Подлодки в бою. "Топи их всех!" - Александр Больных

Комната 40 своевременно предупредила Адмиралтейство, и оно приказало Гранд Флиту выйти в море. 29 дредноутов и 6 линейных крейсеров получили достаточно времени, чтобы перехватить немцев, более того, английский флот вышел в море на несколько часов раньше немцев! Эскадры адмиралов Джеллико и Битти встретились. Но тут начались неприятности. В 05.57 легкий крейсер «Ноттингем» из 2-й эскадры легких крейсеров содрогнулся от двух взрывов, его атаковала подводная лодка U-52. Крейсер остался на ровном киле, но его кочегарки были затоплены, и он потерял ход. Через полчаса в его левый борт попала третья торпеда, впрочем, команда к этому времени уже сидела в шлюпках. В 07.10 «Ноттингем» затонул. Джеллико узнал об атаке подводной лодки только около 09.00, ранее он полагал, что крейсер подорвался на мине и совершил грубейшую ошибку, пытаясь обойти мифические минные заграждения немцев. Джеллико временно повернул на север и потерял не только 4 часа, он потерял возможность перехватить Флот Открытого Моря. Если бы не этот поворот, его дозоры вскоре после полудня столкнулись бы с авангардом Хиппера.

Шеер тоже столкнулся с вражескими подводными лодками. В 05.05 Е-23 капитан-лейтенанта Тэрнера, патрулируя в 60 милях севернее Тершеллинга, торпедировала линкор «Вестфален», который замыкал германскую колонну. Хотя линкор серьезно не пострадал, его скорость снизилась, и в 06.30 Шеер отправил его обратно в гавань под прикрытием эсминцев. «Вестфален» нарушил приказ Шеера, сообщив о повреждении по радио, это сообщение было перехвачено англичанами и дало Джеллико важнейшую информацию о позиции Шеера.

А потом Шеер обманул сам себя. Дирижабль L-13 в 06.30 заметил вышедшие в море Гарвичские силы, а в 12.03 снова столкнулся с ними. Но на сей раз пилот (офицер-резервист, плохо разбиравшийся в кораблях) сообщил, что видит несколько линкоров. Шеер повернул на юго-восток, надеясь уничтожить слабую британскую эскадру. В его оправдание можно сказать только, что картина из донесений цеппелинов и подводных лодок складывалась путаная и даже противоречивая. Но ошибочный поворот оказался удачным, так как теперь Шеер уходил прочь от Гранд Флита. В 14.25 Шеер прекратил погоню за призраками и пошел назад. На это решение повлияло сообщение подводной лодки U-53, которая в 13.15 заметила британский линейный флот.

Зато сам Джеллико был настолько уверен в столкновении с противником, что в 14.00 приказал сыграть на кораблях боевую тревогу, хотя, может быть, это было следствием той же истерической лихорадки, которая поразила Шеера. Однако примерно в 14.30 пришла радиограмма Адмиралтейства, в которой говорилось, что немцы еще в 12.30 повернули назад. Надежда на новый бой растаяла, и Джеллико тоже повернул назад.

Уже в сумерках, в 16.52, подводная лодка U-66 попала 2 торпедами в правый борт легкого крейсера «Фалмут», который входил в состав прикрытия линейных крейсеров Битти. Ночью подводная лодка U-65 атаковала это же соединение и донесла о попадании торпедой в линейный крейсер типа «Индефетигебл», что было уже чистой фантазией. Битти прислал на помощь «Фалмуту» несколько эсминцев. Крейсер даже сумел дать ход и со скоростью 2 узла пополз к берегу, на рассвете прибыли буксиры и дополнительные эсминцы, и появилась надежда, что крейсер будет спасен. Однако в полдень он был атакован подводной лодкой U-63, которая добилась еще 2 попаданий, крейсер продержался на плаву еще 8 часов и затонул всего в 5 милях от берега. Интересно, что скажут на это критики британских кораблей? Чтобы потопить 2 небольших крейсера, потребовалось в одном случае 3 торпеды, в другом – 4. Обязательно следует подчеркнуть, что «Ноттингем» и «Фалмут» оказались единственными современными кораблями, которые были потоплены подводными лодками за всю войну. А вот старые, доцусимские корабли, тонули от единственного попадания торпеды, в крайнем случае двух, даже если это был броненосный крейсер или броненосец водоизмещением больше, чем оба эти крейсера, вместе взятые.

В общем, итоги операции разочаровали Адмиралштаб, который резонно предположил, что теперь англичане будут принимать более серьезные меры предосторожности и все сведется к булавочным уколам. Сам адмирал Шеер в секретном докладе (Immediatbericht) кайзеру прямо признал, что даже успешный исход генерального сражения флотов не вынудит Англию искать мира. Правда, при этом он не стал уточнять, каковы именно шансы на этот самый благополучный успех. «Победоносный исход войны в разумное время может быть достигнут сокрушение британской экономики путем использования подводных лодок против британской торговли. В этой связи я считаю своим долгом посоветовать Вашему Величеству решительно отказаться от принятия любых половинчатых мер не только потому, что это противоречит самой природе вооруженной борьбы и даст соответствующие результаты, но также потому, что в английских водах, где столь значительны американские интересы, невозможно избежать инцидентов, сколь осторожны ни были бы наши командиры. Если мы не будет действовать со всей решимостью, такие инциденты принесут нам только унижение, если мы будем отступать», – писал он. Это признание командующего линейным флотом дорогого стоит.

Но, несмотря на все пертурбации, немецкие лодки не прекращали полностью охоту за британскими транспортами. Самым хорошим показателем неадекватности британского командования служит тот факт, что летом 1916 года немецкие субмарины ухитрились потопить 78 британских судов в Северном море, по пути на позиции, назначенные им Шеером, и обратно. Да, большинство из них были обычными рыбацкими судами, но все-таки. Тем не менее тучи постепенно сгущались, и после небольшой заминки британские потери начали быстро расти. В августе было потоплено 160 000 тонн, а в сентябре эта цифра уже удвоилась, причем слишком много судов было потоплено в Ла-Манше. Действительно, зачем искать от добра добра и гоняться за добычей по всему океану, если она бегает у самого порога?

Тем не менее именно в этот период немецкие лодки совершили первую вылазку через океан. U-53 под командованием капитан-лейтенанта Розе пересекла Атлантику и наведалась в Портленд утром 7 октября 1916 года. Розе отдал визит вежливости адмиралам Найту и Гливсу, после чего те посетили U-53, причем Гливс привел с собой жену и дочь. На следующий день, в полном соответствии с международными законами, лодка покинула гавань и возобновила охоту всего лишь в 2 милях от маяка Нантакет, утопив 5 судов чуть ли не в прямой видимости от Лонг-Айленда. С одной стороны, это был успех, с другой – зловещее предзнаменование, и американцы правильно его поняли. Хотя Розе, всегда отличавшийся джентльменским поведением, все делал в строжайшем соответствии с Призовым правом, он выбрал совершенно неправильное место и неправильное время. Эти атаки вызвали припадок бешенства в Англии, особенно потому, что американские эсминцы крутились поблизости, не предпринимая никаких действий, и ограничились спасанием моряков с потопленных судов. Америку обвиняли в прямом пособничестве Германии, те же самые чувства испытывали и американцы, еще не забывшие гибели своих соотечественников от немецких торпед. Представителям Германской империи было невозможно понять, почему американские власти прислушиваются к мнению какого-то там народа, и граф фон Бернсторф был ошарашен, когда президент лично потребовал не допускать впредь подобных инцидентов.