Противостояние фюреру. Трагедия руководителя немецкого Генштаба. 1933-1944 - Вольфганг Ферстер

После обстоятельного и подробного обоснования своей точки зрения Бек, ссылаясь на свою служебную инструкцию, подвел итоги. Вывод был следующим: «Военный базис директивы не выдерживает добросовестной проверки. Я считаю, что военное действие против Чехословакии, основанное на подобном военном базисе, является роковым. Генеральный штаб сухопутных войск должен отклонить участие в ответственности за односторонний и недостаточный военный базис в том, что касается сухопутных войск».

Между тем Бек вместо ежегодной выездной инспекции Генерального штаба организовал военно-штабную игру, которая в первую очередь должна была прояснить вопрос о том, как может пройти операция против Чехословакии и как долго может длиться подобная кампания до своего благоприятного завершения. Хотя положенная в основу игры военно-политическая ситуация была гораздо благоприятнее той, которую можно было ожидать в действительности, результат подтвердил точку зрения, которой придерживался Бек. Получилось следующее: так хорошо идущая кампания против Чехословакии будет равна пирровой победе, которая должна будет привести в своих не только европейских, но и выходящих за пределы Европы последствиях к катастрофе немецкого вермахта и немецкого народа. Впрочем, даже во время заключительного обсуждения Бек не преминул указать на решающее значение, которое в мирное и военное время имеет полное доверия сотрудничество между политическим и военным руководством.

Один из участников этого заключительного обсуждения писал: «Из заключительных слов генерала Бека, которые он особенно подчеркнул, следовало, что руководитель Генерального штаба сухопутных войск гораздо серьезнее, чем следовало ожидать при военном исследовании, проводимом лишь для учебных целей, высказался против операции в том виде, в котором она обозначена в игре. Лично у меня появилось впечатление, что вот так, не стесняясь, был заявлен протест руководителя Генерального штаба сухопутных войск против планов, которые, по-видимому, как я тогда впервые предположил, разрабатывались в политическом руководстве рейха. Генерал фон Браухич ограничился несколькими заключительными словами, которые не содержали в себе ни согласия, ни несогласия со словами Бека».

Единое мнение, на которое Бек так рассчитывал, выработано не было. В профессионально точной позиции руководителя Генерального штаба Гитлер увидел лишь недостаток мужества. Известен его возмущенный возглас: «Что это за генералы, которых я, глава государства, должен волоком тянуть к войне! Было бы правильным, чтобы я спасался от давления генералов, подталкивающих меня к войне!» Фактически он согласился бы принять во внимание совместную работу с военными руководителями лишь при условии, что они безоговорочно поддержат его военные планы. «Я не требую, чтобы мои генералы понимали мои приказы, я требую, чтобы они им подчинялись». Для таких людей, как Кейтель и Йодль, это было совершенно очевидно. Но Бек не отказался от борьбы против роковых военных планов фюрера, невзирая на уже знакомые ему оскорбления и прекрасно сознавая возлагаемую на него ответственность. Он был решительно настроен довести свою точку зрения до кабинета.