашивать бойцов о жизни нашего советского народа. После того, как ей ответили на заданные вопросы, она сказала: “Буржуи у нас трещат по всем швам, а рабочие наши сейчас ожили – это все благодаря вашему приходу. Спасибо вам, дорогие товарищи”.

3. Две женщины по национальности русские в группе бойцов танковой бригады высказали по вопросу взаимоотношения командиров и бойцов Красной Армии следующее: “Советские офицеры очень хорошо и дружески обращаются с бойцами”.

4. Один эстонский гражданин рассказал бойцам и командирам 1-го батальона 18 ЛТБ, что до прибытия частей Красной Армии в гор. Таллин буржуазия вела пропаганду среди населения: “Придут красные, отберут все квартиры от рабочих и поселят в них своих солдат. Старики 60 лет и выше должны из города немедленно выехать, а то красные всех перережут, у них нечего кушать, они ходят все голодные. Никакого договора наше правительство с русскими не заключало, они оккупировали Эстонию. Но мы, старые рабочие, читаем ваши газеты, знаем о жизни в СССР, и нас не спровоцируешь. Мы очень довольны вашим приездом, и при помощи вас мы свернем буржуазии голову”.

Бойцы и командиры предупреждаются ежедневно, чтобы при разговорах с эстонским населением помнили о сохранении военной тайны, не забывали о революционной классовой бдительности, старались грамотно и культурно отвечать на заданные вопросы»^[1556].